Почти управляя телом (СИ)
Кира попыталась открыть дверь. Водительская и пассажирская оказались наглухо замурованы.
Кира переползла на заднее сиденье. Левая дверь не поддалась, а вот правую удалось немного приоткрыть. Девушка посмотрела в образовавшуюся щель. Слишком мало. Не пролезть. Она закрыла дверь и открыла окно.
В салон посыпался снег.
На секунду Кира испугалась. Ей показалось, что снег будет падать и падать, пока не займёт всё пространство вокруг, так что она не сможет дышать. В салоне вдруг стало катастрофически мало места. То, что она считала своим убежищем и местом силы, превратилось в гроб, который стремительно сжимался вокруг неё.
Вдруг по трассе проехала машина. Свет фар скользнул по полю, осветил снег, и Кира отчётливо увидела полоску света на фоне тёмного неба над окном.
Способность думать вернулась так же быстро, как и исчезла мгновение назад. Ни в какой она не в ловушке. И вокруг неё не вода, а снег. И всё, что надо сделать…
Кира открыла окно пошире, на этот раз проигнорировав полетевший в салон снег. Она встала на сиденье на колени, отодвинула снег и, ухватившись за крышу, выползла из машины. Тут же провалилась в снег и упала. Взвизгнула от холода и чертыхнулась. Пуховик остался внутри — она никогда не водила в верхней одежде. Холод моментально выбил воздух из лёгких. Кира шумно вдохнула и засмеялась. Всё было хорошо! Она жива и свободна, осталось только выбраться на трассу. Кира заглянула в салон: пуховик, шарф, шапка и варежки лежали с другой стороны от неё, за водительским сиденьем. Дорога, с которой её унесло, была не очень оживлённой. Выжить в аварии, а потом замёрзнуть насмерть было бы крайне глупо.
Изнутри открыть дверь Кира не смогла. Но теперь она была снаружи и могла расчистить к ней путь и дотянуться до одежды.
Она запустила руки в снег, ругая собственную глупость. Почему она не оделась до того, как вылезла из машины? Пальцы замёрзли моментально. Сначала было больно, а потом Кира перестала что-либо чувствовать. Активно копая, она частично отогрелась.
Наконец она освободила достаточно места, чтобы открыть дверь. Оглядев себя, поняла, что оставаться в мокром насквозь свитере нельзя. А вот джинсы придётся потерпеть, выбора не было. Она стянула свитер и бросила его на заднее сиденье. Там, внизу, ветра почти не было, поэтому она закуталась в пуховик поверх тонкой майки, не успев замёрзнуть. Руки, оказавшись в варежках, никак не отреагировали на них и не почувствовали тепло. Кира сжала пальцы в кулак и посмотрела вверх. Слишком крутой подъём. Слишком много снега. И так стремительно темнело. Нужно спешить.
Повозившись в снегу, снова намокнув и дрожа от холода, она наконец сумела вскарабкаться наверх. Пританцовывая на обочине, обхватила себя руками и попыталась согреться. Через несколько минут она почувствовала покалывание в пальцах. Постепенно чувствительность возвращалась.
Кира достала мобильник. Заветное LTE горело рядом… с двумя процентами зарядки. Экран погас.
— Твою мать! — чертыхнулась она. И вдруг услышала звук мотора и увидела свет от фар.
Стоя на обочине, Кира прыгала и махала руками. Выйти на дорогу опасалась — будучи уверенной в собственных навыках, она всегда помнила о том, что другие могут не суметь вовремя затормозить. Или не захотеть. Несмотря на холод, она усмехнулась. Как показала практика, даже её хвалёные навыки иногда сбоят.
В сгущавшихся сумерках её заметили. Белая «Мазда» сбросила скорость и остановилась в нескольких метрах. Водитель выскочил и бросился к ней.
— Что случилось? — крикнул он, подбегая.
Кира попыталась ответить, но только лязгнула зубами. Только сейчас она поняла, как же сильно на самом деле замёрзла. Она махнула рукой себе за спину. Мужчина посмотрел в том направлении. Сперва ничего не заметил, но, приглядевшись, увидел выступающую из снега крышу автомобиля.
— В машине кто-то есть? — быстро спросил он.
Кира отрицательно покачала головой.
— Только я, — выдавила она и покачнулась, но мужчина поймал её.
