Чёрная зима
Пробежав половину лестницы, Кэйлин остановилась и задрала голову. Поневоле остановилась и Ирати. Да, за ними уже поспешно спускаются. И девушки заторопились далее. Там, внизу, должен быть небольшой подземный зал, на стенах которого торчат факелы, готовые разогнать тьму.
Встав у подножия лестницы, Ирати принялась негромко командовать:
- Спускайтесь быстро, но осторожно!
На последних ступенях она подхватывала за руки людей и сразу отводила их в сторону. А там, в том подземном зале, Кэйлин уже нашла первый факел и снова прибежала к лестнице, не умея его запалить.
Быстро разожжённый Ирати, факел оказался весьма кстати. Теперь и девушка-певичка встала внизу лестницы.
Посредине лестницы началось то, чего очень боялась девушка-эльф: несмотря на то что лестница была достаточно широка – и на ступени могли стоять вместе три человека, но страх сделал своё дело – и люди заторопились, подгоняемые живой смертью, преследующей их по пятам.
Второй факел Ирати подхватила и, высоко подняв его, в душе ужасаясь, что её сбросят, начала подниматься сбоку сама, громко напоминая:
- Идите быстро, но осторожно! Быстро, но осторожно!
Теперь лестница была освещена довольно ярко, и образовавшаяся было давка вскоре превратилась в обычный спуск спешащих. В самом конце растянутой толпы Ирати с волнением ожидала увидеть своих охранников. Но сначала увидела лютниста и изумилась. Повернув музыкальный инструмент за спину, благо у него был ремень, слепой шёл по лестнице, высоко подняв голову, словно прислушиваясь. Перил у лестницы не было, и девушка-эльф не понимала, как же он идёт без поводыря. Пока не усилила магическое зрение: по краю личного пространства слепого засияли магические линии. Так вот как этот слепой «видит»! Магически!
Люди обтекали девушку-эльфа, ближе к ней переставая бежать, чтобы не столкнуть её со ступеней. И вскоре чуть не со слезами Ирати увидела своих охранников – всех четверых, пусть один из них и шёл между двумя, держась за их плечи и прихрамывая. Главное – все живы!
Ирати ощутила, как горячее чувство, заставлявшее её действовать решительно и стремительно, заставлявшее командовать так, словно ей не семнадцать, а гораздо больше, начало остывать, а на смену ему в ноги вкрадчиво вползала тяжёлая усталость.
Она не стала дожидаться, пока стражи дойдут до неё. Развернулась на той ступени, где была, и принялась спускаться за последними беглецами. Лишь раз с тревогой оглянулась наверх. Квадратный «люк» пропал. Ирати знала, что он постепенно становится таким же толстым, как был до сих пор.
Вампиры-оборотни – слабые маги. Им не пробиться в подземные коридоры, хотя они их и могут видеть. Но теперь надо забыть о враге и провести спасённых во двор города-крепости. А ещё… В первую очередь надо оказать помощь раненому эльфу. Многие из мужчин-охранников легко справляются со своими ранами. И всё-таки надо узнать, не слишком ли у этого охранника серьёзная рана.
- Усадите его, - попросила девушка-эльф своих стражей. – Мы посмотрим, стоит ли задержаться, чтобы исцелить его.
И она передвинула суму с бока на живот, готовая поделиться снадобьями, которые всегда брала в дорогу… И оказалась права. Пришлось потратить время на растерзанную ногу охранника, отмывая её от грязи и оборачивая место ранения чистыми тряпицами. Затем Ирати обернулась к людям, которые глухо говорили между собой и тихонько плакали. И спросила, есть ли среди них те, кому нужна её целительская помощь. Тут же вперёд вытолкнули заплаканную девочку с разорванным полушубком на спине. Когти вампира достали даже сквозь выделанную шкуру… Затем Ирати сама подошла к слепому и негромко сказала ему:
- У тебя на глазах слишком грязная тряпка. Я сменю её тебе.
Стараясь не смотреть на его глаза, один из которых вытек, а другой был светло-серым, без зрачка, она выполнила обещание. И велела Кэйлин присматривать за тем, чтобы повязка всегда была чистой. Мельком подумала: «Может, наши целители посмотрят его оставшийся глаз и сумеют вернуть ему зрение хотя бы частично?»
