FERA. Время Зверя

*****
Соведущий Елены Малышевой в программе «Жить здорово» доктор медицинских наук Андрей Продеус заявил, что людям можно есть человеческое мясо, а каннибализм не опасен для здоровья. Об этом он рассказал URA.RU.
«Если отвлечься от этических и моральных норм, то человеческое мясо ничем не будет отличаться по составу от любого другого», – отметил он.
Новостные каналы.
– Я до сих пор в афиге, как мне так свезло, я накануне не успел закончить срочный заказ с покраской тачки и работал всю ночь как проклятый, – трясущейся рукой прихлебывая крепкий черный кофе с ромом, рассказывал Мавр. – Пришел утром домой… а дома-то и нет. У меня там что в гараже – только инвентарь рабочий и хлам. Фера, у меня теперь даже одежды нет сменной. И зимней тоже.
Я поставил перед ним свежеприготовленную глазунью. Я знал, что Мавру было не к кому идти, кроме друзей – его семья давно перебралась в Штаты, но он предпочел остаться в Сибири, хоть и постоянно путешествовал. Он апелиду-то свою получил, как раз когда вернулся с поездки по Бразилии – загорел до смуглоты при своей обычной бледности.
– Деньги?
– Вот тут порядок: все на карте, у меня редкая наличка всегда при мне, хоть что-то уцелело.
– ”Хоть что-то”… Ты уцелел – это главное.
– Я не знал даже, застану тебя или нет. Телефон разрядился, пока я общался с ментами, повербанк забыл зарядить, – похоже, Мавр понемногу приходил в себя, хотя его все равно еще трясло. Было жутковато видеть одного из самых жизнелюбивых людей, которых я знал, в таком подавленом состоянии. Почему-то всегда кажется, что таких людей любит жизнь и они всегда на позитиве.
– Реально свезло, я буквально полчаса как домой вернулся.
– Слушай, ну как так, вот на днях тусили у тебя тут, а теперь – я бомж, – Мавр был неисправим, на его лице была искренняя улыбка, скрывавшая его тревогу. Вот уж кто умел смеяться над собой в любой ситуации.
– А менты тебя зачем так долго мурыжили? Обычно же врачи-психологи, пледик-термосик…
– Ну да, типа в сериальчик попали, – улыбнулся Mouro и вдруг резко стал серьезным. – Я решил дать показания. Ты можешь подумать, что из мести, но там все правда интересно.
– Ты о чем?
– Сосед у меня на площадке был, блин, ну и рожа – такой сочненький боров, прям мерзкий. Прикинь, еще и учитель, то ли в школе, то ли по единоборствам, то ли и то, и другое. Учитель, блин, ага. Единоборец недоделанный. – Мавра немного понесло, он с отвращением подбирал все новые эпитеты и, похоже, уже забыл, о чем говорил, пока я не прервал его.
– Так что с ним?
– Слушай, он задрал реально! У меня квартира соседняя, там постоянно горелым воняло, и дым такой хороший, ну, раз в неделю точно валил. Я ему уже телефоны служб доставки еды стал подкидывать, раз с огнем обращаться не умеет. Так он мне расплавил глазок на двери и сжег коврик, придурок нервный.
– Думаешь, он пожар и устроил? – я усмехнулся.
– Фера, не то слово. Ты в курсе, что он единственный, кто выжил из тех, кто был в доме? А возгорание на нашем этаже было. Причем непонятно, как он выжил, у нас на этаже люди не задохнулись, а сгорели нахрен до неузнаваемости, блин, до пепла! – Мавра снова начало трясти. – Я и обратил на него внимание. Это мистика какая-то! Потом меня набрали с левого скрытого номера, сказали, что обязательно свяжутся, предложили временное жилье, чтобы знать, где искать. Я сказал, что мне есть где жить, и что буду на связи. Там, похоже, до фейсов дело дошло, ну мне так кажется, – на этих словах меня передернуло. “Ну тогда тебя найдут, бро, когда им станет нужно”.
После еды Мавр рухнул на диван и захрапел – вот и первый жилец в моем убежище.
