В Дикой земле (СИ)
— Для таких малышей? — Ло-Куаб окинул взором оранжевых глаз человека и пару существ, которые совершенно не понимали, о чём толковали местные гиганты, а потому жались друг к дружке и слегка дрожали от звука гулких гласов. — Лучшие плотники управятся за трое суток, если начнут прямо сейчас и будут работать, сменяясь. Я сам прослежу.
— Славно, славно, да.
— Вижу, вы всё решили, — уточнил человек, испытывая смешанные чувства. Он заранее знал, что сможет отпроситься, ибо имел кредит доверия, после того как вернулся из первой экспедиции, но он не ожидал, что его ещё и снаряжать возьмутся. — Ладно, это… это прошло не так, как я ожидал. Вы двое, идите за мной.
А ещё он держал в уме то, что про каргу ему так и не ответили.
Часть 2, фрагмент 3
Уговоренное время волшебник проводил с мелкими нелюдями, стараясь успеть лучше освоить их язык перед путешествием, и делал успехи. Вспоминая, скольких мук стоило вникание в рык, хрипы, визги и вой Дружка, Тобиус диву давался, что не сошёл с ума, запертый с киноцефалом в аномалии. С другой стороны, возможно постоянная занятость разума и помогла ему сохранить рассудок в относительной целости.
Повторяя за существами вновь и вновь, серый волшебник всё лучше ухватывал незнакомую речь, а нелюди и рады были стараться. По крайней мере, самец, он проявлял большую общительность и выказывал человеку симпатию, хотя и становился робким как оленёнок, если Тобиус неосторожно допускал какой-нибудь резкий жест. Однако, с тех пор, как им вернули часть имущества, нелюди вели себя намного более доверчиво.
В момент обнаружения они носили кое-какую одежду, самец, например, опоясывался тонким кожаным ремешком, поддерживавшим набедренную повязку из грубой нити, а также несколько мешочков со всяким сором вроде сушёных грибов, ягод, блестящих панцирей жуков, чьих-то зубов. Кроме того, он носил маленькую меховую жилетку.
— И я не удивляюсь, что ты подхватил тяжёлую хворь в такой-то одёжке…
— Мне никогда не бывает холодно! — воскликнул беляк.
Фаза — Тобиус не смог не хмыкнуть, когда услышал это имя — всегда восклицал, словно иной формы общения не существовало. А уж жестикуляция… малыш словно всё время пребывал на театральной сцене, хотя сам об этом не подозревал. Но следовало отдать ему должное, после того, как мех был вычищен и высушен, выглядел он весьма прелестно. Особенно пышный меховой воротник, мягкий и тёплый.
Шкле, с другой стороны…
— Её действительно зовут Шкле?
— О да! — воскликнул Фаза, заламывая руки. — не знаю я, зачем они делают это со своими детьми! Дают им такие имена! Зачем?! Зачем, Шкле?!
Шкле, с другой стороны была обнаружена в длинной чёрной яге, довольно тёплой, должно быть. По темпераменту она являлась полной противоположностью громкого компаньона. Большую часть времени самка сидела на корточках в углу, укрыв чем-нибудь голову и прижав к груди сильные руки.
Оба существа недолюбливали яркий свет, но когда огромным карим глазам Фазы было комфортно в обычной тени, тёмные как у гоблина глаза Шкле нуждались в густом подземном мраке.
Со слов самца, «когда-то давным-давно» их со Шкле народы были единым целым. Но после Дня Безумных Небес…
— День Безумных Небес?
— О да! — воскликнул Фаза. — День Безумных Небес! День, когда небеса обезумели! Совершенно обезумели! Они меняли цвет, гремели, плевались молниями, а землю трясло, и страшные ветра сжигали всё вокруг! И тогда наш народ спрятался под землёй, и мы ждали, надеялись, что всё закончится, пока… всё не закончилось!
Волшебник усмехнулся.
— И тогда часть нашего народа выбралась обратно! А другая часть так и осталась под землёй! Невероятно, правда?!
— Хм, значит, разошлись в путях эволюции из-за различных сред обитания?
— Я ничего не понял! Но мне очень интересно, что ты сказал, Тоби!
— Тобиус.
— Биус?
— То… ладно. Твои предки…
— Тетург-рази!
