На службе государства (СИ)
Снег был повсюду, мешая видеть и хоть что-то понимать, внезапно голову пронзило болью, и я совершенно потерялась в пространстве, а пришла в себя уже лежа на спине, а на мне сидела девчонка. Удар жесткой варежкой я пропустила, и только потом попыталась закрываться руками от посыпавшихся на меня шлепков. Только после третьего или четвертого болезненного удара сознание прочистилась, и я стала воспринимать ситуацию всерьез, вспомнив, в чем мое преимущество. Боевой транс, а в следующий миг жгут ослабления обнуляет эмоциональное состояние противницы, внезапно сметенной с меня усилиями Джи, в то время как четыре свободных жгута хищно вздымаются вверх, готовые обрушиться хоть на весь взвод, если потребуется. Однако все уже закончилось, почти весь взвод, как стоял, так и стоит, с удивлением рассматривая драку, в которую со стороны Светы ввязались только мы с Джи, а со стороны Людки и вовсе одна ее подпевала успешно мной нейтрализованная.
— Поль, Джи вы как? — Спросила Света.
— Она мне губу разбила, — Пожаловалась я, ощупывая разбитую губу, а еще правый глаз жутко болел и стремительно заплывал, ууу, больно-то как…
— Есть еще кто-то сомневающийся в моих приказах? — Грозно спросила Света, обращаясь сразу ко всем.
Никто ей не ответил, девочки хоть и молчаливо поддержали Люду боясь идти неизвестно куда, но идти на конфликт со Светой и вбиваемой субординацией не собирались, тем, более видя столь стремительный разгром Артемьевой.
— Нет? Тогда построились быстро! Построится! — Прокричала Света, слегка истерично и даже пошатнувшись по непонятной причине, но все это было не важно, поскольку ее голос обладал такой силой, что буквально пронзил до костей.
Выпрыгнув из снега, забыв про боль в глазу и губе, я заняла свое место в строю, стараясь даже не дышать, лишний раз и прислушиваясь к каждому слову командира! Все остальные девочки от меня не отставали, даже Людка с ее товаркой поднялись и встали в строй.
— Смирно! — Скомандовал командир, и оглядела наше бравое построение.
— Артемьева! Два шага вперед! — Последовала новая команда. — Трусиха! Ты позор всего нашего взвода! Мы лучшие, одаренные необычными способностями призванные на защиту всего мира! — Повторила она один из тезисов воспитателей, — А ты и вы все захотели позорно сбежать, наплевав на все.
— Да, все хватит, я поняла… — Буркнула Артемьева.
— Тихо! Взвод кто она такая?
— Трусиха! Трусиха! Трусиха! — Хором гаркнули мы, вгоняя Люду в краску.
— Я, правда, поняла…
— Что ты поняла?! Быстро извиняйся перед всем взводом, за то, что из-за тебя их всех чуть не посчитали позорными трусихами не достойными хоть капли доверия!
Люда сжала кулаки, и оглядела строй, ища поддержки, но даже ее подруга смотрела с осуждением и, сдавшись под всеобщим давлением, она стала извиняться. Света еще минут десять нас стыдила, причем приведя такие простые и очевидные доводы, что даже мне стало стыдно, за то, что думала вернуться, после чего скомандовала продолжить движение дальше. Радуясь возможности следовать за лидером, мы развернулись и колонной соблюдая строй, побежали в указанную сторону.
Бег почти не запомнился, Света изредка подгоняла, и мы бежали, имея перед собой только одну цель собственно бег.
— Деревня, прибыли! — Услышала я голос командира, то есть светы и наваждение спало, а вместе с ним пришла жуткая усталость и пульсирующая боль в заплывшем глазу.
— Уууу… — Простонала я и рухнула там, где стояла, прямо в снег, моему примеру последовал весь взвод.
— Пока бежали, проще было. — Пожаловался кто-то. — Ох, мои ноги…
— Холодно, зайдем в деревню?
— Нет, Поль иди сюда посвети. — Позвала Света и, поднявшись, я подошла к подруге, светя фонариком на карту. — Нет, наше расположение не в деревне, а вон там, на опушке леса. Мы должны до рассвета оборудовать позиции и держаться, помните, что воспитатель приказал?
— Ууу… — Было всеобщее мнение взвода, у Светы вид тоже был изможденный долгим забегом, но она сдаваться не собиралась.
