"2013" (СИ)

Больные разошлись по лавочкам и беседкам.
Я прошла в беседку напротив выхода из отделения и села на деревянную скамейку. Внутри стоял старый потрескавшийся деревянный стол.
Мне пришлось оставить ежедневник на кровати — желание писать дальше пропало. Как бы мне не хотелось поскорее оказаться в больнице и поскорее приступить к работе над черновиком, все же отложила это дело до лучших времен.
Здесь не та атмосфера.
Я сняла тапочки и поставила босые ноги на прохладную деревянную поверхность. Ступни ужасно горели после носок.
Хотя ноги, бывало, очень сильно потели. Именно по этой причине приходилось носить носки — даже когда надевала сандалии!
Я встретилась взглядом с Галиной Сергеевной и почувствовала свою вину: ведь у меня не получилось вчера поговорить с ней. У нее такие грустные глаза… Что же такое произошло в ее жизни, что теперь бедняжка убивается и практически ни с кем не общается?
Дело в том мужчине — альбиносе, который был с ней вчера? Или же какая — то другая причина?
И, о, черт! Вспомнишь про человека, и он тут же появится!
Я хмыкнула и отвернулась.
Мне на ум пришла идея попросить маму, когда она приедет ко мне в пятницу, привезти мой начатый роман про ожившего фараона Тутанхамона.
Его я начала переписывать заново незадолго до поездки в Кемерово.
Если сильно увлекусь, то начинаю просто сходить с ума: не люблю смотреть фотографии с его мумией и золотой маской. Начинаю бояться. Он повсюду мне мерещиться! Или же это нормально для человека, склонного к фанатизму?
Хотя писать мне все равно нечего, кроме воскрешения пресловутого фараона…
— Здорово! — я вздрогнула от неожиданного восклицания: грубоватый мужской голос раздался чуть ли не над моей головой, и мне невольно пришлось поднять голову, чтобы увидеть своего нового собеседника.
И им оказался тот самый красавчик — альбинос.
— Ага. И вам не хворать, — удивленно ответила я. — Чего это ты решил поздороваться? Скучно стало?
— Типа того. — Он присел рядом со мной. Бросил взгляд на мои полуголые ноги.
— Что, нравятся? — усмехнулась я.
Незнакомец хмыкнул.
— Ниче такие. Ты не против пообщаться? Ну… поближе.
— Насколько “поближе”?
— Ну… Пока просто как друзья.
— Для начала назови свое имя. Чтобы мне знать, как к тебе обращаться.
— Сергей. А ты?
— Анастасия батьковна.
— Почему батьковна? У тебя папы нет?
— С самого рождения.
— Не повезло. Бывает.
Я хмыкнула. И пожала плечами.
— Мне нормально. Я не жалуюсь. У меня мама — и папа, и мама. Два в одном. Так что я никогда не нуждалась в отце. Да и безотцовщиной никто меня не называл. Попробовали бы, — усмехнулась я.
— И что бы тогда было?
Я пожала плечами.
— Однажды она пришла в школу с ремнем, когда обидели мою сестру. Бить она никого не била. Просто припугнула. Мальчишка там был… на редкость хулиганистый. Что он только не творил! И не могли родителей дозваться. А после этого случая сразу прибежали. Так что…
— Интересная у тебя мама.
— А у тебя?
Сергей отвернулся. У меня возникло ощущение, что для него эта тема была неприятна.
— Она в депрессии. Ни поговорить, ни поржать. Ничего!
— Та светловолосая женщина — твоя мама? — удивилась я.
— Ага. — Он тяжело вздохнул.
— А почему она в депрессии?
— Из — за отсутствия внуков. — Сергей фыркнул.
— Серьезно?
Он промолчал. Достал сигарету и закурил.
— Не дашь мне покурить? — попросила я.
— Ты куришь?
— Есть такое. Пока мамы нет.
— Ай — яй — яй, курить плохо. Особенно девушке.
— Ты у нас сексист?
— Пфф, нет. Просто не понимаю, почему девушки курят. Это же некрасиво.
— А когда мужчины — красиво? Какие — то двойные стандарты!
— Курение — это мужское занятие.
— Это ты так думаешь!
— Это все так думают.
Пауза.
— Ладно. Держи. Так уж и быть. Я сегодня добрый. — Сергей достал пачку сигарет и протянул одну мне.
— Очень добрый. — Я засунула сигарету в рот. Сергей поднес зажигалку. Я затянулась.
— А зачем ты вообще куришь? — решил продолжить свою любимую тему Сергей.
— Нервы…
 
