Сам себе клан (СИ)

– Он – определенно не Громов, – сказал Влад.
– На самом деле, это не такая уж большая новость, – сказал Михайлов. – То, что он не Громов, мы предполагали с самого начала. Мне гораздо интереснее другое. Кто он? Откуда он? Что он может? И, что, пожалуй, мне наиболее интересно, чего он хочет?
– Мне пока не удалось обсудить с ним его долговременные планы.
– Это понятно, – сказал Михайлов. – В конце концов, разговаривать с людьми – это немного не ваш профиль. Я имею в виду, так разговаривать, чтобы они доживали до конца беседы.
– Но я знаю, что он собирается сделать в ближайшей перспективе, – сказал Влад.
– И что же? – полюбопытствовал разведчик.
Влад рассказал.
Михайлов некоторое время молчал, осмысливая услышанное и пытаясь уложить его у себя в голове, но пальцы его не переставали двигаться, продолжая крошить батон и кидать подачки довольно упитанным водоплавающим птицам.
– Вы беседовали с ним, – сказал Михайлов, так и не посмотрев на Влада. – Насколько он… рационален?
– Вы хотите знать, в своем ли он уме?
– Можно и так сформулировать, – согласился разведчик.
– Мне он показался вполне вменяемым, – сказал Влад. – Но это поверхностное впечатление, вы ж понимаете.
– Тогда он должен отдавать себе отчет, что такая… операция не сможет остаться незамеченной, – сказал Михайлов. – И что обязательно будет расследование, результаты которого неминуемо приведут к нему. Это только вопрос времени, и я не думаю, что времени потребуется очень уж много.
– Я думаю, он это понимает, – сказал Влад. – И ему плевать.
– Он смертельно болен?
– Не знаю, – сказал Влад. – Он просто очень стар.
– Да, скорее всего, дело в этом, – согласился Михайлов. – Что ж, эта ситуация открывает перед нами интересные возможности. Я так понимаю, что он намерен участвовать в этом лично?
– Да.
– Несмотря на почтенный возраст?
– Да.
– Это его собственная идея или вы его убедили?
– Я просто сказал ему, что не смогу сделать этого в одиночку – сказал Влад. – Что мне потребуется целый отряд наемников и тяжелое вооружение, доступа к которому у меня нет. Что это будет долго, дорого и все равно я не смогу гарантировать результат. И тогда он спросил, поможет ли делу если он пойдет со мной.
– И что вы ответили?
– Что это сняло бы вопрос о тяжелом вооружении, – сказал Влад.
– Да, разумно, – сказал Михайлов. – Он все же Колебатель Тверди и носитель княжеского титула… Полагаю, здесь ему возраст не помеха, а что насчет всего остального?
– Все остальное я обещал взять на себя. И когда я говорил «взять на себя»…
– Вы рассчитывали на меня, – вздохнул Михайлов. – Но рассчитывали вы верно. Я не могу помочь вам людьми, но что касается всего, то я готов открыть перед вами ларец изобилия. Оружие, разведданные, транспорт…
– Боевая химия.
– Боевая химия? – удивился разведчик.
– Ему почти сто лет, – напомнил Влад. – А мне нужно, чтобы какое-то время он мог быстро бегать, как минимум. И, полагаю, что мы оба заинтересовано в том, чтобы на выходе из этого состояния его не разбил инфаркт, инсульт или паралич.
– Я понимаю, – сказал Михайлов. – Но тут есть одна очевидная проблема. Боевую химию разрабатывают исходя из того соображения, что применять ее будут молодые и физически подготовленные к этому люди. Никто не разрабатывал боевые коктейли для пенсионеров.
– Полагаю, вы можете с кем-то проконсультироваться, – сказал Влад. – Уменьшить дозу, дать ему полтаблетки или что-то вроде того.
Михайлов вздохнул.
– Есть еще проблема не столь очевидная, – сказал он. – Боевую химию разрабатывали исходя из того соображения, что применять ее будут люди. Люди, а не аристократы.
– Вы тоже считаете их другим видом? – полюбопытствовал Влад. – Высшей расой?
– Я не готов сейчас углубляться в философскую дискуссию, – сказал разведчик. – Но нам известно, что на некоторых паралюдей боевая химия действует… по-разному и это не всегда предсказуемо. На кого-то она вообще не действует, кому-то напрочь отрезает способности, кого-то, наоборот, усиливает, бывает, что даже неоднократно… Кроме того, невозможно предугадать, как поведет себя тот или иной индивидуум, получив этот коктейль.
 