****
Пока Дима спал, мне предстояло многое обдумать. Барон все так же не отвечал, несмотря на все мои призывы, и это меня дико раздражало. Почему? Почему этот толстогубый нигер так поступает? Злится на меня за что-то? Вряд ли, не стал бы он тогда показывать тот сон, да еще требовать, чтобы я это обдумал. Возможно, он меня испытывает, но вот в чем? Должок перед Бриджит тоже совершенно не прибавлял мне веры в светлое будущее. Кто мог знать, что взбредет в голову Маме, и, самое главное, – когда? Особенно мне не давал покоя вопрос о том, почему, когда я воззвал к Владыкам, пришла именно Бриджит, а не Патрон? Все как всегда: вопросов больше, чем ответов. И так же, как всегда, нет времени их искать.
 
Кажется там наклевывалось сотрудничество с представительницей древней расы с неожиданным, на мой взгляд, для фэйри именем – Ева. Мне было понятно, что она относится к людям с предубеждением и спасибо Маме Бриджит за то, что удалось заставить ее сомневаться. Конец нашего разговора с Новой больше походил на испытание-шараду. Найди то, не знаю что. Что ж, вполне в духе народа фэйри, если я правильно помнил легенды о них.
“Испытание… Ну что ж покажем, что умеют “человеки”. В голове уже созрела идея, как ее найти. Я знал одну старую технику, которая могла мне в этом помочь.
Тринадцать горящих факелов, спасибо икее – во славу владыки Gede. Кукурузной мукой, вперемешку с золой и прахом, выводится граница между мирами в виде креста – символа множества дорог.
 “Шаг за границу, и тьма другой реальности откроется передо мной. Пройдя испытание, я смогу, словно лоа, достучаться до любого существа. Хочется верить, что это сработает и на фэйри. В случае если не пройду… Нет, пожалуй, этот вариант лучше не рассматривать”.
Несколько глубоких вдохов – насытить легкие кислородом, размять тело и начать. Сальто вперед, и мир погружается в непроглядную тьму. Бесчисленные голоса лоа что-то шептали вокруг, я не просто знал, что они тут – я ощущал их незримое присутствие. Динг-донг, донг-динг-динг-донг – звук беримбау в моем сознании на секунду заглушил шепотки духов, а потом к нему присоединился гулкий голос атабаки. Они говорили со мной: “Беги. Беги, глупец. Спасайся, пока можешь. Ты не справишься”. Ритм все больше и больше ускорялся, пока один за другим факелы из реальности не расцвели огненными цветками, немного разгоняющими непроглядную даже для моих глаз тьму. Бум-бум-бум – атабаки еще сильнее взвинтил ритм, и передо мной появился противник в облике тени. Его стойка зеркально повторяла мою. “Тебе хана”. На губах расплылась хищная ухмылка.
Не теряя времени, я начал атаку. Джинга – и тут же из нее бросил тело вверх, нанося удар ногой в голову. Мой визави сместился с ударом, отмахиваясь от меня. Веер его волос, заплетенных в косички, хлестнул меня по ноге. Шаг – удар, еще удар, атака коленом тормознулась о жесткий встречный блок. Подшаг – и мой локоть уже готов был впечататься в его череп, как я почувствовал резкую боль в груди. На рефлексах я успел сместить голову, и мимо просвистел теневой кулак.
Au – колесо назад, и я увидел, как с моего противника уходит тень. И я увидел свою точную копию. Вот что значило это испытание… Бой с самим собой. Безумный оскал на губах, чуть пригнутая голова и самое главное – взгляд. Взгляд безжалостного хищника, который готов в любой момент атаковать. Именно так я выглядел в бою.
Удары сыпались с обеих сторон, руки, ноги, локти, голова – в нашем поединке в ход шло абсолютно все. Я пытался сохранить хладнокровие, но ярость все больше накапливалась внутри меня. Хладнокровие помогает думать в бою, но моя стезя – чувствовать бой, сгорая от ярости и заставляя Зверя внутри меня рычать от удовольствия.
Мой настрой передался и двойнику: его движения стали еще резче, а атаки – быстрее и злее. Мы оба забыли об осторожности, пытаясь всеми силами достать друг друга, словно сцепившиеся уличные коты.
Вот тут-то бешеная ярость окончательно вырвалась на волю. Кажется, я готов был рвать противника зубами и ногтями и видел, что чувства эти взаимны. Боль от ударов лишь раззадоривала, и мы не обращали внимания на сочащуюся из ран и ссадин кровь.