Знакомьтесь: ваша будущая жена-злодейка (СИ)

— Понимаю, — торопливо вставила я. — Мы с ней столкнулись у пруда, но она отправилась к себе, а я решила еще немного прогуляться. Ночь сегодня так прекрасна!
Николас рассеянно кивнул, а затем, словно вернувшись в реальность, посмотрел на меня более внимательно. Его взгляд остановился на задранном подоле, в котором лежали собранные травы.
— Что это? — удивился он и, протянув руку, осторожно прикоснулся к одному из цветков.
— Будущий гербарий! — ляпнула я.
Саймон в моей голове восхищенно присвистнул и, видимо, не нашелся с ответом.
— Гербарий?
— Да, Ваше Величество. — Я перехватила ладонь Николаса. Наши пальцы ненадолго соприкоснулись, и я забрала из них цветок. — Получится замечательный букет, как думаете?
Николас покосился на демонстрируемую мной охапку трав, листьев и цветов, а затем расплылся в одобрительной улыбке.
— Вы так тонко чувствуете красоту момента, леди Морган! Не каждая девушка осмелилась бы выйти поздно вечером из комнаты, чтобы собрать букет.
Я напряглась, ожидая услышать в его голосе издевку, но ее не было. Он действительно думал так, как сказал. Боже, святой человек! И наверняка идеальный муж.
Такому скажешь, что идешь любоваться закатом, и пожалуйста, беги к любовнику на свидание.
— Благодарю, Ваше Величество. — Я поспешила перевести тему. — Так вы встретили леди Дейврут?
Он грустно покачал головой.
— К сожалению, нет. Видимо, мы разминулись.
— Как жаль.
«Ага, как же!»
Я мысленно погрозила Саймону кулаком. Только сбивать меня сейчас не нужно.
Николас, рассматривающий букет в моих руках, вдруг резко поднял голову и покосился на меня с надеждой:
— А вы уже говорили с ней? О том, о чем я вас просил.
Меня кольнуло чувство вины. Кажется, Николас и правда рассчитывал на мою помощь.
— Да, Ваше Величество.
В глазах Николаса вспыхнул огонек, который тут же погас, стоило мне добавить:
— К сожалению, мои попытки объяснить ситуацию ни к чему не привели. Но я попробую снова. Немного позже.
— Благодарю вас, леди Морган, — с легкой грустью отозвался Николас и сжал мою ладонь. — Позволите, я провожу вас?
— Буду польщена, Ваше Величество.
Мы направились ко входу во дворец. Отговорившись усталостью, я оперлась на локоть Николаса, так что со стороны наша прогулка наверняка выглядела неприлично: подол юбки я так и не опустила. Репутация репутацией, а эти травы я по всей поляне собирала!
— Почему вы не поговорите с леди Дейврут сами? — спросила я, чтобы разрушить неловкую тишину, повисшую между мной и Николасом. — Думаете, она не станет вас слушать?
Николас тяжело вздохнул. Он смотрел не на меня, а прямо перед собой. В лунном свете я в очередной раз отметила благородство черт его лица и тонкий профиль.
— Нет, леди Дейврут наверняка выслушает меня: у нее доброе сердце и хорошие манеры, но…
— Но?
— Я боюсь все испортить, — выпалил Николас. — У меня есть к этому талант, спросите у моего кузена. К слову, вы с ним довольно близки, разве нет?
«Не в бровь, а в глаз! Пожалуй, король не так уж безнадежен».
— Что вы имеете в виду, Ваше Величество? — с самой обворожительной улыбкой уточнила я.
Надеюсь, щеки не мазнул румянец стыда. Хорошо, что в саду царил полумрак, рассеиваемый лишь светом фонарей.
— Мне кажется, вас довольно часто видят в его компании. А кузен не самый общительный человек.
Под непривычно внимательным взглядом Николаса я занервничала, будто поймай на месте преступления кот.
— У нас просто довольно много общих тем для разговоров.
«Угу. Одна животрепещущее другой».
Николас вдруг прикоснулся к моей ладони и сжал ее. Обернувшись, я поймала его теплый, улыбающийся взгляд.
— Я рад, что вы с кузеном подружились. Максу нужен кто-то… вроде вас. Он считает себя безэмоциональным и холодным человеком, который по жизни должен пройти в одиночестве, но это не так.
В горле пересохло, и я с трудом разлепила губы, чтобы тихо обронить:
— Не так?
Николас тряхнул длинными темными волосами, лежащими на плечах.
— Нет. Он более раним, чем это может показаться изначально. Пожалуйста, помните об этом.
 
