Царица Теней: возвращение Персефоны (СИ)

Зевс мечтательно смотрел вдаль и загадочно улыбался.
— А? — он услышал только своё имя.
— Мы правильно поступаем, как думаешь? — терпеливо повторил Посейдон.
— Ему нечем! — Аид появился за их спинами со шлемом-невидимкой в руках и пояснил. — Думать ему нечем!
— Проклятье! — выругался Зевс. — Что ты тут делаешь? Я же сказал, нам не нужна помощь!
— Огненным водам Тартара скорми эту ложь, не мне! Всесильный Владыка! — аура Аида искрила, и хотя его чувства были скрыты за безупречной маской спокойствия, он был бесконечно и беспощадно зол.
Зевс ухмыльнулся.
— Раз ты сам меня так назвал... Тогда ответь, почему же это ложь? Разве всесильные владыки могут лгать? — он встретил испепеляющий взгляд брата и сразу стал серьёзен. — К монстру направлены боги, которые уже много раз вступали в сражение с Гигантами, они справятся и в этот раз. Я могу контролировать всё и без тебя.
— Кое-что ты вообще не можешь контролировать! — недвусмысленно намекнул Аид и взял в руку скипетр. Волна божественной силы от удара наконечника о камень едва не сбила с ног стражу Зевса. — Ты понимаешь, что ты делаешь? Ты понимаешь, что отправил их на смерть!?
— Неужели? — Зевс выхватил копьё. — Теперь ты решил поделиться, что за гадость осталась в том лесу?! И что же заставило тебя пойти на такую чудовищную жертву? — он разошёлся и открыто плёл всё, что думает. — Приходишь и показываешь своё превосходство! А где ты был, когда я просил тебя назвать последних оставшихся Гигантов? Где ты был, когда я просил помощи?
— Ты просил невозможного! — Аид хотел оставаться спокойным, но когда дело касалось Зевса, его сдержанности хватало максимум на две фразы. — Я похож на Пифию или Мойр? Считаешь, я этих Гигантов по именам знаю? Перепись веду? Я узнал только что. Гекатонхейры! Их трое, и твоим богам не справиться с ними.
— Они готовы! — возразил Зевс.
— Да! Умереть! Как ты не понимаешь, любая ошибка, любой недосмотр будут фатальными.
— И что? Тебе-то что до живых? Твоё царство не пострадает в случае неудачи...
— Но пострадаешь ты! Ты! — закричал Аид. — Наши сёстры и брат! Этого мало, чтобы я беспокоился? По-твоему этого мало?
Посейдон хотел бы помешать им, но вклиниться в их диалог было невозможно. Зевс тяжело дышал, не отводя взгляда.
— Благодетель ты наш! — высказался он, вставая в боевую стойку. — Куда не плюнь, везде твоя абсолютная поддержка и помощь! Хватит с меня твоих нравоучений!
Посейдон понял, что дальше медлить нельзя, и, наконец, окликнул их.
— Братья мои...
В следующий миг они одновременно посмотрели на него с одинаковыми выражениями лиц и в один голос сказали:
— Помолчи!
Ауры Зевса и Аида столкнулись, отбрасывая Посейдона — ему пришлось использовать трезубец, чтобы удержаться на ногах и не свалиться со скалы. Зевс, заметив это, не на шутку испугался и успокоился.
— Ладно... — он убрал оружие, но не желание дерзить, — великий стратег Аид, скажи мне, что же я должен был сделать, если не отправить туда отряд?
Аид прикрыл глаза и устало потёр переносицу.
— Для начала очевидное — отправить кого-нибудь на разведку, а после обратиться к нам, — он кивком указал на Посейдона, — и, может быть, к сёстрам... лучше к Деметре. Пойти самим, понимаешь? Не отправляя никого на смерть...
(наши дни)
У наковальни в мастерской Гефеста на Лемносе вспыхнуло пламя, из которого, излучая ауру тепла и уюта, появилась Гестия в сопровождении Афины. Посейдон отвлёкся от воспоминаний, приятно удивлённый таким визитом.
— Гестия...
— Рада тебя видеть, — сказала она.
— Афина, — Посейдон кивнул ей и, обшарив взглядом пространство за ними, встревожено спросил. — А Персефона не вернулась?
— Она и не собиралась, — Гестия подошла к столу, разворачивая свою огненную карту, — займёмся делом.
______________________________________________
*Великий год равен девяти обычным годам. [Мифология. Религия. Том 2. О клятве на водах реки Стикс] Кондрашов А.П.
  
