Время не властно

– Вроде женитьбы на женщине из расы людей?
– Этого мы больше не будем обсуждать, – холодно произнес Дзирт. – Она – моя вселенная. Здесь и сейчас, и так будет всегда. Как и наш будущий ребенок. Наш ребенок.
По тону Дзирта Закнафейн понял, что возражения не принимаются, проглотил язвительный ответ и тяжело вздохнул.
– Мне многому еще предстоит научиться, – признал он. – Надеюсь, у меня получится.
Закнафейн понимал, что фраза прозвучала довольно-таки уныло, но не представлял, как это исправить.
Кэтти-бри, на лице которой застыло суровое выражение, хотела что-то ответить, но Дзирт положил руку ей на плечо и взглядом попросил ее оставить ему ведущую роль в разговоре.
– Я прошел необыкновенный путь, отец, – спокойно продолжал он. – Я видел вещи, о существовании которых прежде даже не подозревал, узнал многое из того, что лежит за пределами сферы влияния Паучьей Королевы и ее верховных матерей. А кроме того, я нашел любовь – настоящую любовь. – Он замолчал и переглянулся с Кэтти-бри. – Друга и верную спутницу. Она прошла со мной по всем этим удивительным дорогам, полным чудес.
Закнафейн попытался подобрать подходящий ответ, но в этот миг Гвенвивар, которая находилась где-то далеко, в лесу, издала протяжный низкий рев.
– Оборотень? – с надеждой спросил Закнафейн, подумав, что охота – именно то, что нужно, чтобы избавиться от этого невыносимого напряжения и забыть о проблеме, которая не поддается решению.
– Судя по всему, да. – Дзирт взглянул на жену, та кивнула в ответ, затем он быстро поцеловал ее и ушел.
Закнафейн, неожиданно оставшийся наедине с невесткой, понял, что вмешательство кошки в итоге отнюдь не принесет ему облегчения.
Кэтти-бри прошла мимо него и закрыла за мужем дверь. Потом приблизилась к столу, произнесла несколько заклинаний и сотворила ужин – на блюдах возникла еда, кубки наполнились вином.
– Садись, – пригласила она Закнафейна. – Дзирт скоро вернется.
Он посмотрел на женщину, стараясь согнать с лица подозрительное выражение.
– Садись, – повторила она, на сей раз приказным тоном. – Нам с тобой уже давно пора серьезно поговорить.
– В смысле – поссориться? – фыркнул он.
– В смысле, серьезно поговорить, – сухо повторила она. Закнафейн подошел к столу, сел и со снисходительным выражением лица произнес:
– Чувствую, сейчас меня будут отчитывать.
– Тебя никто не будет отчитывать, я хочу сообщить тебе кое-какую информацию, если ты согласишься меня выслушать.
– Часто это одно и то же. Возможно, женщины твоей расы не так уж сильно отличаются от верховных матерей дроу. – Закнафейн произнес это с ехидной ухмылкой, но Кэтти-бри, судя по ее лицу, не восприняла его замечание как добродушное поддразнивание.
– Я собираюсь сейчас сообщить тебе о том, какой у тебя имеется выбор, – сказала Кэтти-бри. – А сам выбор будет за тобой. Ни я, ни Дзирт не выбираем за тебя.
– Ты расскажешь о том, какой у меня имеется выбор с твоей точки зрения.
– Нет, я расскажу тебе о том, кем стал Дзирт, начиная с того дня, когда мы с ним впервые встретились на склоне горы под названием Пирамида Кельвина, и до настоящего времени. Он прошел невероятный путь с момента появления на поверхности Торила, и большую часть этого пути я прошла вместе с ним. И поэтому я все тебе расскажу. Уверена, что Дзирт, со своей стороны, тоже поведает тебе о своих странствиях, когда вернется. Зная все это, ты сможешь сделать выбор более осознанно – каким бы он ни был.
– Выбор по поводу чего? – осведомился Закнафейн, откинувшись на спинку стула и внимательно приглядываясь к этой удивительной женщине.
– По поводу… всего. По крайней мере того, что касается твоего сына.
– Ты боишься моих суждений.
Она презрительно фыркнула, и Закнафейн в изумлении понял, что это презрение было искренним. Эта женщина была совершенно уверена в себе и в своем положении. Это заставило его призадуматься.
Она начала свой рассказ. Закнафейн ел и пил, но в то же время слушал – очень внимательно.
* * *
Другая встреча трех собеседников происходила в это время в стране, лежавшей к западу от Широкой Скамьи, в величественных покоях, расположенных вне материального уровня существования – а именно в магическом дворце Громфа Бэнра в Лускане.
 