— В смысле?
— Просто. Нервы.
Он снова затянулся.
— Ладно. Проехали. Лучше скажи мне, сколько тебе лет?
— Девятнадцать.
— Да ладно?! Выглядишь лет на пятнадцать. Ты мне сейчас не врешь?
— Зачем?
— Ну мало ли? Может, подкатить решила.
— Ага! После того как ты ко мне подсел! Логично! — рассмеялась я. — К твоему сведению, в мужчинах я не нуждаюсь. Мне и одной вполне неплохо.
— Обидели небось?
— А, может, и обидели! Тебе — то какое дело?
— Просто интересно.
Сергей ненадолго промолчал.
— Такая прикольная девчонка… И не нуждается в парнях… По — моему, ты набиваешь себе цену, — заявил он.
— Это ты сделал вывод за пару минут общения? Нифига ты разборчивый!
— Опыт, — хмыкнул Сергей.
— Ты сам какой — то депрессивный. Кризис среднего возраста? — решила пошутить я.
— Угадала.
— Да ладно?! Тебе уже сорок?
— Почти. Тридцать девять.
Я слегка прифигела.
— А ведь не скажешь… Что уже старичок.
— Ну спасибо. За старичка.
— Да я пошутила! Не обижайся.
— Хорошо. Не буду.
Больные тем временем мирно разгуливали по двору, что — то бормоча себе под нос. Более нормальные сидели в другой беседке и курили, громко смеясь. К третьим же приходили родственники.
Жалко, что сегодня суббота. Еще как минимум неделю ждать, когда приедет мама. Да и позвонить никак не получится — телефон сейчас дома. А хотелось поболтать с ней. Обсудить последние новости.
Интересно, что там сейчас творится… В моей родне, пока я тут отдыхаю.
— Я так понимаю, что парня у тебя действительно нет. Догадываюсь почему.
— Почему?
Я откровенно кокетничала с ним.
Несмотря на кислую мину, все же он сумел меня заинтересовать.
Внешне огромный белобрысый гигант, а внутри может быть вполне неплохой человек. Просто уставший от жизни. Как его мама, например.
— А разве можно так относиться к мужчинам при наличии парня?
— Логично. Но ты не ответил, почему у меня его нет.
— Обидели. Бросили. Или просто еще не было отношений как таковых. А относишься так, потому что нынче модно быть против противоположного пола. Ну, так думают всякие инфантильные девочки. Брак — это ответственность, работа. А девушкам сейчас это не нужно. Что там нынче в тренде? Саморазвитие, карьера? Деньги? Или еще какая — то хрень. А дети, семья… Это так! — Сергей театрально махнул рукой. — Трудно, много времени да еще и благодарности никакой. Верно?
— Все намного проще. Любви не существует. Есть только выгода.
— О как… Ты, небось, много в Интернете сидишь?
— Ну да. Я социофоб.
— Ох ты… Социофоб. Я так и думал.
— Я так думаю не потому что так модно!.. Есть определенный опыт в жизни. Понимаешь, мир в последнее время перевернулся. Семейные ценности уже не столь важны. Не потому что модно быть одинокой и независимой, как ты думаешь. Трудно довериться человеку. Хотя не так… Ва — а - ай! Сложно уделять время другому человеку! Подстраиваться под него! Вот и все! Да, отношения — тяжкий труд. И часто неблагодарный. Ты, наверное, и сам это знаешь. Поди уже побывал в браке. За сорок — то лет.
— А причем тут “социофоб”?
— Ой… Неважно. Я не готова открыться перед незнакомым человеком. Прости.
— Ничего.
Сергей посмотрел на свои наручные часы.
— С тобой, конечно, интересно, но работа сама себя не сделает. Ты уж извини за грубость. Человек уж я такой.
— А мама? Ты что, ее оставишь?
— Ну да. А что, я должен здесь ночевать?
— Логично.
Я проводила его взглядом и хмыкнула. Странный тип. Такое ощущение, что нас что — то связывает… Или будет связывать.
 
И почему я так решила?
3
Воскресенье не обещало ничего серьезного.
Я проснулась за час до завтрака. В коридоре громко играл телевизор — больные смотрели мультфильмы, идущие ранним утром.