Сделка с мажором (СИ)

— Поль, скажи хоть слово, — Ира слегка встряхивает меня за плечи, и я наконец поднимаю на нее глаза полные слез.
— Ир, меня отчислили. Марианна, сказала, что я украла у нее какой-то браслет.
— Я сейчас этой суке все патлы вырву и сожрать заставлю.
— Ир, не надо, — хватаю ее и тяну в противоположную от деканата сторону. — Не хватало, чтобы и тебя выгнали. Там ее родители и Шувалов.
— Хм, — подруга резко перестает сопротивляться, — а я-то думаю, зачем он пошел в чужой деканат. Ты его видела? Что он сказал?
— Что разберется.
— Значит разберется, — уверенно заявляет подруга, весело подмигнув. — Не расстраивайся, все будет хорошо.
— Хорошо? — спрашиваю раздраженно.
Знаю, что Ира не виновата в моих проблемах, и хочет поддержать, но сейчас ее оптимизм только бесит.
— Если бы не Шувалов, — продолжаю шипеть, — Марианна обо мне даже не узнала.
— А чего ты на мне срываешься?
Хорошее настроение подруги как ветром сдуло. Она скрещивает руки на груди и недобро сужает глаза.
— Ты права, — поднимаю руки в примирительном жесте. — Прости.
Сейчас с Иркой лучше не спорить. Мы обе на взводе. Я из-за кома проблем. Подруга из-за недосыпа.
— Я правда верю, что все будет хорошо, — тихо говорит она, ободряюще улыбнувшись.
Я ее оптимизма не разделяю. Стоит вспомнить подавляющую силу Марианниного отца, мороз бежит по коже. Вряд ли он поверит какому-то парню, а не родной дочери.
Разборок не избежать. А как доказать, что я ничего не брала, не имею ни малейшего понятия.
Неожиданно дверь деканата открывается, и выходит Марианна с родителями. Я тут же расправляю плечи и сморю прямо на них. Ни за что не покажу этим напыщенным снобам свое отчаяние.
Эдуард Александрович что-то говорит жене, она кивает, а Марианна всхлипывает. Что там произошло, что девушка выглядит такой подавленной?
Анна Семеновна подталкивает дочь в спину, и они обе скрываются за поворотом, а мужчина подходит ко мне вплотную, впиваясь ледяным взглядом.
По его выражению не понятно, что он хочет. Наорать? Начать угрожать?
Эдуард Александрович просто молча смотрит, и с каждой секундой становится все сложнее выдерживать его взгляд.
— Я бы хотел извиниться за недоразумение, — наконец говорит он, но я не слышу в его голосе ноток раскаяния. — У вас отличный защитник. Немного заносчивый, но все же отличный. Вы неплохо подсуетились.
Опять намеки на то, что я удачно легла под богатого парня. Сжимаю челюсти, чтобы не сболтнуть лишнего, но во взгляд вкладываю все презрение к мужчине.
Эдуард Александрович хмыкает и уходит, а я наконец могу выдохнуть.
Как же хорошо мне жилось в прошлом году. Я избавилась от обвинений матери в неблагодарности, нашла близкую подругу, ни с кем не конфликтовала. Меня вообще практически не замечали.
Дверь деканата снова открывается, выпуская Дениса.
— Постарайся на нем не срываться, — шепчет мне в ухо Ирка.
— Полин, пойдем поговорим где-нибудь наедине.
По лице Дена не могу понять, он хочет сказать что-то хорошее или плохое.
Богатеям с деньгами выдают непроницаемые маски, что ли? Как у них получается полностью скрывать эмоции?
— Ладно, — соглашаюсь я.
41 Полина
Не знаю, зачем я поехала. Уверена, мы смогли бы найти укромный уголок и поговорить в университете. Но возможно это и есть причина почему Шувалов так настаивал на уходе. Мало ли что могли подумать озабоченные студенты.
— Денис, может ты уже расскажешь, что происходит? — предпринимаю очередную попытку поговорить.
Я уже несколько раз пыталась что-то узнать, но в ответ получала лишь молчание или «подожди, когда приедем».
— Ответь хотя бы куда мы едем?
— Какая же ты нетерпеливая, — улыбается Денис и переводит на меня взгляд, на мгновение оторвавшись от дороги.