Две женщины-дроу расхаживали вокруг мага, устремив на него немигающие взгляды, оценивая его, пытаясь проникнуть в его мысли, отыскивая уязвимые места. Ни один дроу, за исключением самой Верховной Матери, не осмелился бы смотреть так на Громфа, но эти две женщины, вообще-то говоря, не принадлежали к расе дроу. Они лишь приняли облик смертных для достижения собственных целей, потому что их истинная внешность, внешность йоклол, похожих на оплывшие свечи из грязи, заставляла любого дроу держаться настороже.
С другой стороны, Громф и не питал никаких иллюзий по поводу происхождения и вида его гостей.
– Что ты узнал о возвращении Закнафейна? – заговорила Йиккардария хриплым, но соблазнительным голосом – такой эффект тоже создавался с помощью магии.
Громф лишь усмехнулся в ответ на эту попытку отвлечь его – такой слабый двеомер никак не мог на него повлиять, пусть даже он был создан могущественной помощницей Паучьей Королевы.
– Ничего, – бросил маг. – Закнафейн воссоединился со своим сыном, но мне неизвестен исход этой встречи.
– И они поверили в это возвращение? – спросила Эскавидне.
– А что им оставалось делать? Он здесь, и разговор окончен.
– Неужели им не любопытно, почему и как это произошло? – не отставала прислужница богини.
– Разумеется, любопытно. Джарлакс…
– И Ивоннель? – перебила его Йиккардария.
– И Ивоннель, – повторил Громф. – Они пытаются разузнать, что могут. Они спрашивали меня, выяснил ли я что-нибудь после возвращения из Мензоберранзана…
– И ты им сказал? – резко спросила Йиккардария.
Громф пожал плечами с таким лицом, словно речь шла о сущих пустяках.
– Сказал что? Что все считают это существо настоящим Закнафейном До’Урденом, воскресшим из мертвых? Да. Но это они легко могли понять и без моей подсказки.
– Возможно, они расспрашивали о новостях из Мензоберранзана с целью выяснить, не подозревают ли их самих в этом воскрешении, – рассуждала Йиккардария, но Громф лишь снисходительно усмехнулся в ответ.
– Закнафейн здесь, и теперь уже неважно, как это случилось, – заявил бывший архимаг. – Да, это новое событие в наших краях, но ничего, кроме простого факта, я вам сообщить не в состоянии.
– Расскажи нам об остальных новостях, – велела Эскавидне.
– Портал дворфов, соединяющий Гаунтлгрим и эту самую башню, а также ворота между Гаунтлгримом и Дворцом Плюща снова в действии и работают даже лучше, чем я мог ожидать. Через две-три декады король Бренор запустит третий портал, ведущий из Гаунтлгрима в Мифрил Халл. Когда он заработает, Бренор получит возможность мгновенно доставлять к себе из Серебристых Болот сырье, оружие и воинов. Таким образом он станет практически недосягаем для жалких людишек Побережья Мечей, если только они не пожелают начать войну со всеми потомками дворфов Делзун разом. Результат впечатляющий.
– А что с Главной башней тайного знания? – расспрашивала Йиккардария, которую, судя по ее лицу, мало интересовали дела дворфов.
«Что ж, пусть так и остается», – подумал Громф.
– Оглядись. Ты видела на Материальном уровне хоть что-нибудь, способное соперничать с этим творением магии, – ну, может быть, за исключением разве что города-паутины Чед Насада?
Служанки богини переглянулись; несмотря на мрачные выражения лиц, они, судя по всему, были заинтригованы.
 
– Я разделяю ваш интерес, – кивнул Громф. – Это здание построено при участии самого Предвечного. Я узнал, что его настоящее имя – Мегера. Башня заключает в себе чудесные перспективы для всех нас. Я же являюсь здесь вашими глазами и ушами.
Услышав это, Йиккардария слегка приподняла изящную бровь, дав понять, что ее доверие к Громфу Бэнру не настолько велико, как он себе воображает. Но, с другой стороны, разве у нее был иной выбор?