Князь моих запретных снов (СИ)
А я набрала воздуха побольше и сказала:
- Ильсара, господин. Меня зовут Ильсара.
- А фамилия?
Тяжелый взгляд скользнул по мне снизу вверх и обратно, мне показалось, что мужчина скривился. Все-таки… Какой он… Явно не крестьянских кровей. Красивый, хоть и не молод уже. Мне вообще не доводилось встречать мужчин, которые бы старились красиво… Неосознанно я заложила руки за спину, пряча потрескавшиеся и покрасневшие от работы руки.
- У меня нет фамилии, простите.
Кажется, он пробормотал: «ожидаемо», но тут же спохватился и даже улыбнулся. Скупо так, но от этой улыбки его лицо вдруг стало очень приятным и располагающим. Он еще раз оглядел всех нас и сказал, уже громко:
- Итак, будущие коллеги. Отныне вы – адепты замка Бреннен. Это означает, что вы будете единственной защитой людей от сонной немочи, и отныне ваш путь будет пролегать очень близко с Долиной Сна. Меня зовут Орнус Брист, я буду вашим личным наставником. А теперь прошу следовать за мной, я покажу вам ваши комнаты.
И мы потянулись следом, я, как всегда, в хвосте. Передо мной семенила Габриэль де Сарзи, и более всего на свете я боялась засмотреться и наступить на край ее прекрасного муслинового платья.
А посмотреть было на что. Внутри замок Бреннен оказался столь красиво и дорого отделан, что захватывало дух. Стены украшали изысканная резьба, какие-то непонятные мне символы, сплетающиеся в длинные орнаменты, и красочные гобелены, такие большие, что у меня в голове не умещалось, как вообще можно сделать такое. На гобеленах пировали прекрасные дамы и рыцари, охотились на диких зверей неведомые мне короли, пастухи обнимали пастушек на фоне прелестных кудрявых овечек – и все это среди невиданных цветов, то ли придуманных гобеленщицами, то ли попросту растущих в других королевствах.
Орнус Брист, проводя нас по замку, показал обеденный зал, не слишком большой, уставленный тяжелыми дубовыми столами, показал вход в купальни, не забыв добавить, мол, сюда приложили руку отмеченные духом Воды, сами потом увидите. Потом он оставил Альберта и Тибриуса на разветвлении широкой лестницы, и повел нас с Габриэль наверх, поясняя, что сейчас мы придем на женскую половину, где живут и другие адептки, и там он нас и оставит, а сам покажет комнаты мужчинам.
- А это ваша, барышни, комната, - наконец сказал Орнус Брист, останавливаясь перед высокой дверью, точно также покрытой резьбой, - замков у нас на дверях нет, но вы сможете, если захотите, запираться на ночь на щеколду. Ваши вещи принесет слуга. Те, с которыми вы приехали. Позже, если что-то понадобится, вы можете купить.
Он распахнул дверь, пропуская внутрь Габриэль, но когда я хотела на цыпочках идти следом, крепко взял меня за локоть.
- А вы, Ильсара, задержитесь.
И плотно дверь закрыл. Мы остались одни в сумрачном коридоре, я невольно попятилась, попыталась вырвать руку из крепких пальцев, но тут же поняла, что меня никто не держит.
Орнус Брист хмуро смотрел на меня и молчал. А я не понимала, что ему нужно, и от этого сердце зашлось в рваном беге, а спина мгновенно вспотела.
- Я так понимаю, у вас больше ничего нет? – красноречивый взгляд в сторону моего сарафана и на босые ноги.
- Нет, - прошептала я, краснея.
- То есть ни одежды, ни белья, ни обуви, - задумчиво уточнил Брист, хмуря брови.
- Нет.
Он почесал подбородок, все так же рассматривая меня, а затем спросил:
- Откуда вы взялись, Ильсара?
- Я сирота, - буркнула, опуская взгляд, - меня воспитывала матушка Тирия по доброте сердечной.
- Ну да, конечно, и вы ей заменили всех сезонных работников, - небрежный кивок на мои многострадальные руки, - хорошо, я все понял. Вам сейчас принесут свежее белье и платье адептки, уж не обессудьте, какое есть. И башмаки. Оденетесь после того, как побываете в купальне. Надеюсь, вшей у вас нет?
У меня появилось желание немедленно провалиться сквозь пол.
- Нет, - беззвучно проронила я, понимая, что еще немного, и расплачусь.
