Царица Теней: возвращение Персефоны (СИ)

— Я не давала тебе никаких надежд, — напомнила Лина, — но это не значило, что я совсем отказываюсь от тебя. Это не значило, что твоя жизнь кончена. Тебя и твоего отца никто не любил взаимно, потому что вы ждали любви не от тех и искали её не там.
— Не там? Что ты имеешь в... — их взгляды встретились, и Макс заволновался ещё сильнее. Он совсем забыл. — Где Лана? Что Аид с ней сделал?
— Как удивительно забывчивы мужчины, когда не любят сами, да? — Лине стало обидно за сестру. — Ты позволил вчерашнему подростку уговорить себя, отпустил её в такое место, зная наверняка, что шансы малы, и ей грозит смерть! Ты хотя бы знал, что за напиток она дала мне? Ты хотя бы знал, что она пережила?
— Нет. Не знал. Деймос рассказал, когда...
— А должен был знать! Твоя обязанность с самого начала была защищать Лану...
— Да, Лин! Хватит! Я уже сказал, что позорно пропустил момент воздействия, не смог контролировать себя... — они не заметили, как повысили голос друг на друга, и Макс выпалил обвинение, которое не собирался озвучивать. — Если бы ты не сбежала из домика в лесу, всё было бы по-другому!
— Правда? — вспылила она. — Я тебе расскажу, как бы было! Есть только два варианта, помимо того, где «Протект» находит нас и убивает. Первый: Аид пришёл бы за мной и убил бы тебя на месте, — Лина сделала неопределённый жест рукой, — прости-прости... ты же бессмертный... отправил бы тебя на века в Тартар или на долгое восстановление к Кристаллу Душ. Второй: он бы не нашёл меня, и тогда, через время, божественная сущность Кроноса окрепла и закрепилась бы во мне. Тебе бы осталось только добить меня или отдать Аресу.
— Если бы ни Аид, ни «Протект» не пришли за тобой, у нас осталось бы время найти реше... — начал он, но тут же оборвал речь на полуслове. Тело Лины вспыхнуло божественной энергией, и Макс, выставив руки раскрытыми ладонями вперёд, отступил. — Да, да, ты права, а я уже признал, что ошибался. Не нужно стоять тут с таким лицом... в таком виде... мне неуютно, — он выдохнул и сменил тему. — Ты так и не сказала, что с Ланой? Она мертва?
Воспоминание о Лане снизило напряжение между ними, но не исключило возможную ссору.
— Нет, но она больше никогда не покинет царство Теней... теперь Лана бессмертное божество девичьих грёз и ничего не помнит о своей прошлой жизни. Так что... — Лина отвернулась, — можешь считать, что умерла.
— Не помнит... — Макс замолчал и отчего-то странно уставился на волосы Лины. — Что с тобой?
— Что? — она ощупала причёску и, подцепив небольшую прядь, вытянула её. Среди тёмных волос ярко выделялось множество белых, будто обесцвеченных. — Когда это случилось?
— Не знаю, — Макс забеспокоился. Все их разногласия временно отошли на второй план. — Я только что заметил. Почему это происходит? В прошлый раз было то же самое?
— Нет, только с оковами, блокирующими божественные способности, — сказала Лина и сжалась от неприятного предчувствия. Оно зародилось в солнечном сплетении и медленно растеклось по всему телу удушающей волной за миг до того, как что-то болезненно толкнуло её в грудь. Затем ещё и ещё... и ещё, до тех пор, пока она не согнулась пополам от боли. Голова закружилась, и земля стала уходить из-под ног... — Макс, — Лина нашла в себе силы удержаться на ногах, — позови... его... — последнее слово она произнесла еле слышно, почти выдавив из себя, и осела на пол.
Яркая лазурная вспышка показалась ей чудесным видением. Как было бы прекрасно, если бы Аид почувствовал её боль и пришёл без всякого зова, но разве такое могло случиться? Разве так случается в реальности? Нет, его объятья всего лишь побочный эффект её состояния, а голос — грёзы сна. Чудеса случаются только в сказках.