Глава 36. Незнакомец
 
Белый тополь по-королевски раскинул ветви под алым небом. Единственный представитель своего вида в царстве Теней, он горделиво рос у Тёмных Врат, пересаженный сюда Аидом с берегов Стикса. Геката хмурилась, глядя, как тополь трепещет под порывами Мёртвого ветра.
 
Решив идти с Гермесом на Лемнос, она отпустила его к Лазурному источнику, чтобы попрощаться с Афродитой и забрать Макарию, но прошло больше часа, а он до сих пор не вернулся. Снедаемая беспокойством, Геката спустилась к причалу, надеясь, что Гермес явится вместе с Хароном, но и этого не случилось. Лодочник прибыл один.
— Царство Теней без Владыки опустело... — сказал Харон, убирая посох, на котором больше не горел белый огонёк, и тихо добавил, — снова.
Геката не видела его лица под маской, скрытой тенью широкого капюшона, но всё равно понимала, насколько глубоко он опечален уходом Аида. Они все были опечалены. Макария и Персефона, конечно, имели полное право взойти на трон, но только Аид был истинным царём, самим воплощением этого места, только с Аидом обитатели царства Теней не были одиноки.
— Я прогуляюсь к белому тополю... скажи Гермесу, если встретишь, пусть ищет меня там, — поддержать тему ухода Аида Геката не могла, не желала бередить раны, которые и без того в последнее время постоянно кровоточили.
Так она оказалась у белого тополя, ветви которого в момент её прихода согнул порыв Мёртвого ветра, сбрасывая с них серебряную пыльцу. Геката отпрянула и отмахнулась от неё, выставив защиту. Она ещё никогда не видела, чтобы белый тополь делал нечто подобное: пыльца медленно закружилась в воздухе и, смешавшись с пеплом и пылью, сформировала два силуэта — белый и чёрный. Силуэты начали говорить: голоса их звучали далёким эхом, словно приходили из глубины веков.
" — Я пересажу отсюда тополь, если ты будешь пытаться связываться со мной таким способом. Твои извинения мне не нужны, Гестия", — сурово сказал тёмный силуэт. Он стоял совершенно прямо, спиной к дереву, и смотрел вдаль.
Белый силуэт тянулся к нему, но не смел выйти из-под тени листвы.
— Я не извиняться пришла, Аид, нужна помощь.
Тёмный усмехнулся.
— Любопытно, как же я должен оказать тебе помощь, если ты на Олимпе, а я...
— Прошу тебя, это важно для нас обоих.
Он не ответил".
Геката застыла в оцепенении, не зная, как реагировать на столь откровенное личное воспоминание. Имела ли она право наблюдать за этим? Дозволено ли ей было прикоснуться к столь далёкому прошлому? Однако следующие слова белого силуэта ответили сразу на все вопросы. Геката осталась.
" — Ты давно искал верного сторонника, такого, чтобы заменил и превзошёл мен... Левку. Я знаю. Не отрицай. Если выполнишь мою просьбу, получишь самого преданного бога из существующих, обретёшь поддержку и силу, которую не даст тебе более никто.
— Хочешь подослать своего шпиона?
— Нет. Разумеется, нет, дело не во мне. Зевс изгнал богиню с Олимпа, нанёс ей тяжелейшее оскорбление, покрыл её имя позором. Я бы очень хотела, но не могу ей помочь, а ты можешь. Богиню зовут Геката. Так нужно...
— Кому? — равнодушно спросил тёмный силуэт и вдруг изумлённо обернулся. Серебристая пыльца, очерчивающая его контур, сверкнула призрачным светом. — Ты сказала Геката?
— Геката... Геката... Геката... — пропела листва белого тополя, затуманивая сознание Гекаты. Сомнений больше не осталось — пришло время исполнить предначертанное, пришло время ответить на зов.
— Геката... Геката... Геката...
Геката схватилась руками за голову, пошатнулась и упала бы, если бы не Харон, вовремя подоспевший к ней. Он слышал только конец разговора силуэтов и сначала не принял это всерьёз, но, коснувшись Гекаты, в полной мере осознал всю глубину происходящего. Харон помнил Безликих Сестёр и ту сделку, которую они заключили с многоликой богиней, когда она приняла помощь Аида — глаза не могли обманывать его: ещё одно пророчество вступило в силу, неумолимо вплетаясь в нити их судеб.