На дальних рубежах (СИ)

— Будьте же людьми, скажите, жива она или нет? - ревел он раненным зверем.
Его бунт пришли подавлять довольно быстро. Дверь в маленькую камеру внезапно открылась и в грудь Джейсу влетели электроды шокера. Причем, на одной ярости Джейс смог немного посопротивляться разрядам тока, скручивающим мышцы, но все же его тело парализовало и вытянуло в струну, и он рухнул на пол, где его тут же и заковали в кандалы. После этого дверь снова заперли и оставили раба валяться на полу как минимум на час.
Трудно было сказать, сколько именно он так провалялся, пока за ним не пришли и не подняли его, грубо и бесцеремонно, на ноги. Скованного по рукам и ногам Джейса протащили по всему изоляционному блоку и через служебные ходы провели, а точнее даже, проволокли в господскую часть дома. Он еле успевал переставлять скованные слишком короткой цепью ноги, постоянно спотыкаясь и получая за это тычки под ребра.
В комнату его втащили на ускорении, так что когда его ударом под колено отправили на пол, рухнул он, гремя цепями, как средневековое приведение, но с тяжестью и грацией мешка картошки. Хорошо еще, пол комнаты был устлан пышным ковром, иначе от колен ничего бы не осталось - сила удара была очень даже значительной. Джейс едва успел выставить руки, чтобы не приложиться лицом об пол и худо-бедно сгруппироваться. Обретя равновесие, он выпрямился и сел на пятки.
Кабинет Дона Алехандро был очень похож на кабинет Коры. Но если дома - а о ранчо Джейс думал теперь именно так - тёмные оттенки отделки создавали уют, то здесь давили на психику. Моложавый подтянутый мужчина в безупречно сидящем дорогом костюме, разместившийся за резным столом, прожег раба взглядом. Дон Алехандро не зря получил свое прозвище, этот человек с резкими, несколько демоническими чертами испанского аристократа, действительно был похож на современного конкистадора. Его окружала насыщенная аура силы и власти, причем ни то, ни другое в доказательстве не нуждалось. Дон Алехандро всем все уже давно доказал. Такому человеку не нужно самоутверждаться на шкуре бесправного раба, нет, он такое ничтожество прихлопнет походя, как муху, даже не заметив.
— Сначала ты обманом влез на эвакуационный борт, а теперь смеешь бунтовать! - жестко припечатал раба Дон Алехандро.- Сейчас тяжелое время для семьи, нам некогда тратить время на твои истерики.
В голосе Дона Алехандро сквозила едва сдерживаемая ярость. Джейс опустил голову и склонился вперед, опираясь на вытянутые руки.
— Господин, я знаю, что виноват, и готов понести любое наказание. Но прошу вас, заклинаю, просто скажите мне, она жива или нет? - если никто не хотел проявить хоть каплю человечности, он готов был унизиться, лишь бы узнать судьбу Коры. Неизвестность была хуже казни.
Дон Алехандро встал и принялся нервно прохаживаться туда-сюда. Джейс замер в ожидании. Он не покривил бы душой, сказав, что от ответа зависит его жизнь. Отец Коры ответил не сразу.
— Она жива, едва-едва, но жива, - коротко бросил он, и Джейса сильно пошатнуло, когда земля резко поплыла куда-то влево.
Все сдерживаемые до сих пор эмоции прорвало. Слезы непроизвольно брызнули из глаз, он судорожно вдохнул и закрыл лицо руками. На плечи свалилась вся усталость последних дней, грозя размазать его по этому прекрасному дорогому ковру. Казалось, внутри него резко вскрыли назревающий нарыв и вместе с болью и опустошением хлынуло облегчение. Некие невидимые нити, до сих пор державшие его, как марионетку, оборвались, оставляя беспомощным и обессиленным. Но слишком много всего разом было тяжело вынести. Его сильно колотило изнутри.
— Спасибо вам, господин, спасибо! - выдохнул Джейс. - Слава богу!
Благородный господин смотрел на него сверху вниз с явным недоверием.
— Что там произошло, что мою дочь привезли изрешеченной пулями?
— Без разрешения моей госпожи я не смею рассказать все в подробностях, - проговорил он, но не смог отвечать отцу Коры, как всегда отвечал чужим людям. - Но у нее была стычка с нелегальными рудодобытчиками. Их шахтерская база полностью уничтожена, но госпожу ранили.