- Не обижайтесь, - сдержанно сказал Брист, - я должен был спросить. Наверняка вы и читать не умеете?
- Я умею за скотиной ходить, - горячая капля медленно поползла по щеке, - и готовить. И прясть. И огород полоть…
- Прекрасные умения, но здесь они вам не пригодятся.
Внезапно я почувствовала его горячие пальцы на своем лице, он приподнял мой подбородок.
- Не плачьте, - темные глаза улыбались, - замок Бреннен, конечно, не самое безопасное место, но, если соблюдать все правила, с вами все будет хорошо. Мы побеседуем чуть позже.
Я, как завороженная, смотрела на него и не могла шевельнуться. Никто. Еще никто себя так не вел со мной. Так странно. Так чудесно и непривычно. Орнус Брист – первый человек, который вел себя так, словно я ему ровня. Ну, или почти…
- Идите, - снова скупая улыбка, - отдохните. Потом вымоетесь. Ровно в шесть часов у вас назначено собеседование, и мне бы хотелось вас видеть одетой, причесанной и хотя бы не рыдающей.
Он опустил руку, кивнул, а потом повернулся и пошел прочь. А я… не удержалась.
- Мастер Брист!
Остановился, обернулся.
- Да, Ильсара?
- Вы… сноходец?
Он пожал плечами.
- Разумеется.
- А вас… не выпотрошили и не набили соломой?
- Что за чушь вы несете? – трагическим тоном поинтересовался он, - и вот это про нас рассказывают в вашей деревне, или откуда вы взялись?
Я сглотнула и кивнула. Ох, только бы не разозлить.
- Не переживайте, милая моя, вас никто потрошить не будет, - он усмехнулся, блеснул глазами в полумраке, и пошел прочь.
А я, от всего пережитого трясясь как лист, потянула на себя дверь нашей общей с Габриэль комнаты и шагнула вперед.
С ума сойти. Мне придется жить в одной комнате с аристократкой, Габриэль де Сарзи. Нет, все это просто невозможно.
Комната оказалась просторной, с камином. Окно было одно, и кровать под ним ожидаемо заняла Габриэль. Она сосредоточенно копошилась в своем красивом кожаном чемоданчике и что-то бурчала под нос. Я молча подошла к свободной кровати и присела на краешек. Пачкать плотное тканое покрывало не хотелось. Габриэль молчала, не замечая меня и продолжая свое занятие. Я тоже не знала, что делать и как себя вести, надо было дождаться обещанную одежду, потом пойти искупаться и приготовиться к собеседованию. В голову лезли самые глупые мысли. Должна ли я была называть Габриэль госпожой? Должна ли я заговорить первой, нам ведь жить вместе? И этот мастер Брист, о чем он будет меня расспрашивать? Немного страшно… и любопытно одновременно. В животе как будто поселилась сотня бабочек-капустниц, и все они трепещут крылышками, щекочут… забавно так щекочут.
Я наблюдала, как юная де Сарзи разложила на покрывале содержимое деревянной шкатулки. Там было столько блестящих коробочек и склянок! А еще костяные гребни, резные, такие необычные, маленькие, заколки для волос, и еще много интересных вещиц, о назначении которых догадаться было невозможно.
Я рассматривала и саму Габриэль: она была хрупкой шатенкой с глазами олененка, каждое ее движение было изящным и скупым одновременно. Я бы сказала – отточенным и выверенным годами строгого воспитания. И платье такого красивого коричневого оттенка. Даже Мила никогда не носила таких, откуда у дочки зажиточной крестьянки столько денег.
Неожиданно Габриэль отложила в сторону свои вещицы и посмотрела в упор на меня – тоскливо и испуганно. А у меня как будто гора с плеч свалилась: я думала, что останусь один на один с заносчивой аристократкой, а оказалась рядом с просто перепуганной и опечаленной девушкой, которая по душевному состоянию не так далеко ушла от меня.
- Что скажешь? – тихо спросила Габриэль де Сарзи.
Я пожала плечами. Не знаю, о чем говорить, что говорить.
- Как ты здесь оказалась? – снова вопрос.
И посмотрела на мои руки. Почему-то все на них глазели, как будто это было самым главным во мне.
- Я спасла сестру, - растерянно промямлила я, - и матушка узнала, что во мне частица духа Пробуждения. Поэтому меня заперли в амбаре и позвали сноходцев.