Время не властно
Однако ему вовсе не требовалось долго сдерживать натиск врагов: в тот миг. когда очередная пара дворфов возникла на пороге башни и отпрянула вправо, прочь от Дзирта, огромная пантера обрушилась на них всей своей массой и похоронила под собой. Секунду спустя магическое животное прыгнуло на грудь вроку, который следовал за дворфами.
Дзирт несколько мгновений вращал клинками, затем проворно убрал их в ножны и извлек Тулмарил из магической пряжки на поясе. У него появилась слабая надежда на спасение Атрогейта: пока Гвенвивар удерживала врагов, он мог стрелять из укрытия.
Но в следующее мгновение он потерял равновесие и рухнул на пол: стена, на которую он опирался, стена справа от двери просто исчезла, испарилась! Однако проворный дроу тут же вскочил на ноги, одновременно успел спрятать лук и снова вытащить клинки, затем развернулся лицом к дыре в стене. Он ждал, что сейчас толпа врагов устремится на него и затопчет.
На него наступали всего двое, однако эти двое были равны дюжине! Дзирт был хорошо знаком с этими демонами; в битве за Гаунтлгрим он одолел их королеву. Твари эти, напоминавшие нага, представляли собой наполовину прекрасных женщин из народа людей, а наполовину змей; длина их тел достигала девяти футов. Хвосты демонов-марилит заканчивались ядовитыми жалами, и у каждой демоницы было по шесть рук с зажатыми в них магическими клинками огромной силы. По дюжине подвесок и ожерелий звенело на шее у каждой. Они приближались плечом к плечу, и на лицах их застыло выражение ненависти.
Судя по всему, они узнали свою жертву, точно так же, как жертва узнала их.
Они знали, что он тот самый дроу, который расправился с Марилит, их предводительницей.
– Удерживай дверь! – велел Дзирт Гвенвивар, затем приготовился отбросить демонов наружу, за пределы башни. Он надеялся на то, что двеомер, позволявший врагам проходить сквозь стены, скоро утратит силу.
Если бы только ему удалось удержать демонов за пределами пролома! Когда действие заклинания закончится, перед ними снова возникнет каменная стена…
Он сразу же понял, что его усилий будет недостаточно. Дзирт впал в боевой транс, отключился от всего, что не имело отношения к сражению, полностью отдался своим инстинктам. Он чувствовал, слышал, чуял поток сражения, позволил своему первобытному «я», свирепому воину, которого он называл Охотником, руководить собой. Недавно он приобрел дополнительные навыки, умение сохранять баланс, научился у магистра Кейна новым боевым техникам и поэтому ощущал себя непобедимым, грозным и уверенным в себе воином – наверное, таким грозным он не казался себе за всю свою жизнь.
Но противницы его были не менее могущественны. Каждая марилит могла одновременно нанести сопернику шесть ударов клинками и удар хвостом; кроме того, верховные демоны хорошо знали друг друга и блестяще сражались парами. Несмотря на всю свою скорость и ловкость, Дзирт по объективным причинам не мог сравняться с ними.
Он получил удар. Затем второй. Хвост ужалил дроу в бедро прежде, чем он успел убрать ногу, и он сразу же почувствовал жжение яда.
– Ты заплатишь за изгнание Марилит, Дзирт До’Урден! – прошипела одна из шестируких демонических тварей.
Женщины-змеи с удвоенной яростью набросились на Дзирта; двенадцать клинков кололи и рубили, и дроу, хромая, вынужден был отступить.
Краем глаза он заметил, что очередная часть стены растворилась в воздухе, в башне появился новый пролом; он подумал, что надо бежать прежде, чем его окружит армия демонов. Однако мысль эта не успела сформироваться у него в мозгу – на него и на его врагов обрушился гигантский огненный шар.
* * *Он потерял, наверное, ведро крови, получил больше дюжины ран, чувствовал, как при каждом вдохе металлические наконечники двух дротиков рвут его плоть, царапают ребра. Но Атрогейт не замедлял движения, он продолжал лететь вперед, словно пушечное ядро, размахивая камнем на цепи, круша черепа булавой, которая, судя по имени, была предназначена именно для этого, и оставляя за собой горы изувеченных трупов.