 
Глаза Дона Алехандро полыхнули так, что захотелось найти ближайший окоп и залечь в него. Все инстинкты, вбитые в него четырьмя годами рабства у Алана Карнза, трубили тревогу. К немалому удивлению Джейса, Дон Алехандро не сорвал зло на самой удобной и доступной мишени, хотя парень даже не собирался сопротивляться.
— Что за рудодобытчики?
— Компания ГеоСтрата. Они были в сговоре с губернатором, - эту информацию Джейс счел возможным выдать. А вдруг губернатор попытается уйти от возмездия? Отец Коры явно мог помешать такой несправедливости.
— Серьезные обвинения, - скептически заметил конгрессмен.
— У госпожи есть доказательства.
— Удобно ссылаться на человека, который не может ничего опровергнуть, - Джейс аж сжался от этих слов. Ему не верили. Конечно, кто он такой, чтоб его слово что-то стоило, но все же, он же не для себя старался!
Дон Алехандро дал знак надсмотрщикам, и Джейса перехватили покрепче, заставив поднять голову и посмотреть на господина.
— Что за препараты она себе вкалывала? - глаза благородного Дона стали ледяными и пронзительными.
— Не могу знать, господин, - ответ явно не был удовлетворительным, потому что в спину Джейсу тут же впился шокер, посылая в тело фейерверк болезненных спазмов.
— Я правда не знаю, меня не было рядом, когда она их принимала!
— Кто ее снабдил ими? Ты к этому причастен?!
И снова агония, и снова он не мог ничего сказать, снова только темная пелена перед глазами и боль в сжатых челюстях. Дон Алехандро был раздражен, он явно подозревал Джейса в чем-то, но если раб и считал себя виноватым, то явно не в наркоторговле.
— Твой брат - бывший наркоман, я подозреваю, что у самого у тебя рыльце в пуху. Отвечай, ты снабжал мою дочь какими-то стимуляторами? - настаивал очерствевший от горя отец.
— Мой брат влип по глупости и с тех пор вылечился, ведет честную жизнь, - хрипло ответил Джейс. - Клянусь вам, я не имею отношения к тому, что госпожа принимала. Я только от доктора на Айоке узнал об этом. Он тоже хотел знать, что это за вещества.
— Допустим, - оставил эту тему Дон Алехандро, и Джейс облегченно выдохнул. - А теперь скажи мне, ты не находишь странным, что сначала моя дочь приобретает полуживого раба с мутным прошлым, а потом ее привозят ко мне, расстрелянной в спину? Ну, какова связь между этими событиями? А она ведь есть, эта связь, не так ли?
Джейс аж побледнел. Что он мог сказать на такие обвинения? Из него будто воздух выбили. Молчание не понравилось надсмотрщику, и тот сильно пнул раба в область поясницы.
— Отвечай, когда господин тебя спрашивает, собака! - рявкнул он, и опять затрещал шокер. На этот раз было ощущение, что напряженные мышцы порвут натянувшуюся кожу, а все вены и артерии полопаются. Сердце уже зашкаливало, глаза щипало от пота, мозг, похоже, вспенился и давил изнутри на череп. Но Джейс заслуживал все это, заслуживал даже худшего, а потому терпел.
— Если вы думаете, что я был в сговоре с ними, вы ошибаетесь, - Джейс подался вперед, пытаясь вопреки всем правилам поймать и удержать взгляд аристократа. Но рабу надо было, чтоб отец Коры поверил ему, ради этого и рисковал сейчас шкурой. - Я слишком многим обязан госпоже, она спасла меня! Я бы никогда не пошел на такую подлость!
— Тогда как ты объяснишь все, что произошло?! - рявкнул взбешенный Дон Алехандро.
— Не могу я объяснить, господин, не имею права! - чуть не взмолился Джейс. - Откуда же мне знать, что вам захочет рассказать ваша дочь, а что нет? Я не могу предать ее.
Он помолчал, а потом добавил, окончательно сникнув:
— Я виноват, вы правы, господин. Это из-за моего недосмотра она пострадала. Но я не предавал ее. И не собираюсь. Казните, пытайте - ваше право, но предателем я не был и не буду.
— Как трогательно! - процедил Дон Алехандро. - И при этом ты скрываешь информацию, которая могла бы ей помочь! Ее жизнь сейчас на волоске висит, часть органов придется выращивать заново, неизвестно, удастся ли ее вообще вытянуть. А ты ничего не знаешь или не можешь сказать.... Недосмотр, говоришь?