Жатва (СИ)

Я, будто дельфин, передвигающийся прыжками по границе двух миров, скакал по этажам, выглядывал в окна, проверял лестничные пролеты. Пока, наконец, не засек одного из гракхов. Правда, не в здании, а снаружи, возле пристройки, примыкающей к основной «свечке». Не то паркинг, не то помещение под магазины. Здесь еще даже стены полностью не успели возвести – котлован, какие-то сваи с торчащими вверх длинными пучками арматуры.
Силуэт аррана я разглядел, высунувшись в окно третьего этажа. Линзы, увы, ничего не подсветили – кажется, вся их хваленая система оповещения наглухо вырубается в сером мире, как и система ориентирования в пространстве. Что ж, придется с этим считаться.
До противника было буквально несколько метров. Правда, по вертикали. Но и это сейчас не проблема – оконный проем пустой, без стеклопакета, так что даже фокуса с прохождением сквозь препятствия не понадобится.
В том, что это именно арран, сомнений не возникало – характерные шипы на броне, блестящие нити амальгамы, пронизывающие все тело. Правда, помимо них, я заметил и какие-то красноватые вкрапления. Кажется, я подобное уже видел – еще в первую свою встречу с чужаками, в больнице. Что это вообще? Следы игниса?
Нападать я не торопился – для начала нужно убедиться, что поблизости нет других противников. Против двоих, а тем более троих лезть точно не буду.
Мой «клиент» пока оставался на месте. Он, похоже, только что убил какую-то зараженную тварь размером с собаку и теперь зачем-то ковырялся в ней, присев на одно колено.
«Ама, что он делает?».
«Визуальный анализ затруднен. Вероятнее всего, собирает генетические образцы из пораженных игнисом органов».
«Зачем?».
«Представители Дома Гракх активно используют амальгаму для встраивания в геном различных модификаций на основе чужих генов. Существа, пораженные игнисом, иногда приобретают полезные мутации, поэтому их изучение представляет для них практический интерес. Кроме того, гракхи не уничтожают Грибницу, а тоже пытаются использовать ее ресурсы».
«А Ортосы?».
«Дом Ортос категорически не приемлет вмешательства в геном арранов. Один из его главных постулатов – сохранение чистоты расы. Поэтому Ортосы не заводят потомства с выходцами из других миров, остерегаются влияния Скверны и игниса».
Хм… Выходит, различия этих двух лагерей куда глубже, чем разные предпочтения в дизайне доспехов. Надо будет расспросить Аму подробнее об этом, вытянуть всю информацию, что у неё имеется на этот счет.
Но не сейчас, конечно. Сейчас есть дела поважнее.
Я выпрыгнул из окна, приземлившись в паре метров от аррана. Клинок уже готов был вырваться из наруча, заряда в Накопителе было полно.
Лучше напасть со спины, пока он возится с трупом. Вся загвоздка в том, чтобы в нужный момент выскользнуть из серого мира, а если понадобится – нырнуть в него снова. Хотя… После того, как завяжется бой, лучше использовать короткие нырки, не проваливаясь полностью, а просто превращаясь в бесплотный дух.
Если, конечно, все не решится одним удачным ударом. Рубануть вот сюда, в заднюю поверхность шеи… Правда, как назло, тут доспех довольно толстый, топорщится целым гребнем массивных, похожих на позвонки наростов.
Я даже сам удивился, насколько холодно и кровожадно я думаю о предстоящем убийстве. Меня охватил какой-то странный азарт – что-то вроде первобытного охотничьего инстинкта. И при этом никакой жалости к жертве не было. Как и угрызений совести по поводу того, что нападать собираюсь подло, из засады, в спину.
Впрочем, сейчас это состояние было даже кстати, поэтому я отбросил сомнения. Тем более что арран, кажется, уже заканчивал препарировать труп, и я едва не упустил удачный момент.
Клинок вспыхнул, вырываясь из наруча, уже когда я замахнулся для удара. А сам момент атаки четко совпал с перемещением в реальный мир. Клинок рассек толстый слой брони, почти не встретив сопротивления, однако угол получился не совсем удачный – арран дернулся, будто успел что-то почуять.
