Жатва (СИ)

Харула мой вопрос, кажется, озадачил. Ответил он не сразу, задумчиво разглядывая меня. Мне даже пришлось поторопить его – бойцы Руса уже заканчивали перекур.
– Это часть правил турнира. Каждый жнец, захватывая пилоны и убивая жнецов противника, зарабатывает очки. Конечно же, Дома вознаграждают самых результативных. В основном деньгами. Но если есть какие-то предварительные договорённости – то и чем-нибудь иным.
– А Ординаторы?
– Их главная награда – кластеры амальгамы, конечно. Это чуть ли не единственный способ получить её.
– Мне показалось, что мои вопросы тебя удивили. Есть какой-то подвох?
– Откровенно говоря, я удивлен, что ты вообще узнал обо всем этом.
– Мне сообщила сама амальгама.
Полудемон снисходительно покачал головой.
– Амальгама – лишь инструмент. В неё вшита лишь та информация, что касается работы с организмом носителя.
– Но я спрашиваю её и получаю ответы. Насчет правил турнира, насчет Скверны… Много насчет чего.
– Значит, тебе дали доступ к некоторыми архивам Черной пирамиды. Плюс ещё и эти запросы по поводу того, кому посвятить победу…
Он снова надолго замолчал.
– Так что это значит?
– Могу ошибаться, но… Выходит, Ординаторы обращаются к тебе таким образом. И призывают выбрать сторону. А это значит, что фактически они признали тебя полноценным участником турнира.
– Жнецом? Выходит, если я выберу Дом Мэй, то тоже смогу участвовать в захвате пилона?
– Откуда же мне знать? Но было бы неплохо.
– А что вообще нужно для захвата?
– Для начала – выгнать других Жнецов из защитного поля, окружающего пилон. А потом – просто продержаться.
– Сколько?
– Не знаю точно. Лучше уж спроси у самих Ординаторов, раз имеешь доступ к их базе. Я такой же новичок в турнире, как и ты.
«Ама, сколько времени занимает захват пилона?».
«Зависит от нескольких факторов. Количество Жнецов, участвующих в захвате. Количество трофеев внутри самого пилона. Время, которое он находился под влиянием предыдущих хозяев».
«Дай хотя бы ориентир. Рядом с нами пилон под номером ноль ноль девять. Сколько времени понадобится, чтобы захватить его в одиночку?».
«От сорока минут до часа».
«А не в одиночку?».
«Время будет сокращаться пропорционально количеству участвующих в захвате Жнецов».
«А защитные системы пилона? На чьей стороне они будут?».
«Они не реагируют на Жнецов, но будут в штатном режиме атаковать все враждебные объекты, попавшие в радиус поражения».
Что ж, так куда понятнее. Вот только тогда получается, что без Жнеца в команде нам можно и не соваться к пирамиде. Даже если перебьем гракхов – сама автоматика пилона нас не подпустит.
Значит, вариантов у меня немного…
«Ама, что там с незакрытыми запросами по поводу побед над Жнецами?».
«Ждут вашего решения».
«Я решил. Я посвящаю эти победы Дому Мэй. И буду дальше сражаться на его стороне».
Повисла долгая пауза, и я напряженно прислушивался, ожидая ответа. Наконец, не выдержал.
«Ама?».
«Запрос отправлен Ординаторам».
«И каков ответ?».
«Неизвестно».
«Так они признали меня Жнецом или нет? Я могу участвовать в захвате пилона?».
«Неизвестно».
Я выругался сквозь зубы. Ясно. Ваш звонок очень важен для нас, пожалуйста, ожидайте ответа свободного ординатора. Оглянулся, заметив Караева, направляющегося ко мне в сопровождении Макса, Лося и Рината.
– Так что решили? – спросил я.
– Разделимся. Мы вшестером продолжим разведку. Остальные вернутся в лагерь. Надо перетаскать то, что успели найти.
– Хорошо. Какие вообще идеи?
Ротный огляделся и кивнул в сторону поблескивающей в утренних лучах солнца стеклянной громады бизнес-центра.
