Схватка с судьбой (СИ)

Харен не стал её ждать и ушёл. Наверное, хотел скрыться в воде до её прихода.
Тяжело дыша, Майяри заскочила в комнату перед купальней, торопливо стащила с себя платье, чулки и портки и в одной нижней рубашке подступила к двери, из-под которой выползало облачко пара.
В голове навязчиво мелькали картинки из подаренной Виканом книги. Майяри успела её пролистать, и среди рисунков ей попалась пара, где женщина доставляла удовольствие мужчине касаниями.
– Нет-нет, – девушка мотнула головой, выбрасывая смущающие и волнующие картинки.
Да Ранхаш и не позволит сделать с собой такое.
«А ты схвати его, и он уже вырваться не сможет!»
Майяри с негодованием отбросила соблазнительную мысль. В конце концов, когда она предлагала харену помыться вместе, она думала только о купании и о том, чтобы побыть рядом с ним. Надо быть приличнее, а то харен будет неприятно поражён своим выбором.
«А мы аккуратненько, как бы невзначай случайно прикоснёмся, а дальше он не сможет противиться».
Нет! Майяри уже начинала сердиться на себя. Харену и так тяжело, это будет просто издевательством.
«Ему понравится».
Нет!
«Он был так напряжён. Ему нужно немного расслабиться. Просто поможешь ему».
Наверное, ей всё-таки стоило вынести из воспитания в общине что-то приличное. Майяри тяжело вздохнула и пообещала себе, что точно ничего такого не будет делать. Но если вдруг всё случайно скатится к… такому, то она опять вспомнит книгу. А пока…
Стоило прикоснуться к ручке двери, и по телу заблуждало томительное волнение.
«Боги! Поцелую его хотя бы пару раз!», – раздражённо решила Майяри и дёрнула дверь на себя.
Вода в просторной купальне шевельнулась, и на Майяри доброжелательно уставился жёлтыми глазами волк.
– А? – обескураженно выдохнула девушка, и зверь обрадованно заворчал.
Среди звуков, что издают белые совы (реально существующие), действительно есть один, немного, самую малость, смахивающий на куриное "ко-ко-ко".
  
Глава 43. Сети Вотых
 
Первым порывом было сбежать, но Майяри лишь крепче вцепилась в ручку двери. Страх перед животными всколыхнулся внутри, и пришлось напомнить, что это не дикий зверь, а Ранхаш. И она уже имела дело с волком, ничего плохого не случилось. Он был миролюбив, и она явно ему нравилась.
– Здравствуй.
Тяжёлое мохнатое полено едва шевельнулось в ответ, вызвав на воде волны. Сам же волк, в отличие от своего хвоста, выразил более явный энтузиазм от встречи и закрутился в нетерпении в воде.
– Я бы тогда могла и без рубашки прийти, – проворчала Майяри, подходя к купальне и усаживаясь на её край.
Стоило опустить ноги в горячую воду, как волк оказался рядом и сперва радостно облизнул её коленки, а затем игриво – девушка едва сдержала испуганный вздох – прикусил её стопы и прошёлся языком по пальчикам.
– Фу, они грязные! – возмутилась Майяри. – Выплюнь!
Отыскав глазами флаконы с мылом и шампунем, мочала и щётки, девушка встала, чтобы вооружиться всем этим, но волк с недовольным ворчанием вцепился в её подол и потянул в воду.
– Я сейчас упаду! Тут скользко!
Чтобы действительно не упасть, Майяри торопливо опустилась на корточки и всё же забралась в воду, а то уже рубашка под зубами начала трещать. Зверь мгновенно притиснул её к бортику и, положив башку на её плечо, удовлетворённо вздохнул. Девушка неуверенно запустила пальцы в его шерсть и вздрогнула, ощутив крепкое горячее звериное тело. Ладонь скользнула по грудине вниз по рёбрам, и она вдруг почувствовала биение сердца.
Оно же у них одно на двоих. У зверя и Ранхаша. Они и есть единое целое.
Это тоже Ранхаш.
Нежность зашевелилась в груди, и Майяри, робко обняв волка, прижалась щекой к мохнатой морде. А затем, осмелев, чмокнула чуть ли не в ухо. Волк удовлетворённо заворчал, и девушка стиснула руки.
– Я тебя тоже люблю, – неожиданно призналась она и, отстранившись, поцеловала зверя уже в нос, а затем между глаз и невольно сплюнула налипшую шерсть. – Как от тебя собакой пахнет. А ну подожди!
 