 
Удар прошелся вскользь, и вместо того, чтобы достичь хребта, светящееся лезвие лишь срезало кусок брони на загривке и рассекло покатый, похожий на муравьиную голову, шлем. С забрала слева отлетел здоровенный кусок, обнажилась нижняя половина лица, перекошенная гримасой ярости.
Я почти тут же метнулся в сторону. И не зря – арран, крутанувшись вокруг своей оси, хлестнул воздух кривым зазубренным мечом. Я едва успел увернуться, завалившись назад – мгновенно нырнуть обратно в тень не получилось.
Пожалуй, меня спасло то, что я не новичок в рукопашных схватках. Пусть и не занимался боевыми искусствами на результат, но все же провел не одну сотню спаррингов – и тренировочных, и соревновательных. И главное, чему учишься на ринге – это «читать» противника, чувствовать его, порой каким-то шестым чувством.
Вот и в этот раз я, как говорил наш тренер, копчиком почуял, что уклониться – недостаточно. Все-таки нырнул в сумрак снова, меняя направление движения и выскакивая в реал с другой стороны от противника. Мой второй удар получился куда удачнее – распорол ему весь левый бок, от подмышки почти до паха. Увы, не очень глубоко – арран и тут успел среагировать и, изогнувшись, частично уйти от клинка.
Да что ж ты быстрый такой! Рефлексы – как у мангуста!
Мне пришлось снова спешно укрываться в сумраке, но даже тех долей секунды, пока я находился в реале, аррану хватило, чтобы разглядеть меня и ударить кинжалом, откуда-то появившимся во второй руке. Боль обожгла мне левое предплечье – я инстинктивно вскинул руку, защищаясь.
Зар-раза! Не очень глубоко, но болезненно.
Прокручивая бой в своем воображении, я действовал быстро, просто-таки молниеносно: нырок – выныриваю за спиной противника, бью – снова нырок, чтобы уйти от возможного контрудара. При необходимости – повторять, пока враг не перестанет трепыхаться. Но на практике все выходило куда сложнее. Я еще не совсем освоился со своими новыми возможностями, да и в целом эти частичные уходы в серый мир происходили не мгновенно, а с некоторой задержкой, буквально в доли секунды. Но в эти мгновения я был уязвим.
А вообще, без этих трюков я бы, похоже, был мертв уже секунд через пять. Арран двигался неестественно быстро, а клинками владел так, будто они были частью его самого. И даже то, что он имеет дело с невидимкой, его, кажется, нисколько не смутило.
Я рванул вперед, проходя прямо сквозь противника, и вынырнул сбоку, всаживая клинок куда-то ему под ребра. На этот раз удачно – на всю длину.
И тут же снова исчез.
Р-р-р! Уже в сером мире я взвыл от боли в левом бедре и с ужасом уставился на растекающееся темное пятно крови на штанине. Да как так-то?! Эта тварь умудрилась ужалить кинжалом – быстро, не глядя, ударив за спину. Ему просто повезло? Или он предугадал мой маневр?
Страха, как ни странно, не было. Наоборот, все больше разгоралась ярость и какой-то нездоровый азарт. Впрочем, от них не срывало голову – мыслил я холодно и четко, максимально сконцентрировавшись на своих действиях и ощущениях.
Итак, он быстрее, сильнее и куда искуснее меня в открытом бою. И его клинки, хоть и вполне обычные, для меня столь же смертоносны, что и мой для него. У меня единственный козырь – умение скользить между слоями реальности. Надо только более умело им пользоваться. Прочувствовать, понять, как это работает…
Я на какое-то время даже перестал пытаться атаковать аррана – просто метался вокруг него, выныривая с разных сторон и стараясь делать это как можно быстрее. Время будто бы замедлилось, я стал отчетливо слышать биение собственного сердца. Впал в какое-то странное состояние, похожее на транс.
Звуки скачут, то исчезая, то становясь громче – будто кто-то быстро зажимает мне уши, а потом отпускает. Я скольжу между реальностями так быстро, что фигура аррана не успевает превратиться в дымного призрака, как при полноценном погружении в серый мир. И даже я сам не всегда полностью успеваю перетечь из одного состояния в другое – иногда только частично, отдельными конечностями.