Божественный сумасброд

— Что мне теперь делать с этим шнурком? — спрашивал он себя. — Носить вокруг шеи — неудобно, сумки или кармана, куда бы я мог его положить, у меня нет, а в руках я его тоже не хочу таскать. Наверное, лучше всего обвязать его вокруг члена — он чист и ему нечего нести.
И так он намотал его вокруг члена и пошёл на базар.
— Смотрите! Смотрите! — кричал он. — Если у вас есть пятьдесят золотых монет, вы можете получить аудиенцию у самого Будды Цонгкапы. Может быть, он даже даст вам одну из таких штучек! — И он размахивал из стороны в сторону своим членом с обмотанной вокруг него нитью.
На лхасском базаре жила хозяйка постоялого двора по имени Лхадрён. Она была отъявленной мошенницей, обманом отбирающей у торговцев их товары и деньги. В то время у неё остановился торговец из Ямдрока, и хозяйка дома как раз вынашивала план заменить его янтарь фальшивым. Лама знал об этом и направился на постоялый двор попить чанга в пивной.
— Здесь каждый счастлив, — сказал он. — Хозяйка, судя по всему, замечательная женщина! А судя по тому, что у вас всех развязан язык, чанг должен быть первоклассным! Есть старая пословица: "Крепкий чанг хорош для тела, а интересные рассказы — для ума". Если принесёшь мне доброго чанга, я расскажу отличную историю.
— Сначала расскажи свою историю, — ответила трактирщица.
И Друкпа Кюнле начал повествование.
Некогда в верхней части долины Нангьюл жил один мошенник по имени Лживый Жадина с двумя своими сыновьями, по имени Дува и Дучунг. В соседней долине жил бедняк по имени Малодушный Трус. Их объединил и подружил совместный постоянный поиск средств к существованию. Однажды во время одного из своих блужданий из долины в долину они отдыхали под деревом, как вдруг им бросилось в глаза, что дерево искрится. Определив, что сверкание исходит из земли, они выкопали яму и нашли горшок, полный золота. Эта находка привела их в восторг. Наконец, Малодушный Трус произнёс:
 
 
Послушай, Лживый Жадина, друг мой по многим жизням!
 
Связи наших прежних поступков объединили нас в дружбе.
 
Результат наших заслуг не был достаточен,
 
И мы теперь родились бедными и жадными.
 
Поскольку всё же временами мы были щедрыми,
 
Пожинаем мы сегодня плод своего бескорыстия:
 
Мы вместе нашли сокровище.
 
Нам следует отдать часть в подношение
 
Трём Драгоценностям. Не так ли? Подумай хорошенько!
 
 
— Благодаря счастливому совпадению заслуг и удачному стечению обстоятельств мы сегодня нашли это сокровище, — сказал Лживый Жадина, — и, поскольку скорее твоя заслуга, чем моя, послужила причиной такой удачи, я устрою трёхдневное пиршество с чангом и мясом и твою честь. А сейчас я поделю золото но справедливости пополам. Но смотри, будь осторожен, мой друг! Это золото может быть обманом чувств, хитрой проделкой богов или духов.
— Маловероятно, — скептически возразил Трус, — но если это и иллюзия, мы мало что можем в этом изменить.
И Трус пошёл домой. А Жадина тем временем взял золото спрятал его в потайном месте, а горшок наполнил опилками. Когда через три дня Трус вернулся, он застал друга рыдающим под деревом.
— Что случилось, друг мой? — спросил он.
— Разве я не сказал тебе, что золото может оказаться иллюзией? Именно так и вышло, — сокрушался Жадина.
— Этого не может быть, — сказал Трус, — ничего подобногояещё не слыхивал. Но даже если это правда, тебе не о чем горевать!
Лживый Жадина пригласил своего друга выпить чанга и целен своим сыновьям для него танцевать.
— Друг, твои сыновья танцуют словно фантомы или духи, — заметил Малодушный Трус, — это воистину прекрасное зрелище.
Спустя некоторое время Трус навестил Жадину с бочонком чанга, и они ели, пили и веселились. Когда оба напились. Трус предложил своему другу отпустить его сыновей погостить к ним с женой в соседнюю долину, говоря, что его бездетной жене доставит удовольствие взглянуть на их пение и танцы. И ещё Трус попросил своего друга через три дня самому присоединиться к ним, чтобы снова они могли выпить и повеселиться. Забыв про свою вину и затаённую злобу, которую питал к нему его друг, Жадина согласился.
 
