Противостояние (СИ)

― К-конечно, господин! ― радостно воскликнула хозяйка таверны и стала сгребать дрожащими руками серебро со стойки. ― Не извольте беспокоиться! Сейчас мой младший сын покажет вам все комнаты. Ужин мы можем подать прямо сейчас, а с водой и одеждой придется немного подождать.
Я степенно кивнул и, взяв за руку растерявшуюся Лолу, последовал за худым высоким парнишкой.
Уже уходя, я заметил краем глаза, как хозяйка таверны подает какие-то знаки сидящим за дальним столом мужчинам. Что ж... Все идет так, как я и предполагал.
Спустя примерно полтора часа в двери нашей комнаты требовательно постучались. Ну наконец-то! Я уж думал, они посреди ночи заявятся. Благо мы уже успели поужинать, и сейчас Лола в углу за ширмой плескалась в глубокой деревянной бадье. Рядом с бадьей стоял табурет, на котором лежало несколько полотенец. А чуть дальше на скамье аккуратными стопками была сложена новая одежда девочки. 
Конечно, новой ее называть можно было только с большой натяжкой. Хозяйка таверны явно подбирала вещи из гардероба одной из своих дочерей. Возмущаться я не стал. Во-первых, все вещи были неплохого качества. А во-вторых, достаточно было увидеть восторг в глазах Лолы. По меркам девочки, которая последние годы провела в нищете, сегодняшний вечер был по-настоящему сказочным, начиная от сытного ужина и заканчивая теплой и чистой постелью.
Предупредив Лолу, чтобы она не высовывалась, я открыл дверь.
На пороге стоял мой старый одноухий знакомец. Некогда заместитель Скоркса, а ныне, я полагаю, и главный человек в этих местах ― Кнуд собственной персоной.
За год он ничуть не изменился. Все такой же худой старик с алчным взглядом. Его тонкие губы растянулись в притворной улыбке, обнажая гнилые зубы. Острый птичий нос, жиденькая седая поросль на подбородке ― он все такой же мерзкий, как снаружи, так и внутри.
За его спиной маячили двое бойцов. Одного из них я тоже знал. Балбес Клоп. А вот второго, самого молодого из троицы, я видел впервые. Стоит ли говорить, что меня никто не узнал.
Не успел Одноухий открыть рот, как я его опередил.
― А-а! Господин Кнуд! Вас-то я и ждал. Проходите, прошу вас.
Лицо главного надсмотрщика вытянулось от удивления. Не давая ему опомниться, я бережно схватил его под локоток и, продолжая приветливо заговаривать ему зубы, затащил в комнату. Клоп и его товарищ, как и ожидалось, растерянно замерли, чем я не преминул воспользоваться, захлопнув перед их носами дверь.
― К-кто вы? ― заикаясь от возмущения, наконец, спросил Кнуд. ― Откуда меня знаете? И позвольте полюбопытствовать, зачем вам понадобилась эта девчонка?
Я притворно вздохнул и потер подбородок.
— Значит, в мою байку о кузине никто не поверил... М-да… Но сейчас не об этом. Вы спросили, кто я? Отвечаю. Я здесь по поручению ордена магов. Знать мое имя вам без надобности. Что же касается лично вас. Надо ли объяснять, что мы все обо всех знаем?
― Но… ― Кнуд явно начал приходить в себя. ― Орден магов? Здесь, в нашей глуши?!
― Вам стоит говорить потише, ― пригрозил я, прикладывая указательный палец к губам.
В следующее мгновение старик затрясся, и его лицо исказила гримаса страха. Его расширившиеся глаза завороженно уставились на лиловое магическое пламя, окутавшее мою правую руку.
― Слушай меня внимательно, старик, ― холодно произнес я. ― Если задание ордена будет сорвано из-за твоей болтливости ― сюда прибудут палачи.
Услышав о карающей длани ордена магов, Кнуд громко икнул и, закатив глаза, тут же обмяк у меня в руках. Хм… Похоже, я перестарался. Фу! А вот и запах… Бездна! Кто бы мог подумать, что такой жестокий человек окажется таким трусом. Морщась от вони обгаженных порток, я несколько раз сильно встряхнул старика. Как ни странно, это помогло. Кнуд открыл глаза и посмотрел на меня мутным, ничего не понимающим взглядом.
Открыв двери, я все также под локоток брезгливо передал засранца на руки его бойцам и беззаботно улыбаясь произнес:
― Был рад встречи, господин Кнуд! Спокойной вам ночи. Надеюсь, нас с моей кузиной больше никто не побеспокоит?
 
