Пансион искусных фавориток. Борьба за любовь

– Благородное желание, – одобрительно кивнул Анторин.
– Не смей! – выкрикнула Лелиан. – Признайся, ты испугался ответственности и просто сбегаешь!
– Да никуда я не сбегаю, – возмутился Рондай. – Ты моя жена, и я очень рад предстоящему отцовству. – Мужчина жалобно посмотрел на нас в поисках поддержки и удрученно вздохнул: – Но эти твои перепады настроения, знаешь ли… Я ведь могу однажды и не успеть увернуться, и останется наш ребенок безотцовщиной.
– Все! С меня хватит. Уходи куда хочешь, – устало произнесла принцесса. – Но имей в виду, если ты не вернешься – я тебя убью!
Леля ушла, а мы все стояли и пытались понять глубокий смысл ее последней фразы.
– Ну что ж, в путь! – преувеличенно бодро проговорил Рони, натянуто улыбаясь.
Первым моим порывом было желание отказаться от подобного сопровождения. Рондай безусловно талантливый артефактор, но он слишком безответственен. И это именно по его вине Карай затерялся между временем и пространством, в созданной для королевы Немии тюрьме. Однако, взглянув на осунувшегося и, судя по серым теням под глазами, систематически не высыпающегося мужчину, я не осмелилась отказать ему в возможности немного отдохнуть от тяжкой доли супруга принцессы Лелиан.
– Все готовы? – спросил Анторин, тоже с сочувствием поглядывая на Рони. – Ну, тогда в путь.
Мы все взялись за руки, и император увлек нас в жерло перехода.
В долине нас уже ждали четверо высоких плечистых беловолосых мужчин с печатью глупости на лицах. Наверняка это были плоды экспериментов Рафэ, выведенные им гибриды, обладающие большой силой и прямо противоположными умственными способностями. Встречающие предложили нам проследовать в Туманное озеро. Я едва успела схватить Касиян за руку, чтобы удержать ее от вступления в туман.
– Позовите своего хозяина, – проговорила напряженно.
– Успокойся, Кари. Я уже послал ему зов, – произнес Анторин.
– Так зачем же тогда он этих истуканов здесь оставил? – раздраженно спросила я, ни на гран не доверяя доминантам. – Я ведь могу их в мгновение высушить.
– Тише, – прошептал император. – О твоих способностях я не посчитал нужным распространяться.
– Так они не знают, что это именно я закрыла проход между мирами и могу это сделать снова? – спросила у друга.
– Не знают. И пусть и дальше остаются в счастливом неведении, – прошептал Анторин.
Нам пришлось прекратить беседу, потому что из Туманного озера вынырнула беловолосая макушка Рафэ.
Доминант степенно вышел из тумана, приблизился к нам и одним взмахом руки отослал своих увальней. Лишь после того как они скрылись в серой дымке, Рафэ небрежно поздоровался с Анторином и повернулся ко мне.
– А вот и моя забавная зверушка, – довольно улыбаясь, произнес он.
Я шагнула вперед, но император схватил за руку и сжал ее, предостерегая. Пришлось проглотить оскорбление, иначе, если я убью одного из них, доминанты вряд ли согласятся помочь вызволить моего мужа. Но я буду собирать эти оскорбления по крупице, чтобы потом сполна воздать за каждое колкое слово.
– Времена, когда вы могли позиционировать себя как высшую расу, давно минули. Не стоит злоупотреблять нашим гостеприимством и испытывать терпение ее величества, королевы Саминкары Возренийской, – неожиданно вступился за мою честь Анторин.
Рафэ удивленно изогнул белую бровь, окинул меня еще более заинтересованным взглядом и позерски поклонился.
– Прошу извинить, не знал, что… забавная особь добилась таких высот среди себе подобных, – произнес он, не вняв совету императора.
– А можно я ему в морду дам? – поинтересовалась Дамон. Довольно громко поинтересовалась.
– Пока не стоит, – вежливо улыбнувшись Рафэ, ответила я подруге.
– Жаль, – с непритворным сожалением вздохнула Мона.
– Чувствую, веселое нам предстоит путешествие, – проговорил Рондай, приобняв фрейлин за талии.