Закончив с подготовкой к походу в город-крепость, Ирати собиралась объявить всем беглецам, куда они сейчас направятся, уверенная, что они все обрадуются её объяснениям. Но после того как она замолкла и уже думала повернуться, чтобы вести всех дальше, кто-то из толпы возмущённо сказал:
- А разве мы не собираемся спасать остальных?! У нас родные по домам сидят! А если эти твари и до них уже добрались?! Я не собираюсь отсиживаться где-то, пока моя семья в опасности!
Обескураженная Ирати оглянулась на своих стражей. Те, уставшие (она знала, что они дрались, вытаскивая в закрытый склад тех, кого могли), стояли сплочённо и спокойно смотрели на неё. Что… что будет, если она прикажет им выполнять её повеления по спасению людей в домах тех, кого они уже спасли?
Из тёмной толпы люди смотрели на неё уже не возмущённо, а умоляюще.
Она кашлянула, стараясь, чтобы голос не сипел и не хрипел. И заговорила, пытаясь выглядеть взрослой и, если не мудрой, то убедительной.
- Вас много. Если мы начнём растекаться по городу в разные места (а вы все из разных уголков!), сумеем ли что-то сделать? Я предлагаю всё же дойти до города-крепости и остаться там. Наши воины уже начали пробираться по подземным коридорам в поисках тех, кого можно спасти. Подумайте сами: мы можем долго блуждать по этим коридорам, выискивая семьи каждого. Но, выходя на поверхность, сумеем ли дать отпор врагу, если он многочислен? А у нас нет даже оружия. Оружие есть только у моих стражей! Как вы собираетесь защищать своих родных без оружия? А если будете защищать их, не подставите ли под смертоносные когти вампиров других – из тех, кого мы спасли? Подумайте! Ведь то, что вы предлагаете… Это то же самое, что прямо сейчас снова выйти на улицу рынка!.. Пожалуйста, дайте заниматься спасением ваших близких настоящим воинам!
В толпе заплакали и угрюмо загомонили. Но больше никто не пытался возражать против похода в эльфийский город.
Один из стражей подошёл к Ирати и тихо сказал:
- Вы взываете к их пониманию, хотя могли бы просто сказать, что у вас не хватит крови на открытие всех выходов в их город.
- Я не подумала, - прошептала Ирати. – Я не подумала о таком доводе. Но, если они вдруг снова начнут, я вспомню о нём.
Рядовые стражи знали ритуал, но не все из них были сильными магами, так что их кровь могла плохо сработать – и вход в подземные коридоры мог открыться лишь не полностью. Это, конечно, неплохо, что вход открыт даже так. Но в него ещё и войти надо успеть – лишённый крови настоящего мага, вход слишком быстро закрывался.
- Идём! – властно сказала Ирати, пройдя толпу людей и осмотрев будущий путь – один тоннель из двух на развилке. Она знала, куда надо идти, но время от времени усиливала магический взгляд, чтобы найти и прочитать знаки и символы на стенах, невидимые человеческому глазу, чтобы убедиться, что они идут правильно.
Стражи передали людям зажжённые факелы, и толпа уставших от страха поплелась следом за юной предводительницей.
Ирати шла и намеренно думала о себе, о своём состоянии. Видят ли люди, что она идёт, слегка дёргаясь? Понимают ли они, что она не только устала, но тоже… боится?
Поговорить бы с кем-нибудь во время ходьбы… Но с кем… О чём… Когда…
- Ирати… - раздался сбоку шёпот, когда несколько коридоров было пройдено.
- Что, Кэйлин?
- Мы устали, Ирати. Ты идёшь слишком быстро и очень долго…
Удивлённая девушка-эльф взглянула на Кэйлин, потом – на толпу.
Никто из идущих не разговаривал, не плакал, не шептал. Не шли, а плелись. И даже её стражи шагали, понурившись.
На ходу Ирати снова всмотрелась вперёд, вспоминая дорогу.
Обычно все подземные коридоры повторялись по своему строению. После одного-двух мог появиться небольшой зал с факелами. Ещё два-три коридора – и появится небольшое помещение, сухое и со свежим воздухом, а в стене будет чуть слышно журчать подземный ручеёк с водой, пригодной для питья.