Царица Теней: возвращение Персефоны (СИ)
Гипнос, который только что готов был сражаться за сына насмерть, вдруг изменился в лице и упал на колени.
— Владыка, это моя вина... — он потянулся к руке Аида, но тот отдёрнул её и сделал шаг в сторону. Да, Гипнос был царём в мире сновидений, но жить там могли только нимфы снов и сущности сновидений, а богам приходилось возвращаться в реальность, в царство Теней, где ни у кого из них не было власти. То, что Морфей нарушал правила и так долго уходил от наказания, было скорее просчётом Владыки Теней, а не его собственной заслугой.
— Встань! — гнев Аида рассеялся, оставляя после себя холодную оглушающую тишину. Сам он остановился слева от Гипноса и по-дружески сжал его плечо. Полы его тёмных одежд стелились по земле и выглядели как изысканные лепестки чёрных цветов, проросших на выжженном поле. — Ты же знаешь, что я ненавижу это бессмысленное коленопреклонение. Я не накажу Морфея так, как следовало бы, но ему больше нельзя появляться здесь... Если я почувствую или увижу его снова, то убью... показательно жестоко.
— Владыка, — Гипнос кинул убийственный взгляд на сына, жалея, что тому не досталось сильнее, и встал. — В царстве Снов невозможно жить долго, только творить... ему некуда идти...
— Это не мои проблемы. Мне всё равно, куда ты его отправишь, но здесь ему не место. — Аид прошёл несколько шагов вперёд и вспомнил. — Сними действие напитка Перемен и найди Гекату... нужно допросить девчонку, пока она не умерла.
***
Неясными тенями охотники «Протекта» скользили по городу. Лина помнила из истории, что так они отлавливали полубогов, восставших против них, предавших идею и усомнившихся в целях «Протекта» — теперь она была уверена, что те враги не были врагами вовсе, они пытались сделать то же, что сейчас собиралась сделать она. Разоблачить действия «Протекта» и навсегда покончить с их самоуправством.
Узкими переулками без освещения, закрытыми дворами высоток, маленькими улочками Лина спешила покинуть город и добраться в царство Теней до рассвета. Она переместилась из пригорода в Москву и теперь шла пешком, кутаясь в плащ и избегая людных мест. Избрав путь предосторожности, Лина поняла, что сделала это не зря — охотники шли по следам как ищейки с твёрдым намерением не позволить ей приблизиться к Тёмным Вратам. Из-за выброса силы накатывала слабость, после ярости пришла апатия, и сознание стало судорожно искать выход.
У одного из поворотов от стены отделились двое, Лина заметила их, когда вошла в переулок, петляющий между плотно прижатыми друг к другу зданиями. Ещё какое-то время она надеялась, что это простые смертные, а затем бросилась бежать — поворот, ещё поворот... шаги за спиной так близко, что, кажется, ещё миг, и чья-то рука схватит за капюшон... ещё поворот и ещё...
Лина вскрикнула, врезавшись в кого-то бегущего в обратном направлении. Дождь прекратился, и луна вышла из-за туч, освещая золотистые кудряшки...
— Нет! — она развернулась назад, но попала в плотный захват рук. Макс, а это был именно он, утащил её в нишу в стене и зажал рот рукой.
Мимо протопали две пары ног, и когда их шаги затихли, Лина вырвалась.
— Что тебе надо? Отпусти!
Макс поймал её и вернул обратно.
— Тихо... тихо, слышишь! Я помогаю!
— Ты тот ещё помощник! Ты вообще за кого? Определись уже! — страшным шёпотом проговорила Лина и отдёрнула руку.
Глаза Макса сияли в темноте.
— Тихо, пожалуйста, — еле слышно проговорил он. — Ты была права, «Протекту» доверять нельзя. Я встретился с Деймосом, они намерены схватить тебя, хотели и меня задержать, но я сбежал... — он задыхался, спеша рассказать всё, — чтобы предупредить. На меня действует чья-то божественная сила... я уже почти справился с ней... главное, пока я в порядке, ты должна знать, что ты в опасности и нужно...
— Макс, мне кажется, здесь кто-то...
— Нужно уходить как можно скорее. «Протект» всё подтвердил: и насчёт Ареса, и насчёт тебя и...