Впервые Ден не ухмыляется и именно открыто и весело улыбается. Я будто другого парня увидела. Без высокомерия и ледяного взгляда, искреннего и… обычного.
И вдруг я пугаюсь. Я уже бывала в похожей ситуации. Мой бывший Матвей тоже казался придурком, но наедине он словно сбрасывал маску и становился милым парнем.
 
К сожалению, все оказалось наоборот. Козел — истинная натура, лапочка — игра, чтобы тащить девушек в койку. И я ведь повелась. Мы много раз пытались заняться сексом, но обычно все заканчивалось на ласках.
А Ден?
При первой встрече он сразу предложил поехать к нему — это не прокатило. Попытался мне заплатить, я его послала.
А сейчас третья попытка? Изобразить няшку-милашку и рыцаря?
Начинаю злиться на то, что люди зачастую не говорят всей правды и преследуют свои цели. А я слишком плохо разбираюсь в человеческих эмоциях.
— Приехали, — объявляет Денис и выходит их машины.
Я так задумалась, что совсем пропустила дорогу и не понимаю, где мы. Вокруг незнакомы высотки и нет никаких вывесок.
Денис открывает дверцу с моей стороны и помогает выйти.
— Где мы? — спрашиваю его.
— Я живу недалеко и недавно нашел здесь отличный японский ресторанчик. Ты голодна? — он не отпускает мою руку и продолжает очаровательно улыбаться.
Это сбивает с толку, и вместо того, чтобы продолжать злиться, я киваю. Ден, сильнее сжав мою ладонь, тянет к неприметной двери с крохотной вывеской.
— Помещение выглядит не очень, но готовят восхитительно, — говорит Ден, пропуская меня вперед. — Почти как у лучших поваров Японии.
— Я заметила, что перед плохими новостями ты всегда пытаешься меня накормить.
Откладываю палочки в сторону. Ден отказался что-либо рассказывать, пока мы не поедим. Во мне порция роллов, я попробовала сашими из тунца, лосося и гребешка, и больше ни одна рисинка в меня не поместится.
— Почему ты решила, что новости плохие?
— Если бы все решилось хорошо, ты бы просто сказал это в универе.
— Может я просто искал повод провести время вместе?
— Тогда ты бы все рассказал перед заказом. Я бы не ушла. Но ты боялся, что новости испортят мне аппетит.
— Ты всегда все так анализируешь? — спрашивает Ден.
По его невеселой улыбке понимаю, что я близка к правде, и настроение портится еще больше.
— Всегда, — отвечаю я.
Ден нервно откидывает волосы назад и хмуро разглядывает узор на скатерти. По его лицу вижу, как он подбирает слова, чтобы смягчить удар. От затянувшегося молчания я начинаю ерзать, накручивая себя еще больше.
— Тебя не отчислят, но место в общаге уже занято, — наконец выпаливает он.
— Как?
Если бы анатомически было возможно, то моя упавшая челюсть пробила бы пол.
Денис быстро пересказывает слова Аркадия Викторовича. И, с одной стороны, мне жаль девушку, и я понимаю почему ее так быстро определили на мое место. Но с другой, я же льготница из неполной семьи, раз меня не отчислили, разве универ не должен был предоставить мне другое место?
Слезы снова подступают к глазам, и чтобы не расплакаться я отворачиваюсь к окну. Так немного легче.
Денис тянется через стол и накрывает мою руку своей.
— Полин, конца света не случилось, просто сними квартиру до конца семестра.
— Просто?! — выкрикиваю я и тут же пожимаю губы.
Люди за соседними столиками и персонал смотрят на нас с любопытством. Лучше воспользоваться советом Ирки и не срываться на Дене. Хоть я и считаю, что мои проблемы начались с его появлением. Но если я объясню свою позицию, может Шувалов наконец поймет.
— Денис, таким как я…
— Каким таким? — рычит он.
Ух, как же его злит, когда я делю нас по классовому признаку. Но это всего лишь факт, я не хочу никого обидеть. Надо бы аккуратнее подбирать слова.
— Я из небогатой семью, если не сказать бедной, и мне приходится расставлять приоритеты, — жестом останавливаю возражения парня. — Да, я хорошо зарабатываю, но как долго это будет длиться. Когда Артем уйдет, я тут же уволюсь. И да, у меня отложена приличная сумма. Но у меня есть мечта и я планировала к пятому курсу ее осуществить.