Обе девушки одновременно отступили в стороны, не понаслышке зная, какой вспыльчивой может быть жена Рони.
– Время идет. Мы здесь, и готовы выслушать твои соображения по поводу того, как нам найти Карая, – напомнил о собравшей нас здесь цели Анторин, обращаясь к доминанту.
 
– Для этого нам придется сначала отправиться в Доминанию – мой родной мир. Никто не возражает? – усмехнувшись, проговорил высокомерный доминант.
– И как вы себе это представляете? – язвительно поинтересовалась я. – Мы дружной шеренгой войдем в туман и погибнем вам на потеху?
– А я с собой масочку прихватил, – гордо изрек Рондай, надевая на лицо свою несуразную дыхательную маску. – Могу и вам дать, если надо, – глухо проговорил он в похожее на свиное рыло устройство.
– Я могу адаптироваться к туману, на это потребуется время, но я, пожалуй, лучше потерплю, – произнес Анторин, сдерживая смех.
Рафэ вопросительно посмотрел на меня и моих подруг.
– Неси свои маски, – раздраженно проговорила я.
Мне было достаточно выпустить из-под контроля свой голод, и я обезвредила бы весь туман в мире доминантов. Но, во-первых, это могло их убить, а во-вторых, не хотелось раскрывать свои способности, нейтрализуя туман даже на небольшом участке вокруг себя.
Анторин положил руку на плечо Рони, и они оба исчезли, оставив нас наедине с доминантом.
– Прогуляемся? – предложил Рафэ, учтиво предлагая мне руку.
– А почему бы и нет. В конце концов, нам предстоит терпеть присутствие друг друга какое-то время, и было бы целесообразно поддерживать хотя бы видимость нейтралитета, – едва прикрытым вежливостью неприязненным тоном ответила я и положила руку на локоть доминанта.
Мы медленно прогуливались вдоль кромки туманного озера, а фрейлины следовали за мной по пятам, настороженно наблюдая за иномирцем, не внушающим доверия. Девушки мой рассказ о доминантах восприняли весьма скептически, но спорить не стали, привыкнув за последние годы доверять моему мнению. Сейчас же я спиной ощущала их недоверие к Рафэ и напряжение. Мне же было откровенно противно вот так, под руку, прохаживаться с ним, но я должна была понять, какова будет его дальнейшая линия поведения. Язвительные замечания ранили самолюбие, но не более. Важно то, что он намеревается делать, а не говорить. Но за те минуты, пока ждали возвращения Анторина и Рондая, мы несколько раз приближались вплотную к туману, и Рафэ удержался от соблазна столкнуть меня в смертоносную субстанцию просто для того, чтобы посмотреть, что со мной произойдет. А это давало надежду на его искреннюю заинтересованность в успехе операции.
Фрейлины фыркали и недовольно сопели, но маски все же надели. Аппарат оказался намного удобнее, чем казался на вид. Он совершенно не мешал, а спустя несколько минут словно сросся с кожей, и я даже забыла о его присутствии. Да и как тут не забыть, когда мы вступили в долину, все глубже погружаясь в туман и спускаясь к ее центру. Когда туман сомкнулся над головой, я ожидала, что ничего не смогу рассмотреть и идти придется на ощупь. Но все оказалось совсем иначе, видимость была прекрасной, только все и всё вокруг было в черно-белых тонах. Даже ярко-алый камень в моем обручальном кольце здесь тускло мерцал различными оттенками серого.
При ближайшем рассмотрении огромный валун в центре долины оказался чем-то вроде входа в подземелье. Выдолбленный в породе ход вел глубоко вниз, крутые ступени были влажными и скользкими. Рони придерживал под локоть Касиян, Анторин помогал Дамон, мне же протянул руку Рафэ. Принимать от него помощь было неприятно, возможно, даже более неприятно, чем упасть. Но я не знала, какой длины лестница, и не желала так нелепо погибнуть из-за неуместной гордости.
– А все же ты увидишь мой мир, – довольно проговорил доминант, ведя меня по лестнице.
– Но войду в него свободной гостьей, а не рабой безумного ученого, – ответила ему с улыбкой.
Рафэ конечно же не увидел этого под маской, но по тону должен был понять.
– Не рабой – да. Но гостьей ты будешь тоже моей, – не унимался он.