– Думаете, он может стать берсерком и разнесет город?
– Не знаю, – сказал Михайлов. – Я предпочел бы обойтись без химии, но, если вы считаете, что это необходимо, я проконсультируюсь, чтобы подобрать как можно более безобидный состав. А что с его дочерью?
– Так пока неясно, – сказал Влад.
Михайлов кивнул.
– Что ж, полагаю, успех этой акции поможет вам установить более доверительные отношения, – сказал он. – Если, конечно, вы добьетесь успеха.
– Если мы оба хотя бы выживем, это будет уже успех, – сказал Влад.
– И после этого у вас будет несколько дней, пока до него не доберется СИБ, – сказал Михайлов. – Впрочем, я не думаю, что вы будете ждать этого момента рядом с ним.
– А вас лично какой бы вариант больше всего устроил? – поинтересовался Влад.
– В этом уравнении слишком много переменных, чтобы я выбрал какое-то одно решение, – сказал Михайлов. – Пусть все будет, как будет.
– Довольно спорный подход, как по мне, – сказал Влад. Впрочем, у него давно сложилось впечатление, что Михайлов на самом деле знает куда больше, чем говорит.
Но способа, чтобы подтвердить или опровергнуть эту теорию, у Влада все равно не было. Можно было либо принять чужие правила, либо отказаться от игры вообще.
Михайлов пожал плечами.
– Вы, видимо, н совсем правилшьно представляете, чем я тут занимаюсь, – сказал он. – Я не вламываюсь в чужие дома, чтобы спалить их вместе со спящими хозяевами. Я проникаю в них под покровом ночи, порчу проводку, откручиваю вентиль на баллоне с газом, разливаю по полу бензин и кладу спички на видное место, а потом просто ухожу, стараясь не потревожить их сон. И к утру я уже далеко, в другом месте, ищу подходы к другому дому. А тот, первый… Сцена подготовлена, актеры вот-вот проснутся… Глядишь, что-нибудь и произойдет.
– И вы вот так запросто рассказываете это одному из актеров? – поинтересовался Влад.
– В данном случае, это часть спектакля, – сказал Михайлов, разламывая остатки батона пополам и швыряя их в уток, показывая тем самым, что их встреча подошла к концу. – Желаю удачи.
* * *
Разумеется, Влад не стал ничего поджигать. Да он и не мог ничего поджечь, даже если бы хотел, не было у него такой технической возможности. Ближайшим по смыслу действием было активировать заранее заложенные заряды, но час икс еще не наступил.
Хотя и остались до него считанные минуты.
– Примите таблетку, которую я вам дал, – сказал он.
– А я коней после этого не двину? – поинтересовался Ломтев.
– Вряд ли я затащил бы вас сюда в такое время, чтобы просто отравить, – сказал Влад.
– Да кто ж знает? – вздохнул Ломтев, доставая из кармана коробок с таблеткой. – Вы, террористы, такие затейники.
Лениво размышляя о том, стоит ли рассказать Ломтеву, что он застрелил его «внука», и как Ломтев мог бы отреагировать на такое известие, Влад наблюдал, как старик стянул с правой руки перчатку и двумя пальцами извлек из контейнера маленькую белую таблетку. Влад обратил внимание, что руки у Ломтева не дрожали.
Ни от возраста, ни от нервов.
Старик кажется железным, подумал Влад. Но останется ли он таким после того, как все начнется?
Следуя полученной инструкции, Ломтев положил таблетку в рот, тщательно ее разжевал и принялся натягивать перчатку обратно.
– Подействует через три минуты, – сказал Влад. – Тогда и начнем.
 
– Как я пойму, что она действует? – поинтересовался Ломтев.
– Вы поймете.
– А если не пойму?
– То мы все равно начнем через три минуты, – сказал Влад. – Если, конечно, вы не передумали.
– Я не передумал, – заверил его Ломтев. – А сам ты ничего принимать не будешь?
– Мне не надо.