Старик часто-часто замотал головой и низко поклонился.
― Н-не извольте б-беспокоится, ваша милость!
Закрыв двери, я поспешил открыть окно, чтобы проветрить комнату. Краем глаза заметил румяную мордашку Лолы, восхищенно наблюдавшую за мной из-за занавески.
― Так вы маг?! ― наконец, решилась она на вопрос.
― Ага, ― зажав нос и размахивая полотенцем, ответил я. ― Тебя это пугает?
Лола прыснула в ладошку.
― Ты чего? ― прогундосил я.
― Ваш голос, господин, ― улыбаясь, она кивнула на мой нос.
― А-а, понял, ― улыбнулся в ответ я.
― А еще я была рада увидеть страх этого человека.
― Этот урод как-то связан со смертью твоих родителей?
Лола покачала головой и грустно вздохнула.
― Нет, но я видела, как жестоко он обращался с кабальными…
М-да… Мне ли не знать.
― Обещаю, ― твердо произнес я. ― Очень скоро здесь все изменится. А сейчас тебе пора ложиться спать. Завтра мы отправляемся в путь. 
Спустя час Лола сытая, чистая и довольная уже засыпала в своей кровати в охапку с обновками. Дождавшись, когда ее дыхание стало ровным, я задул свечу, активировал полог невидимости и полез в окно. Этой ночью мне предстоит посетить еще некоторых моих знакомых… 
  
Глава 19
 
Шагая по ночному поселку, я пытался воскресить в памяти свои старые переживания, связанные с этим местом, но у меня ничего не получалось.
Я видел знакомые дома. Заглядывал в лица припозднившихся прохожих. Некоторых даже узнавал. Но все это никак не трогало мое сердце. Всего лишь еще один маленький невзрачный поселок, наполненный безысходностью и безразличием. Единственное, что его отличало от тысячи таких же во всей империи ― здесь погибли Крош и Весельчак. Первый, несмотря на пытки, так и не предал меня, а второй ― вступил в схватку, пытаясь спасти мою жизнь.
Я зло сжал зубы. Сегодня я верну этот долг.
Между бараками, где сейчас спали кабальные, гулял холодный ночной ветер. Будто предчувствуя грядущие события, он своими любопытными прикосновениями к моему лицу и рукам пытался выведать, что именно сейчас произойдет.
Погоди, ветерок. Вот сейчас загляну в еще одно место и начнем…
Оказавшись на отшибе поселения, я замер напротив старого заброшенного барака. За последний год он еще больше обветшал. Стал больше похож на безобразную груду гнилых досок.
Вездесущие гниль и сырость пробрались и на чердак, где когда-то была теплая и уютная каморка Кроша.
Стоя посреди темной комнатки, я не спеша осматривался. Сквозь маленькое оконце, некогда аккуратно заколоченное рачительным хозяином, врывался холодный любопытный ветер. Будто спрашивая: «Что дальше?» Из щелей в стенах исчезли тряпки и мох. Словно их кто-то специально повыдергивал. Не удивлюсь, если узнаю, что сюда не единожды наведывались любители поживиться за чужой счет в поисках наших с Крошем тайников.
Стол и стулья, а также главная гордость моего друга ― пузатый красавец-сундук, обитый бронзовыми полосами, отсутствовали. А жаль... По сути, я пришел именно за ним. Уверен, Крош хотел бы, чтобы сундук был у меня...
Осмотревшись напоследок, я тяжело вздохнул и двинулся на выход. В горле застрял противный горький комок, а на глазах появились горячие слезы... А ведь я думал, что уже оплакал моего друга. Видимо, эта боль останется со мной на всю жизнь.
А вот и барак Лютого и его кодлы. Как же долго я к нему шел. Именно это место чаще других снилось мне по ночам. Сперва это были кошмары, в которых я бежал отсюда со всех ног, но со временем все изменилось. Я очень сильно желал попасть сюда, чтобы залить это место кровью моего врага.
 
Конечно, я понимал, что опоздал. Лютого здесь давно нет. Наверняка оборотень уже участвует в отборочных поединках перед главными играми. Но здесь могли остаться те, кто непосредственно участвовали в убийстве Кроша.