Я вздрогнула, настолько неожиданно прозвучали слова Николаса. Да и интонация, с которой он их произнес, отличалась непривычной мягкостью.
— Почему вы считаете, что я должна помнить об этом? Почему именно я?
Николас пожал плечами и ответил довольно уклончиво:
— Потому что мне так кажется. Кстати, мы уже пришли. Не смею вас задерживать, леди Морган.
Он склонился надо мной и быстро поцеловал мою ладонь. И снова я ничего не почувствовала, и дело было не в том, что мои мысли были заняты Максом. В жесте самого Николаса тоже не сквозило ничего интимного — обычная вежливость, разбавленная дружескими чувствами. Или…
«Родственными чувствами?»
Я задумчиво куснула губу. Как расценивать последнее высказывание Николаса? Неужели он заметил, что наши отношения с Максом выходят за рамки светского общения?
«Женщина, между вами так искрит, что нужно быть слепым, чтобы этого не увидеть!»
Я мысленно чертыхнулась. Николас едва заметно усмехнулся, будто понял, о чем я думаю.
— Доброй ночи, леди Морган.
— И вам, Ваше Величество.
Николас зашагал в левое крыло дворца, а я принялась подниматься по ступеням лестницы, ведущей на второй этаж. Лишь оказавшись в спальне, я выдохнула с облегчением и, вспомнив о травах, осторожно вытряхнула их на стол. Склонившись над добычей, я даже позабыла и о Максе, и о своей усталости.
Меня будто ударило током. Травы, перемешанные с цветами, манили меня. На мгновение мне почудилось, что я слышу их шепот и… Это длилось всего пару секунд, но ощущения оказались яркими и необычными.
— Ладно, — пробормотала я и тряхнула головой. — Что, говорите, нужно делать?
Саймон оживился и принялся раздавать инструкции. Нас ждала долгая ночь.
***
О том, как я варила зелье в спальне, можно написать отдельную книгу. По большей части юмористическую, но из-за постоянно ругающейся матом героини пришлось бы присваивать роману недетский рейтинг. Нет, ну серьезно! Вы пробовали кашеварить в котелке, подвешенном над огнем в камине? Я вот могу похвастаться таким опытом, но сразу скажу: повторять его не хочу!
В итоге, где-то уже ближе к утру у меня в руках оказался стакан (другой тары не нашлось) с бесцветной и ничем не пахнущей жидкостью. Потратив еще час на поиски, я все-таки отрыла в одном из сундуков небольшой стеклянный флакончик и перелила часть зелья в него. Стакан с остатками решила пока не выбрасывать, а приберечь на потом. Варить все заново мне точно не хочется!
Нужно ли говорить, что утром я ненавидела весь мир в целом и каждого его представителя в отдельности? Когда в мою спальню заявилась цветущая и улыбающаяся тетушка, я едва не запустила в нее подушкой. Если бы не обязательная конная прогулка с Николасом и его невестами, я бы перевернулась на другой бок и проспала до обеда. А так пришлось встать и позволить горничной меня собрать под щебет непривычно говорливой тетушки.
— Как там маменька? — хмуро спросила я и зажмурилась, когда тетушка распахнула шторы. — От нее нет вестей?
— Нет, дорогая, — мурлыкнула тетушка, — но я уверена, что она чудесно проводит время в гостях у нашей родственницы. К слову, отец не присылал тебе весточку?
— Нет, а что?
— Думаю, стоит написать ему, рассказать о том, как у нас дела.
Мне не понравилась интонация тетушки — немного вкрадчивая, с нотками предвкушения. Горничная, словно почувствовав напряжение, появившееся в комнате, принялась еще более торопливо, чем раньше, укладывать мои волосы.
 
— Напишите, — после паузы легко согласилась я. — Расскажите о том, что его дочь прошла первое испытание. Хотя, думается мне, он и так осведомлен об этом. Слухи разлетаются быстро. Да и маменька наверняка говорила ему об этом.