Она развернулась и, выбравшись из купальни, торопливо направилась за купальными принадлежностями. Увидев их, зверь недовольно заворчал и отплыл от бортика.
– О-о-о-о, – злорадно протянула Майяри, – кто-то не любит мыться? А мы всё равно помоемся…
Волк угрожающе ощерился, но как-то неубедительно даже для такой трусихи, коей себя считала Майяри.
– Ну и что ты мне сделаешь? – пропела она, внутренне трясясь от собственной смелости. – За пятку укусишь?
Угрожающее ворчание сменилось недовольным, с ноткой обречённости, так что Майяри стало совестно и она миролюбиво протянула:
– Я аккуратно, тебе точно понравится.
Видимо, грязь с тела самого Ранхаша перенеслась и на шкуру зверя. Чтобы отмыть его, Майяри пришлось потратить два часа и перебраться из одной купальни в другую: вода в первой стала чёрной. Пока она щёткой намыливала шерсть, волк беспечно жрал пену и нализывал её мокрую рубаху. Ранхаш, наверное, там, внутри, знатно веселился.
Сама Майяри отмылась куда быстрее: успела наплескаться со зверем. И потом ещё час вычёсывала волка и сушила ему шерсть силами. К концу она уже совершенно не чувствовала рук и мечтала только о сне.
Волк отправился в спальню вместе с ней, по пути пристально рассматривая всех, кто попадался им. Не рычал, но взгляд был таким, что встречные спешили отойти на пару шагов: сынок у Лютого местами в отца нравом пошёл.
Заснула Майяри в обнимку с чисто пахнущим зверем и с мыслью, что сегодня ей будут сниться земля и шерсть в огромных количествах.
Снился Деший.
Вместе с Харийдом они спорили, кому достанется трон хаги, а Майяри кричала, что это она законная наследница, но спорящие мужчины её не слышали, так как она уже умерла и стала призраком.
Неприятный сон разбудил её на закате. Хотя, может быть, и не он: из комнаты господина Шидая доносились голоса и лежащий рядом волк чутко водил ушами, задевая ими её лицо. Тело жутко ломило, и сонная Майяри лишь немного послушала, убеждаясь, что там только сам лекарь и, кажется, господин Винеш, и опять положила голову на волчью грудь.
Следующий сон был куда приятнее. Снилось, что Ранхаш прикасался к ней, гладил шершавыми от шрамов ладонями ноги, забирался под рубашку, чертил круги на ягодицах и животе и прижимался через ткань рубашки к её груди губами. То, что это не сон, до неё дошло, когда харен прикусил кожу на её шее.
– Доброе утро, – прошептал Ранхаш ей на ухо и едва ощутимо прикоснулся губами к её губам.
Майяри с жадностью приподнялась, пытаясь поймать ускользающие губы, харен придержал её за плечи.
– Мне пора в сыск.
– Ты мне мстишь? – жалобно выдохнула девушка.
– Прости, не смог удержаться. Я хотел разбудить тебя, но ты была такой соблазнительно сонной, – ямочки заиграли на щеках Ранхаша.
– Я и сейчас сонная, – прошипела Майяри. – Подожди, я с тобой. А то неизвестно ещё что хайрен… то есть хайнес учудит.
– Сегодня он со мной не поедет.
– А, Харийд… – Майяри успела позабыть о хаги.
– Не только. Господин Иерхарид пришёл в себя.
– Что? – девушка мгновенно перестала сердиться на возлюбленного, и даже томление в теле затихло.
– Он пока ещё очень слаб, но уже осведомился, что с Зишем и девочками. Думаю, для хайнеса беспокойство отца за ваши с Лиркой жизни сыграет положительную роль. По крайней мере он убедится, что господин Иерхарид не видит в вас врагов.
– Я так рада!
Майяри действительно обрадовалась, но не из-за упрочения своего положения в глазах молодого хайнеса. Так здорово, что господин Иерхарид всё же выкарабкался. Точнее почти выкарабкался.
 
– Если честно, я почти не ожидала, что он выживет, – тихо призналась она. – Его почти всего перебрали. И мне представить страшно, как он будет восстанавливаться. Это… ужасно больно.