Атаковав очередного врока, он услышал какое-то жужжание и поэтому не слишком удивился, когда камень его цепа, взлетевший вверх, был пойман одним из этих мерзостных демонов-чазмов. Тварь попыталась оторвать дворфа от земли, и ей это почти удалось, но берсерк со страшной силой дернул рукой, и демон очутился напротив него, почти у самой земли. Тогда чазм развернулся мордой к Атрогейту, вытянул в его сторону длинный хоботок.
Атрогейт тоже потянулся к противнику – рукой, в которой была зажата тяжелая булава.
Крушитель Черепов оттолкнул чудовищный хоботок прочь и врезался в раздутую рожу чазма, гибрида человека и мухи.
Цеп вырвался из лап чазма в тот миг, когда демон отлетел прочь от Атрогейта и шлепнулся на землю.
Однако если дворф и ощутил какое-то облегчение или удовлетворение при виде побежденного чазма, чувство это оказалось мимолетным, потому что в следующий миг врок ударил его в лоб своим тяжелым клювом и отшвырнул назад.
Два десятка дворфов и демонов прыгнули на Атрогейта, намереваясь прикончить его, размазать по камням, и он понял: еще несколько секунд, и ему конец.
– Амбра!
С оглушительным ревом Атрогейт поднялся на ноги, распрямил плечи, стряхнул с себя нападавших и расшвырял их в стороны.
Он почти ничего не видел из-за крови, которая хлестала из новой раны на лбу и заливала ему глаза, но ему это было безразлично.
– Амбра! – не переставая, ревел он, вращался, метался туда-сюда, иногда попадая в цель, но чаще промахиваясь. Его шатало все сильнее, и он спотыкался на каждом шагу.
* * *Он почувствовал, что лежит на холодном полу, и отдался этому ощущению, слился с камнем; тело его расслабилось до такой степени, что ему показалось, будто он погружается в землю. Он не стал сопротивляться этому чувству, отправил свое сознание вниз, в пол, в землю, в камни, зная, что любое резкое движение или подергивание тела сделает его более уязвимым для ревущего пламени.
Но очередной урок магистра Кейна спас Дзирта от серьезных увечий, и пламя практически не коснулось его. Разумеется, ледяной меч помог бы ему избежать ожогов, но этот взрыв оказался невероятно сильным даже для Ледяной Смерти. И все равно: огонь не опалил одежду Дзирта. Он был доволен собой, но это продолжалось лишь мгновение – вставая, он тут же поморщился, потому что услышал полный боли рев несчастной Гвенвивар. Он снова принялся отбиваться от двух марилит, и взгляд, брошенный на пантеру, заставил его нахмуриться еще сильнее.
Гвенвивар, которой даже не удалось встать с пола, бешено молотила лапами, пытаясь оттеснить двух демонов назад, на улицу. Но отважная пантера, охваченная пламенем, не могла толком разглядеть врагов и корчилась от боли, причиняемой ожогами, точно так же, как ее противники! Дзирт понял, что, несмотря на свое отчаянное положение, должен отпустить животное домой, на Астральный уровень.
Демоны-марилит шли сквозь пылающую стену. Эти твари родились в адском пламени, они были порождением огня, и магический шар не мог их ни обжечь, ни спалить, ни остановить.
Дзирт парировал град ударов, которыми осыпала его тварь, атаковавшая слева, затем развернулся вправо, чтобы отразить жестокий удар короткого копья, и при этом бросил взгляд на стену, в надежде ускользнуть через магическое отверстие.
Но дыра исчезла.
– Возвращайся домой, Гвен, – прошептал он, прекрасно понимая, что скоро враги окружат его со всех сторон, даже если ему удастся каким-то образом отбиться от двух разъяренных марилит.
В голосе Дзирта прозвучали смертельное отчаяние и тоска; он думал, что больше никогда не увидит свою любимую пантеру, свою верную спутницу и подругу. Он вспомнил и других друзей, Бренора, и Реджиса, и Вульфгара, и Джарлакса, но сильнее всего было его горе при мысли о расставании с Кэтти-бри и Закнафейном. В мозгу промелькнула мысль: может быть, отец не захочет ни видеть, ни знать его будущего ребенка.