(не)жестокая нежность (СИ)

— Проходи, — пропускает вперёд.
— Ну?! — жду ответ, начинаю обрастать ещё большим беспокойством.
— Мальчик, три с половиной кило, пятьдесят два сантиметра… Слабенький, двукратное тугое обвитие пуповиной, пять-шесть баллов по шкале Апгар, — она садится на свой стул. — Его в реанимацию унесли, прогноз положительный. Вы успели вовремя приехать, кислородное голодание не наступило.
— Как Тина? — сердце заходится от тревоги, его звуки отдают в горле и висках.
— Сядь, Ян, не мельтеши перед глазами…
— Марго! Говори! — опираюсь на стол руками, нависая сверху.
— Отойдет от наркоза — скажу точнее, — поясняет, но ни черта не ясно.
— Как это понимать?
Она молчит. Встаёт со стула. Потом достает из шкафчика коньяк, наливает и протягивает мне:
— Выпей, не дергайся раньше времени, — оставляет вопрос без внимания.
— Можешь объяснить по-человечески! — отодвигаю стакан в сторону, не хочу, алкоголь не поможет. — Извёлся уже…
— Разрывов не удалось избежать, множественные внутренние рубцы разошлись, кровотечение началось… Опять штопала, матку удалять не стала, а трубы заново перевязала — тот самый новый проход… Дальше будем наблюдать, как Тина восстановится. Возможно, потребуется повторная операция. Она мой особый пациент, не волнуйся.
«Жива… Девочка моя, ты жива… Справилась… И материнское чутьё тебя не подвело — у нас снова сын. Мирослав. Теперь четыре сыночка и лапочка дочка!».
 Эпилог 2 
Жениться ещё раз на Тине — особое удовольствие. Сегодня мы снова жених и невеста. Только перед лицом Бога. Мелитина и Яков — наши имена, полученные при крещении.
Когда предложил жене обвенчаться, она согласилась, не раздумывая. Почему эта замечательная мысль раньше не пришла в голову? Не знаю… Ведь мы с ней неразлучники, две части одного целого, наши души безраздельно принадлежат друг другу. Вместе и навсегда.
«Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе» — поёт хор перед каждым стихом псалма.
Мы стоим на разостланном белоснежном плате перед аналоем*, на котором лежат крест, Евангелие и венцы (*прим. подставка для икон и книг, четырехугольный столик с покатым верхом). В руках у нас горящие свечи, изображающие духовный свет таинства.
— Имаши ли, Яков, произволение благое и непринуждённое, и крепкую мысль, пояти себе в жену сию Мелитину, юже зде пред тобою видиши, — произносит священник.
— Имею, честный отче, — отвечаю.
— Не обещался ли еси иной невесте? — уточняет он.
— Не обещался, честный отче.
Потом он смотрит на Тину:
— Имаши ли произволение благое и непринужденное, и твёрдую мысль, пояти себе в мужи сего Якова, егоже пред тобою зде видиши? И не обещалася ли еси иному мужу?
— Имею искреннее желание. Не обещалась и не связана обещанием другому жениху.
После волеизъявления, священник продолжает обряд. Он начинает молиться, обращаясь к Господу:
— Благослови брак сей, и подай рабам Твоим сим жизнь мирную, долгоденствие, любовь друг к другу в союзе, мира, семя долгожизненное, неувядаемый венец славы; сподоби их увидеть чада чад своих, ложе их сохрани ненаветным. И даруй им от росы небесной свыше, и от тука земного; исполни дома их пшеницы, вина и елея, и всякой благостыни, так чтобы они делились избытками с нуждающимися, даруй и тем, которые теперь с нами, всё, потребное ко спасению.
Он выдерживает небольшую паузу и дальше говорит:
— Даруй им плод чрева, доброчадие, единомыслие в душах, возвысь их, как кедры ливанские, как виноградную лозу с прекрасными ветвями, даруй им семя колосистое, дабы они, имея довольство во всём, изобиловали на всякое благое дело и Тебе благоугодное. И да узрят они сыновей от сынов своих, как молодые отпрыски маслины, вокруг ствола своего и благоугодивши пред Тобою, да воссияют как светила на небе в Тебе, Господе нашем.
Затем звучит новая молитва:
— Ниспошли руку Свою от святого жилища Своего, сочетай брачующихся, венчай их плоть в единую, и даруй им плод чрева.
Священник, взяв венец, знаменует им крестообразно меня и даёт поцеловать образ.
 
— Венчается раб Божий Яков рабе Божией Мелитине во имя Отца, и Сына, и Святого Духа.
Благословив таким же образом Тину, произносит:
— Венчается раба Божия Мелитина рабу Божию Якову во имя Отца, и Сына, и Святого Духа.
И вот, наступает важнейший момент венчания.
— Господи, Боже наш, славою и честью венчай их! — с этими словами священник возлагает венцы на наши головы. — Господи наш, славою и честью венчай их!
И обряд продолжается... Как и наше счастье, простое и понятное счастье.
Лучшее, что случилось со мной в этой жизни — встреча с Тиной. Она перевернула мой мир, разукрасила всевозможными оттенками и полутонами. Люблю её: безумно, безгранично, бесконечно.