Нежный взгляд волчицы. Замок без ключа

Барзай кивнул:
— Ничего нельзя говорить уверенно. Мы же не всеведущие и не всезнающие. Думается мне, всезнающих и всеведущих никогда не было. Есть пределы для человеческих умений…
Какое-то время они молчали, прихлебывали чай с травами. Стояла тишина, нарушавшаяся лишь ночными звуками мирного лагеря — поодаль похрапывали кони, далеко в степи пронзительно вскрикивал луговой ястреб, наверняка охотившийся на мелкую живность, ту, что днем прячется и выходит с темнотой. Да в одном из недалеких шатров продолжалась затянувшаяся пирушка — отчетливо слышно было, как там звенели чары и несколько пьяных голосов недурно выводили какую-то незнакомую балладу — вполголоса, чтобы не нарушать покой короля, то есть его скромной персоны.
Выплеснув опивки в костер, как полагалось, Сварог задал вопрос, который давно собирался задать кому-нибудь из степных шаманов:
— Почтенный Барзай… А не умеет ли кто-то из ваших проникать в прошлое? Если не в истинной плоти, то хотя бы разумом. Смогли же вы отправить меня на Тропы…
— Это разные вещи, — сказал шаман, нисколечко не промедлив. — Тропы и Время. На Тропы умеют проникать даже молодые, едва приобщившиеся к Степному Знанию. Это нетрудно. Это и люди иногда могут, не только колдуны и шаманы. Твоя жена, например, умеет, хотя и не способна объяснить толком, что именно умеет, не знает, что это путь на Тропы. А вот прошлое… Оно закрыто для Разума. Ходят только разговоры, что есть Места, откуда можно туда попасть, но толком никто не знает. Говорят еще, когда-то таких Мест было немало, но потом они закрылись…
Он замолчал и стал сосредоточенно наполнять чашки. Сварог ощутил легкое разочарование — здесь тоже ничем помочь не могли. От всех, с кем довелось беседовать, он слышал одно: силой Разума в прошлое попасть невозможно. Есть такие Места… но никто не знает, как их искать.
— И самое важное, пожалуй, — сказал шаман. — Говорят, в незапамятные времена в степи обитало племя людей-волков.
— Оборотни? — спросил Сварог.
— Нет, что-то другое. Сейчас уже никто не знает, что они были. Не просто люди, способные порой превращаться в волков, как каталаунские тигры умеют превращаться в людей. Что-то совсем другое. Но одно знали точно: это Зло, идущее из невообразимой глуби веков. Как Снежная Волчица. Говорят, она и была их королевой. Вот именно про них и говорили — что они насылают сны, пока не опутают разум человека окончательно, и он уходит с ними. Что иногда это можно 6 было увидеть заранее — верней, увидеть, что у человека волк за спиной. Значит, они его уже взяли в плен. Они, говорят, искали.
— Кого? — тихо спросил Сварог.
— Разные люди называли по-разному. Но все говорили, о ком шла речь. О девушке, которая может родить от такого волка ребенка, который обрушит этот мир, и мир станет совершенно другим, люди уже не будет хозяевами, а иные твердили, что людей не остается вообще. И в старые времена… — он жестко усмехнулся. — В старые времена девушку, у которой за спиной видели волка, сразу же убивали. Не из жестокости, ты должен понимать. Чтобы сохранить наш мир. Ты знаешь, несколько лет назад к нам прилетал ваш книжник. Из Империи. Он в степи прожил два месяца, объездил много мест, собрал предания, легенды, сказки. Есть у вас и такие. Он ничем не интересовался, только людьми-волками и Королевой Волков. Я с ним тоже говорил.
— Как его звали? — спросил Сварог.
Он слышал о таких людях — книжники Империи, интересовавшиеся земной стариной. Их было мало, но они были. Может быть, это ниточка.
— Лорд Нольтер. Он был молодой, но очень толковый. И кое-чему мог учиться у наших шаманов — а такое редко случается. Земля и облака — разные миры, далеко не каждый житель небес может овладеть земными знаниями. Нольтер мог. Потому его и принимали у нас очень хорошо, помимо обычного гостеприимства. Он обещал вернуться, но так никогда и не вернулся.
Молодой? Совсем хорошо, есть все шансы, в поисках ответов Сварог готов был хвататься на любую) соломинку…
— Это важно, — сказал шаман. — Это очень важно. Потому что у твоей жены волк за спиной.
 
— Что? — Сварог подался вперед.
— У нее волк за спиной, — совсем даже буднично сказал Барзай.— Я не мог ошибиться. Конечно, магия истончается, как старое сукно, ее становится все меньше из-за этих ваших придумок, которых прежде не было, — пароходы, самолеты, всякое прочее. Чем их больше, тем меньше в нашем мире остается магии. Но я видел волка у нее за спиной. Чем это кончится, сказать нельзя.