Между тем Трус выдрессировал двух обезьян гак, что они слушались его слов и выполняли его команды, и когда через три дня пришёл Лживый Жадина, он застал друга в слезах.
— Что случилось? — спросил он.
— Твои сыновья превратились в обезьян, — убивался Трус. — Помнишь, когда на прошлой неделе они танцевали у тебя дома, я ещё сказал, что они выглядят как фантомы? Похоже, я был нрав.
— Я никогда не слышал, чтобы молодые ребята превращались в обезьян, — насмешливо сказал Лживый Жадина. — Пожалуйста, тотчас же верни мне моих сыновей.
Трус отвечал:
 
 
Лживый Жадина, друг мой, пожалуйста, выслушай меня!
 
С давних пор мы связаны дружбой
 
И пережили вместе необычные вещи.
 
Мы видели, как. в опилки золото превратилось, —
 
Ничего подобного ещё никогда не случалось.
 
Теперь стали твои сыновья обезьянами.
 
Эти постигшие нас бедствия —
 
Беспримерные и непостижимые знамения.
 
 
Если ты сомневаешься, что эти обезьяны твои сыновья, то смотри: "Идите к своему папе, макаки!"
И две обезьянки вскочили с места и уселись на колени Лживому Жадине.
— Что случилось с моими мальчиками? — заплакал тот. — Это, наверно, возмездие за то, что я подменил золото опилками. Но я сознаюсь в этом, и я принесу тебе золото. Верни. мне, пожалуйста, теперь моих сыновей!
— Сначала принеси мне золото! — сказал ему Трус. — Тогда я, может быть, для тебя что-нибудь сделаю!
Лживый Жадина при пёс золото, разделил его на две половины, дал Трусу его долю и получил обратно своих сыновей.
Позже, когда они умерли, их привели на суд к Владыке Смерти, чтобы воздать должное за их хорошие поступки и наказать за плохие. В результате своего обмана Лживый Жадина переродился в объятом пламенем железном доме в аду, а Трус за то, что он провёл Лживого Жадину, на двенадцать лет переродился обезьяной.
После того, как Лама закончил рассказ, трактирщица отказалась от своего замысла своровать янтарь у торговца. Так торговец был спасён от кражи, а хозяйка постоялого двора — от перерождения и аду.
  
Глава третья
 
О том, как для блага всех существ Друкпа Кюнле побывал в Таклунге, Янгпачене и Сакья
 
 
Кланяемся в ноги Кюнга Легпе, Великому Мастеру,
 
Который активностью своей беспристрастной практики
 
Учил Дхарме, являя низшие и высшие чудеса
 
В соответствии с предрасположенностями и нуждами каждого.
 
Затем Защитник Живых Существ, Владыка Дхармы Кюнга Легпа отправился на север, к монастырю Таклунг [31], где он встретился с Таклунгом Ринпоче.
— Я слышал, что ты отлично разбираешься в сутрах и тантрах и обладаешь исключительным талантом разоблачать и свои собственные недостатки и пороки других, раскрывая таким образом истинную действительность, — сказал Таклунг Ринпоче. — Спой мне песню, что возрадует ум и выявит недостатки и достоинства. Вот тебе моя лютня, пусть она аккомпанирует твоему нению.
И так Лама спел такую песню:
 
 
Взгляните на муки ослов,
 
Несущих непосильную поклажу.
 
И на озорство жеребцов,
 
Скачущих галопом дико и свободно!
 
Смотрите на плачевность удодов,
 
Важной походкой шагающих вокруг домов-развалин,
 
И на радость орлов,
 
Стрелой рассекающих воздух!
 
Взгляните на убогость жалких мышей
 
С их шлёпающими ушами
 
И на восторг рыб, несущихся над волнами!
 
Смотрите на лишения варваров,
 
Сидящих верхом, с копьями,
 
И на блаженство токденов [32],
 
Постигающих пустотность обманчивых иллюзий.
 
Смотрите на разочарование влажных попок девушек из Дешёл
 
И на радость тесных "ножен" монахинь в их горных пещерах!
 
Смотрите, сколько сладострастного вожделения в горной келье Таклунг
 
И с каким трудом сдерживаются обеты стыда и срама.
 
Смотрите на глубину восприятия тулку,
 
Видящего умы других людей,
 
И на радость Кюнле от полнейшей непривязанности!
 
Перевоплощённый Будда был впечатлён.