— У тебя губы синие, — заметил он. — Давай посадим тебя в машину.
Она обратила внимание, как легко он перешёл на «ты», но, конечно, возражать не стала. Фамильярность спасающего её незнакомца точно не была проблемой в данный момент.
Он открыл пассажирскую дверь и помог ей забраться.
— У меня есть кофе, я сделал буквально пару глотков. Должен быть ещё тёплым. Допивай, я пойду посмотрю, получится ли подцепить тебя.
Она не успела предупредить о глубине снега, как он захлопнул дверь и, ёжась от ветра, потрусил к месту аварии.
Кира выкрутила печку на максимум и подставила руки к обогревателям. Тёплый воздух дул ей на ладони. Она щёлкнула обогрев сиденья и через несколько секунд почувствовала приятное тепло, обволакивающее тело. Она отогревалась, а снег на ней таял. Вскоре она уже сидела в приятной тёплой луже, напряжённо вглядываясь в сгущающиеся сумерки. В заряднике торчал провод. Кира подключила свой телефон. Экран остался тёмным — батарейка была полностью разряжена.
Владелец авто тем временем спустился вниз, огляделся и выбрался обратно на дорогу. Сел на водительское место.
— Нет, мне не выдернуть, тут эвакуатор нужен. Она застряла в кустах. Если начать просто так тянуть, то мы её ещё больше закопаем, — он вытащил телефон, — чёрт, не ловит. — И посмотрел на Киру. Она уже не стучала зубами, но выглядела жалко, кутаясь в мокрый пуховик. — Тебе надо переодеться, иначе никогда не согреешься. Давай схожу в твою машину за вещами?
— У меня ничего нет, — ответила Кира.
— Ты между Москвой и Питером со столичными номерами и без вещей?
— Я не… не ехала никуда. Точнее, я не ехала в определённое место, — ответила она. — Просто каталась.
Он изогнул бровь.
— Ясно. У меня с собой спортивный костюм. Будет великоват, конечно, зато чистый и сухой. Надень. — Он вышел из машины до того, как Кира успела возразить.
Пока мужчина рылся в багажнике, она сделала глоток кофе. Действительно ещё тёплый. Капучино. Ещё и сладкий. Обычно Кира такой не пила — но сейчас он так приятно проваливался внутрь и согревал тёплой волной…
Мужчина вернулся, приоткрыл дверь и протянул ей одежду.
— Я не буду смотреть. Попробую остановить кого-нибудь ещё.
Кира не успела поблагодарить и узнать имя, как он опять ушёл.
Изогнувшись, она с облегчением сняла с себя мокрую одежду и натянула спортивный костюм своего спасителя. Костюм сильно пах стиральным порошком и древесным парфюмом. Кира очень остро реагировала на запахи. Обычно они вызывали у неё аллергию и головную боль. Но костюм пах приятно.
Кира накинула пуховик и вышла на улицу. Пока она отогревалась и переодевалась, опять пошёл снег.
Мужчина увидел её и махнул рукой.
— Возвращайся в машину, не мёрзни, ты тут ничем не поможешь.
Но Кира подошла к нему.
— Слушай… Спасибо тебе, что помогаешь.
— Да прекрати. Любой сделал бы то же самое. — Мужчина вдруг улыбнулся, и она заметила, что у него приятная внешность, открытая улыбка и добрые глаза. — Как тебя зовут?
— Кира, — она вернула улыбку, — а тебя?
— Машина, — сказал он вместо ответа и вышел на середину дороги, подняв обе руки. В одной из них был телефон с зажжённым фонариком. Кира вспомнила свои недавние мысли о том, что водитель может не успеть среагировать на внезапное препятствие. И каким бы мужественным ни выглядел её невольный ангел… — ангел! Она будет называть его «Анхель», на испанский манер, — в споре с железной машиной он однозначно проиграет. Его самого, впрочем, это не волновало совсем. Он спокойно наблюдал за приближающимся автомобилем.
— Вдруг он… — забеспокоилась Кира.
— Спокойно. — В голосе Анхеля появилась сталь.
Кира вздрогнула и подавила желание отступить, вместо этого шагнула к нему и встала рядом. Он бросил на неё беглый взгляд, усмехнулся и опять посмотрел вперёд. Кира взглянула туда же: казалось, машина не собиралась останавливаться.
Девушка обхватила себя руками за плечи, будто пытаясь защититься.