— Хватит стонать, мы уже почти на месте! Нельзя сдаваться в шаге от успеха, подъем!
Нехотя мы встали на ноги и побрели в указанную сторону, с тоской поглядывая на удаляющуюся деревеньку. Минут через десять идущая первой Света по грудь провалилась в снег, угодив в какую-то заметенную яму, однако пока мы ее откапывали и доставали, выяснилось, что это не яма, а старый окоп.
— Вот теперь мы точно на месте! Уверена! — Радостно заявила подруга. — Отдыхаем десять минут!
Побросав рюкзаки, мы повторно развалились на снегу, блаженствуя.
— Поль, ты как? Глаз не болит, он у тебя совсем заплыл. — Заботливо спросила Света.
— Больно… не стала скрывать я, и я им ничего не вижу, но это ведь только потому, что он распух, правда?!
— А, да, я такое у парней со двора часто видела, с виду жуткая картина, а через пару дней и следа не остается, не переживай.
— Уф… — Облегченно выдохнула я, успокоенная словами Светы.
— Надо было сразу кровь спустить, тогда бы не распух. — Сказала Джи предложив. — Да и сейчас еще не очень поздно, я могу попробовать.
— Как спустить? — не сообразила я.
— Разрезать…
— Нет, не надо! — Поспешила я отказаться от каких-то странноватых методов лечения подруги, уж лучше потерпеть так…
— Свет, а что дальше? — Шепотом спросила я, когда убедилась что другие девочки на некотором отдалении.
— В смысле? Сейчас откопаем окопы и будем ждать.
— Но чего? Что вообще происходит? Это новый Прилив, или просто вырвавшиеся из разлома твари? Кого мы тут должны оборонять, тьфу удерживать? — Поделилась я своими сомнениями.
Света сначала хотела огрызнуться, но посмотрев на меня и Джи, сдержалась.
— Не знаю, я тоже ничего не понимаю, но лучше уж быть хоть к чему-то готовым, дожидаясь, когда воспитатель пришлет помощь, чем просто сдаться!
— Угу…
— Все подъем! — Прокричала Света. — Взяли лопаты и откапываемся! Второе отделение копает направо по окопу, третье налево, а первое за мной, надо осмотреть вон тот подозрительный холмик.
Подхватив саперную лопатку и оставив все остальные вещи валяться в куче, я вместе с первым отделением пошла за Светой, прикидывая, чем ей так понравился этот холм.
— Да это же блиндаж! — Сообразила я.
— Точно! — Кивнула Света. — И судя по ветке окопа, вход где-то с этой стороны, копаем! — Повелительно взмахнула она лопаткой, и мы с энтузиазмом приступили к раскопкам.
Правда энтузиазм быстро утих, отбрасывать снег маленькими лопатками не такая уж и простая задача, особенно если перед этим ты отмахал километров двенадцать…К тому же в первый раз мы не учли что окопы идут не по прямой, и откопали блиндаж не с той стороны, пришлось начинать все сначала и в этот раз удача была с нами.
Откопав дверь, мы смогли попасть внутрь не особо большого помещения с парой стульев и небольшим столом по центру, но главное в углу сиротливо чернела печка буржуйка, труба от которой уходила в потолок.
— Отлично, сможем согреться! — Порадовалась Света. — Так не толпимся, еще рано, все наружу и откапываем крышу, нужно найти трубу. Поль, сбегай, позови ко мне Рябкову и Артемьеву.
— Есть…
Пробежав сотню метров, я вернулась с командирами отделений.
— Поль, займись уборкой в блиндаже и приготовь печку к работе! — Приказала Света, по сути, освобождая меня от раскапывания снега. — Так теперь вы, Артемьева, бери свое отделение и найди хворост.
— Да тут везде метровый слой снега, где я его…
— Хочешь в тепле погреться? Тогда найди, не знаю, сухое дерево в лесу высмотрите или ветки еловые, главное чтоб горело хорошо. Олесь, а ты со вторым отделением перенесите наши рюкзаки сюда и начинайте откапывать окопы от блиндажа в ту сторону, где мы начали.
С уборкой в блиндаже три на три метра я закончила быстро, но отдохнуть не получилось, принесли первую партию веток и Света назначила меня главной по печке и горячему чаю, пришлось разжигать огонь и растапливать снег в парочке жестяных банок из под зеленого горошка, входящего в наш сухпай, другой тары не нашлось. У нас были еще фляжки с водой, но они для растапливания снега не подходили.