— Да, они отправились жить обратно на поверхность, а предки Шкле…
— Тетург-риду!
— Спасибо. Тетург-риду так и остались под землёй?
— Верно! Верно! Верно! — трижды подпрыгнул Фаза, вскидывая вверх руки.
— Но жили вы рядом, не так ли?
— Жили, и живём! Недалеко! От реки лишь отойди на несколько деньков пути, и в предгорьях славных пещеру найти! Большую! Там братья наши и друзья, что света пуще чем огня боятся, проживают!
— Я спросил бы, что это сейчас такое было, но не стану тебя поощрять.
Во всей этой истории больше всего не хватало дат, а даты вытащить из маленького горлопана оказалось невозможно. Он их просто не знал. Умел считать лишь до семнадцати, и то лишь потому, что обладал шестнадцатью пальцами и одним хвост. Описанный им катаклизм имел место быть «очень давно» и Тобиусу просто не с чем было сопоставить это явление. Если оно вообще когда-либо происходило. Волшебник тщательно записывал всё, что слышал от Фазы, он понимал, что открывает незнакомый мир, но пока что очертания этого мира были смазаны и непонятны. Тобиус никогда в жизни не встречал ни единого упоминания о существах, похожих на тетург-рази или тетург-риду.
— Скажи-ка мне, друг, кто такая Карга Лесов?
— Карга Лесов!
— Да, кто она?
— О том старшим задать вопрос ты сможешь, когда до дому мы вернёмся вместе! Ты нам поможешь ведь?! Ты нам поможешь?!
И без того огромные глаза стали ещё больше, влажно заблестели, взглянули с мольбой в самую глубь Тобиусовой души. Котята? Щенки? Крольчата? Если хоть раз взглянуть в жалостливые глаза тетург-рази, все эти звери покажутся не милее пемзового камня для пяток.
— Я сделаю, что смогу, — мягко пообещал волшебник, полыхнув янтарным взглядом, — а могу я много чего.
* * *Вместо трёх суток, строительство лодки затянулось на пять и виной тому стал сам волшебник.
Тобиус, влекомый любопытством, заглянул в гости к ремесленникам, в чьей плотницкой мастерской обнаружил самый настоящий одномачтовый корабль, или вернее большую лодку с парусом. Работали быстро, ладно, споро, и даже Направляющие помогали, ускоряя процесс, но увидев, что на мачте устанавливали простой прямой парус, серый маг вмешался.
Не будучи знатоком морского дела, он всё же читал о разных видах корабельной оснастки, и кое-что в памяти сохранил. Тобиус потребовал соорудить косой парус с простым вооружение, иначе ему действительно проще будет лететь с чужаками на закорках, чем плыть. Лучший Ремесленник проворчал в ответ, что туда лодку донесёт сама река, а обратно при надобности потащат посланные на подмогу солдаты. Но Тобиус был неумолим, — если делать, то лучшим образом. Ло-Куаб долго не упрямился, косой так косой, новые знания его тоже заинтересовали.
Оказалось, что с того дня, когда тестудины нашли принесённую рекой откуда-то с севера пустую лодку и разобрались в её устройстве, мягкотелые человечки придумали что-то новое. Не приспособлены для жизни в водной стихии, вот и изгаляются. Рив предоставил чертежи косого паруса и системы вооружения для него, черепахи принялись переделывать отдельные детали лодки под новые нужды.
На шестой день всё было готово и три тестудина вытащили одномачтовик из мастерской, просто неся его над головами. Лодка была спущена на воду, и Лучший Ремесленник указал на неё рукой, предлагая оценить работу. Волшебник перебрался на борт, вновь осмотрелся.
Большая лодка с крепким килем, высокими бортами прямой сосновой мачтой, пахшей смолой; двускатная палатка из парусиновой ткани на юте хранила припасы, а за ней, на самом краю кормы находилась рулевая рукоять. Не самый сложный такелаж был с первого взгляда вполне правильно устроен, а меж плотно подогнанных досок не просачивалось ни капли воды.
— Сойдёт!
Ло-Куаб заворчал.
Тут же рядом обретались пять тестудинов из касты воинов, облачённых в броню, вооружённых. Один из них по имени Го-Дар являлся командующим, и он немного владел цирелианским.