— Насчёт меня, да? — послышался тихий голос. Голос, от которого Лина чуть не потеряла сознание.
В нише с другой стороны загорелся золотой шарик, он потёк вниз длинной тонкой линией и сформировался в обоюдоострый меч прежде, чем из темноты проступил силуэт Деймоса. Из переулка вышел Амфитеус — раны от лиан ещё заживали, но он уже достаточно восстановился, чтобы сражаться, оба его пистолета были направлены на Лину и Максима.
— Думала, сможешь убежать, сестрёнка? — сказал он. — Поверила моим мольбам... почувствовала жалость к бедному братику?
Лина дёрнулась в его сторону, но Макс удержал её.
— С этим пора заканчивать, Элина, — сказал Деймос и одарил Максима колким взглядом. — А тебе бы научиться сбрасывать хвост, Максимиллиан... впрочем, уже поздно. Взять их обоих!
Глава 17. Казнь
Здание тюрьмы «Протекта», как и все здания организации Хранителей, пряталось среди заснеженных горных хребтов на юго-западе материка и представляло из себя белый остроконечный небоскрёб, окружённый множеством золотых колец — с первого взгляда могло показаться, что эти кольца, подвешенные в воздухе без всякой опоры, созданы для красоты, в качестве декораций, но на деле они держали божественный барьер. В «Протекте» их называли «Небесной матрицей» и очень гордились, что это первая в мире технология, существующая без постоянной поддержки богов. Внутри, на высоте сотен этажей под самой крышей, парила круглая платформа, украшенная символами двенадцати Олимпийских богов и знаком триединства верховных в центре — по стенам стекали струи кристально чистой воды, а потолок состоял из пяти стеклянных треугольников, образующих конус, которые могли открываться в случае особой необходимости.
Сюда, в место, где казнили самых опасных предателей «Протекта», и привели Лину. Её переодели: белое длинное платье, воздушное и невесомое, волосы, собранные в косу, — она шла босиком, не замечая холода, не замечая сковывающих её цепей, и держалась очень прямо и гордо. В центре платформы её остановили, с оков на запястьях сняли старые цепи и прикрепили новые, которые брали начало где-то за потоками воды по обе стороны тюрьмы. Замки защёлкнулись, и цепи стали втягиваться в стены, разводя руки Лины и приподнимая её над платформой. Она зависла там, словно белый мотылёк на ветру, потерявший цветочное поле, но, в отличие от мотылька, Лина не выглядела жалко — пусть оковы сдерживали божественную сущность, в глубине её глаз всё равно горела сила, ярко и обжигающе.
Завершив процедуру, отряд охраны покинул её, и на их место явился Деймос. В чёрной военной форме, кожаных перчатках и очках-авиаторах.
— Что ж, всегда знал, что однажды мы придём к этому, дорогая, — его губы расплылись в противной ухмылке.
— Иди в тартар! — бросила Лина, не поднимая головы.
— Пока не могу, — он отвёл правую руку в сторону, раскрыв ладонь, в которой тут же сформировалась ручка, а затем и оставшаяся часть божественного кнута. — У меня есть разговор... Ты же не против разговора?
Лина усмехнулась.
— Что? Будешь рассказывать о своём уязвлённом эго? Что какая-то бесполезная я теперь на порядок выше и сильнее? Конечно, легко было унижать беззащитную полубогиню, не то, что теперь. Правда?
Деймос снял очки и сложил их в нагрудный карман.
— Унижать полубогиню без божественных сил было весело, но унижать богиню — совсем другое дело. Это в сотню раз интереснее.
— М-м-м, — протянул Лина, — ну, вперёд! Ты же только с пленниками и беззащитными такой храбрый. Не надоело показывать превосходство, которым на самом деле не обладаешь?
В глазах Деймоса мелькнул металлический блеск.
— Моё превосходство в том, что я не имею глупых сердечных привязанностей, — он сделал несколько шагов к Лине, и кончик кнута со зловещим шипящим звуком прополз за ним по платформе. — Вот, например, твой лучший друг, которому не очень нравится этот статус...
Ни жестом, ни взглядом Лина не показала своего волнения: то, что Макса не отправили к Кристаллу Душ, а схватили, значило только одно — ему приготовлена важная роль в её казни.