– Попробуем в «Империал» наведаться. Иваныч с ребятами заглянули в соседние дворы. Этой пакостью уже все первые этажи домов заросли, так что ловить тут особо нечего. А вот в небоскребе наверняка еще есть, чем поживиться.
 
– Там разве не офисные здания в основном?
– Не только, – возразил Лось. – Там куча всего. Отделения банков, рестораны, магазины. Наверху – дорогие апартаменты всякие. В общем, воды иеды-то точно найдем. А может, и боеприпасы какие. У них тут крутая служба охраны была.
– Правда, надо как-то пробиться через эти щупальца внизу, – напомнил Макс.
– Попробуем, – кивнул я.
Мы двинулись вверх по улице – по-прежнему дворами, чтобы не выходить без надобности на открытые пространства. По пути я вкратце пересказал наш разговор Харулу.
– Нужно действовать осторожно, – предупредил он. – Ночью я уже пробовал подобраться к башне. Но щупальца Скверны слишком разрослись. Сейчас, под солнцем, они сонные, так что должно быть полегче. Но расслабляться нельзя. Скверна коварна. К тому же, если мы правы, и большая её часть скрывается под землей – то солнце её не усыпит полностью. Она продолжает расти даже сейчас. И время играет против нас.
– Да понял я, понял, не нагнетай, – вздохнул я.
До «Империала» по прямой было метров триста-четыреста, и в обычное время это расстояние можно было одолеть минут за пять. Но мы пробирались не меньше получаса – крались, осматривая каждый клочок земли под ногами и реагируя на каждый шорох.
Было необычно тихо и безлюдно. Даже зверья типа одичалых собак, напавших на меня у моста, навстречу не попадалось. Похоже, грибница отпугивала всё живое. А то, что не отпугнула – сожрала.
К самому небоскребу подходили с опаской. Побеги грибницы здесь были мощные, местами толщиной в человеческое туловище, и нижние два этажа они опутывали так плотно, что под ними почти не было видно остекления.
– Что-то слишком тихо, – проворчал Лось, и, щурясь от бликующих на солнце зеркальных стекол, окинул взглядом здание.
Остальные, не сговариваясь, тоже запрокинули головы, глядя вверх.
Начиная с третьего-четвертого этажа здание бизнес-центра выглядело почти нетронутым, если не считать выбитых кое-где окон и нескольких больших черных пятен от пожаров. Это позволяло надеяться, что внутри много чего сохранилось. В этом смысле грибница даже защищает «Империал» от разграбления – и мародеры из местных, и Жнецы наверняка обходили его стороной. Правда, на момент начала Жатвы и внутри здания было немало народу. Интересно, что с ними стало…
Но Лось прав, что-то и правда слишком тихо…
Будто в ответ на наши мысли где-то высоко наверху вдруг раздался звон разбившегося стекла. Вниз полетели блестящие осколки, и мы бросились врассыпную, уворачиваясь от острых снарядов. Вместе с сколками стекла на тротуар плюхнулось тело человека в сером деловом костюме. От влажного звука удара у меня невольно всё сжалось внутри. С какого там этажа он вылетел? Где-то двадцатый. Череп лопнул, как перезрелый арбуз, внутренности, наверное, тоже всмятку.
– Фу, блин… – скривился рядом Макс. – Жуткая смерть.
– Он не орал в полёте, – заметил Ринат.
– Угу, – поддакнул Лось. – Так что, сдаётся мне, умер он гораздо раньше. А чего это у него из спины торчит?
Первым к трупу подошел Харул и с трудом выдернул из спины трупа небольшой продолговатый предмет. Подойдя чуть ближе, я увидел, что это метательный нож – цельнометаллический, с узким зазубренным клинком листовидной формы.
Взвесив оружие на ладони, Харул одобрительно хмыкнул и задрал голову, высматривая окно, из которого вылетел труп.
– Хестия… – пробормотал он. – Ну, что ж, наконец-то хорошие новости.
– Кто это?
– Честно? Самая кровожадная, психованная и непредсказуемая стерва из всех, кого я знаю. Убийца, воровка, грабительница. На этом ноже её клеймо, видишь?
– Тогда почему это хорошие новости?