Нельзя сказать, что Сварог был ошарашен, — не то слово… Мир словно зашатался вокруг, теряя четкие очертания, стал зыбким, готовым в любую минуту… даже слова не подберешь, что могло случиться.
— Но у нее есть защита, — сказал он, не узнавая своего голоса. — Древний Ветер…
— Я знаю, — кивнул шаман. — Вот только то, что стоит за волчьей магией, древнее Древнего Ветра. И Древний Ветер может не защитить. Как заклинания на неуязвимость от пуль не могут защитить от Стрел-Стрелы. Потому что появились гораздо раньше…
— Что же делать? — спросил Сварог.
— Если бы я знал… Тебе придется искать самому. Любое Зло можно победить, если знать, как. Я бы и кровь, и жизнь отдал, чтобы тебе помочь, но не в силах… Одним, правда, могу помочь, хотя и не знаю, будет ли это помощь. Понимаешь, в старые времена люди умели определять, когда в сны человека вторгаются другие волки. Были такие бубенчики, они начинали звенеть, когда приходил волчий сон, — и некоторым удавалось вовремя защитить человека. Но это умение давно умерло. А вот бубенчики остались. Лежат где-то, по сундукам, как родовые реликвии. Когда я говорил с другими наподобие меня, и с тенями, мы ведь встречались не в телесном облике. И договорились: когда вернемся в людскую плоть, начнем искать по всей Пуште. Вряд ли поиски займут много времени. Придумай способ, чтобы ты мог говорить со мной из-за облаков.
— Ну, это совсем нетрудно, — сказал Сварог. — Такие способы есть… Но как твои бубенчики смогут помочь?
— А вот этого я не знаю, — покачал головой Барзай. — Может, если они попадут в руки кого-то понимающего, он и сможет что-то подсказать. Может, в других местах такие люди еще остались. У нас их больше нет…
— Барзай, — сказал Сварог совсем тихо. — А у меня, случайно, нет за спиной волка? Я же тоже вижу эти проклятые сны, я рассказывал…
— Нет, — уверенно сказал Барзай. — Я бы видел. И потом, волки встают за спиной только у женщин. Их по-разному называли — Невеста Волка, Возлюбленная Волков… Только у женщин. Твои сны — это что-то другое. Ты им не нужен. Им никогда не нужны были мужчины… Они же не могут рожать, а тем нужна как раз женщина, способная родить человека-волка. То самое страшное существо, которое может обрушить мир…
Сварог усмехнулся, крепко подозревая, что со стороны его усмешка кажется вымученной:
— Ну, мир пока что не обрушился. И не похоже, что движется к этому. Так что не все так плохо…
— Может однажды и случится, — сказал Барзай. — Мне не так уж много осталось, а вот тебе, светлый король, жить гораздо дольше… Ни от чего не следует зарекаться.
— Пожалуй… — сказал Сварог. — Значит, эти люди-волки насылали сны?
— Да. Но далеко не сразу начали. Долго, очень долго жили как обычные люди, и только потом началось. Некоторые полагали, что сами они долго не становились веральфами… Так их звали, людей-волков, — веральфы. Может быть, сначала это поразило немногих, понемногу распространялось в племени, как зараза, только гораздо медленнее, но настал момент, когда веральфами стали все. Вот тогда в соседних родах девушки и стали видеть волчьи сны, уходить к веральфам. Спохватились далеко не сразу, а когда спохватились, собрали шаманов. Так и выяснилось. — Он жестко усмехнулся, — Это сейчас даже у нас, когда нужна какая-то жестокость, иные на нее идут не сразу, начинают рассуждать, нельзя ли без нее обойтись. В старинные времена люди были незатейливее и решительнее. Три окрестных рода, в которых девушкам виделись волчьи сны, окружили то племя и вырезали там все живое. Может, кто-то из нынешних добреньких и ужаснется, но иначе тогда было нельзя. Веральфы исчезли. Потом они, правда, появлялись, но редко и поодиночке, и шаманы очень быстро их выискивали. Есть умение их видеть. Знаешь что? Тебе такое умение тоже не помешало бы. Нольтер отчего-то считал, что веральфов немало и в городах. Сказал, как я и сам порой говорю: «Некоторые думают…» И потом уже я подумал: если так, в городах их отыскать гораздо сложнее. И умением владеет гораздо меньше людей, чем у нас, и уклад жизни там совсем другой. Это у нас насторожатся, если девушка вдруг вздумает уйти в соседний род, к молодому человеку, с которым раньше никак не могла встречаться, а в городах об этом не задумываются, там ведь парни и девушки встречаются иначе, чем в степи. Если Нольтер прав, меня это пугает, понимаешь?