***
(Эпоха Раздела Царств)
Это были первые дни после тяжёлой бойни с титанами. Впереди их ждало ещё много сражений и побед, но сейчас они просто наслаждались покоем нового мира, совершенного в своей первозданной красоте, нетронутого и живого. Деметра сидела на берегу океана, юная и сияющая, её пшеничные волосы стелились по песку волнистыми прядями, хитон сполз с плеча и приоткрыл округлую грудь. Она без всякого стыда откинула голову, подставляя шею взору ясноокого Гелиоса, и провела пальцем по ключицам, едва касаясь кожи, потом повернулась и легла на бок, подперев голову рукой — ткань хитона откровенно обрисовала её бедро и изгиб ног.
 
— Гестия и Гера вчера были на Кифере... чудный остров, — Деметра улыбнулась, бросая взор из-под длинных ресниц на статного юношу, восседающего на сером валуне, как на троне. С его рыжих волос стекали капли воды.
— И что? — спросил он с досадой, словно она отвлекла его от чего-то важного, хотя он всего лишь смотрел на набегающие волны.
— Говорят, будто видели, как из морской пены появилась девушка такой необыкновенной красоты, что никто в мире не сможет сравниться с ней...
— А ты и поверила, — низкий вкрадчивый голос заставил Деметру вздрогнуть, а рыжеволосого юношу обернуться. Деметра приняла прежнее положение и прикрылась.
Мимо неё прошёл мужчина в чёрном хитоне и коротком плаще, ветер сдул с плеч его тёмные блестящие локоны, солнце бликами затерялось в бездонных глазах. Он выглядел мужественным и холодным, словно идеально сложенная скульптура, и так особенно напоминал младшего брата, что многие запросто могли обмануться. Но Деметра не обманывалась. Никогда.
— Это ты у нас не силён в доверии, Аид, а я сёстрам верю.
Он пожал плечами.
— Что ж, тогда будем надеяться, что та прекрасная девушка — не дочь Урана, иначе все мужчины мира будут у её ног, и вам с сёстрами ничего не достанется.
Деметра усмехнулась, а Аид, больше не удостоив её и каплей своего внимания, направился к юноше. Он хлопнул его по плечу, сменив тон голоса с насмешливого на дружеский.
— Ну, что, сладкоголосая сирена-Посейдон, не налюбовался ещё на свои волны? — сказал Аид и тут же отклонился от летящего в него водяного шара.
Шар разбился о песок, раскидывая брызги. Посейдон встал.
— Я созерцал, а вы... — он указал пальцем сначала на Деметру, затем на Аида, — вы... — пока они следили за его пальцем, над ними сформировались гребни волн.
Аид почувствовал и, за мгновение до прикосновения воды к его голове, переместился в сторону. Деметра оказалась менее проворной, она только и успела, что вдохнуть побольше воздуха, когда вода потоком обрушилась на неё. Мокрая и злая Деметра гордо удалилась, подальше от посмеивающихся над ней братьев.
— Как ты меня назвал? — Посейдон толкнул Аида в плечо. — Что ты там сказал? Повтори!
— Сладкоголосая сирена, — Аид уклонился от повторного удара и поймал руку брата в захват. — Жребий ждёт... и Зевс.
Посейдон почти затеял драку, но на этих словах остановился. Весь его задор мгновенно улетучился.
— Уже?
— Уже, — ответил Аид и отпустил его. — Так надо. Кто-то же должен взять на себя ответственность, или ты предпочтёшь возложить эту ношу на плечи наших хрупких женщин?
Посейдон бросил взгляд в ту сторону, куда только что ушла Деметра.
— Хрупкие, о, да! — протянул он и вздохнул. — Я бы предпочёл не выбирать... — Посейдон пошёл по берегу, впритык к набегающим волнам, приглашая Аида следовать за собой. Было ясно, что вопрос, который он собирается задать, уже давно мучает его. — Считаешь, Зевс достоин трона?
— Трона Олимпа? — Аид задумчиво погладил подбородок. — Да.
— Наверное, соглашусь. Он всё это начал, во многих победах есть его заслуга... это было бы правильно.
Аид молчал, и Посейдон посмотрел на него вопрошающе.
— А что будешь делать ты, если тебе достанется третий вариант? — его, как и остальных, больше всего волновал Подземный мир, ибо было очевидно, что никого не прельщает перспектива жить в вечном мраке.
— Третий? — Аид пнул маленькую ракушку, выброшенную на берег. — Если Ананка-судьба того пожелает, я приму это, как благо.
Он смотрел под ноги и не мог знать, что в глубине глаз Посейдона в этот момент мелькнуло восхищение.