Ариш и Маг. Отсвет феникса (СИ)

Неловко.
— Извините…
— Ничего, дитя, — произносит она доброжелательно. — В обители не принято вспоминать ушедших. И правильно. Новое не должно цепляться за отжившее. Необходимо двигаться вперёд. По новым тропам к неожиданным открытиям. Но не будем о былом. Если тебе понадобится совет — приходи в любое время… 
В моё сознание передаётся карта дворца. Теперь я знаю это место, как свои пять пальцев, а ведь недавно волновалась, что не смогу самостоятельно найти нашу с Магом комнату.
— Благодарю, госпожа Грёжес, — снова выполняю лёгкий реверанс, немного обескураженная проявленным с её стороны вниманием и желанием оказать поддержку, если потребуется.
— Француа правильно заметил — ты почти член семьи. Никакой «госпожи»! Просто Лавин!
Не уверена я, что такое обращение уместно. Пусть нас с Магом свёл Зов, сомневаюсь, что в итоге мы сформируем супружеский союз. А значит, о родстве с именитой фамилией говорить рано, пусть в императорской семье и царят довольно свободные отношения. Особенно это касается выходцев из рода Ано, с одного взгляда определяющих «своих» и устанавливающих с ними дружеские связи, фактически исключающие общение в рамках рангов. Даже на великосветских раутах такие люди более близки к правителю, чем им положено по статусу. Правда, чаще всего подобная «вольность» скрыта иллюзией и видна немногим. 
С Висталями и Арже дела обстоят иначе. Они предпочитают держать дистанцию абсолютно со всеми, и когда у власти находится избранник от этих родов, при дворе царит жёсткое сословное распределение. Может, в этом причина недоверия Нэрьярда Висталя? Полюбив, он испугался близости и стал лёгкой добычей для лжецов?
В течение следующих минут меня знакомят с окружением монарха. Мы под защитой магического купола, благодаря которому сторонние наблюдатели видят внушённое, а не то, что есть на самом деле. Для них всё выдержано и официально, а на деле под иллюзией возможны отступления от норм великосветского поведения.
Впрочем, пока сохраняется официальная обстановка. 
Мужчина статной выправки, сухопарый и неулыбчивый — канц-маг, представитель сыскного подразделения Имперского Трона, выполняющего тайные монаршие поручения. Порой он помогает расследовать преступления, совершенные обычными людьми. Услышав имя Кьери Ано, я сразу вспомнила, что именно этот аскетически сложенный человек занимался делом моего отца. Пытался выследить маньяка, жертвой которого стали молодые девушки, но так и не успел воздать тому по заслугам.
Второй мужчина невысок, полноват, располагает к себе и одновременно отталкивает. Виконт Дани Странфор — личность странная, без ярко выраженной индивидуальности. Кажется, отвернись на миг, и забудешь, как он выглядит и что из себя представляет.
Ещё две женщины — вдовая сестра виконта и его племянница.
Первая смотрит свысока, но довольно отстранённо, тогда как её дочурка, которую хоть сейчас замуж, готова на месте испепелить меня яростным взглядом. Более чем уверена — у неё проблемы сердечного плана. 
Пока идёт разговор на разные темы, невинная мисс всеми силами пытается привлечь внимание Мага. В ход идут кокетливые улыбки, нечаянные прикосновения, игривые взгляды. Ещё немного, и отчаявшееся создание из платья выпрыгнет.
Тянет рассмеяться. Сдерживаюсь. Однако… 
Беру своего спутника под руку и прислушиваюсь к музыке. Как только монарх с Лавин Грёжес, отправившиеся открывать танцы, вернутся, можно будет и нам развеяться. 
— Потанцуем? — спрашиваю Мага с иронией, ясно дающей понять, что спектакль, разыгранный племянницей виконта, занятен, но приелся.
— Несомненно, — склоняет он голову, позволяя разглядеть искорки веселья в глубине своих тёмных глаз, где радужка по ободу мерцает яркой синевой. — На сегодня я твой единственный кавалер на все возможные увеселения.
— Вы не можете уделять внимание одной даме, — заявляет молодая мисс, всем видом выражая злость по поводу игнорирования своей персоны.
— Почему же? — ироничен Маг.
— Это проявление дурного тона! — высокопарно заявляет девушка.
 
Тот, кого обвиняют в незнании норм великосветского этикета, подаётся ко мне и вопрошает громким шёпотом:
— Я настолько плох, Ал?
Вместо дочери на провокацию реагирует вдова, возмущённо воскликнув:
— Господин Разов!
— Да, Виолетт? — неформальное обращение.
Родственники? Гляжу на него, затем на неё. Или?.. И какого тёмного засосало под ложечкой?! 
Недовольная аристократка снимает с руки веер, разворачивает его и начинает усиленно обмахиваться, ядовито цедя сквозь зубы:
— Вы в приличном обществе! Не опускайтесь до куртэзе! — презрительно-высокомерный взгляд вдовы направлен на меня.
Иноземным словом тут величают падших мужчин и женщин, к тому же лишённых великосветского лоска. Желает задеть и унизить меня, намекая на статус жрицы? Внешняя презентабельность данной снобки явно не признак высокого статуса. Истинная аристократия знает пределы дозволенного.
Кое-кому, впрочем, выпад вдовы пришёлся сильно не по душе. Маг продолжает улыбаться, хотя синий ободок в его глазах светлеет до льдистой бесцветности, порождая в моей душе ужас, какой я и в худшие времена не испытывала. Инстинктивно цепляюсь за оберег, вплетённый в ожерелье. Черпаю оттуда силу. Слава богине Амун, волнение напрасно: тёмные эмоции моему спутнику удаётся сдержать. А вот слова…
— Вы правы. Опускаться не стоит, — он отворачивается, всем видом давая понять, кому именно следует позаботиться о своей репутации. — Потанцуем? — тянет меня за собой, игнорируя оскорблённую вдовушку.
Ощущая согревающее тепло, исходящее от широкой ладони, бросаю взгляд на надменный профиль идущего рядом мужчины. И улавливаю в себе нечто новое. Пусть не особо задел выпад вдовы, было непривычно оказаться под покровительством другого человека. Никто и никогда не проявлял обо мне заботы, не заступался и не поддерживал вне стен обители.
— Забудь. Поверь, она заслужила, — говорит Маг, неправильно истолковав повисшее между нами молчание.
Подумав, спрашиваю:
— Вы с ней близки…
Маг обрывает, не дослушав.
— Нет! Даю слово, встречаться с моими бывшими тебе не придётся.
Значит, бывшие… Накрывает досада, которую тут же гоню прочь. Конечно, они были!
— Никакого беспокойства, мистер Маг. Просто решила уточнить.
— Не желаешь вставать на пути моего счастья? — он отпускает мою руку, обнимает за талию и притягивает ближе, не обращая внимания на возмущённое сопение прошедшей мимо дородной дамы.
Отвечаю с нейтральной улыбкой.
— Не задумывалась. Призыв жрицы не способствовал.
Глаза аристократа сощуриваются, но озвучить свои мысли он не успевает — монарх оказывается рядом с нами.
— Обещайте мне следующий танец! — учтиво требует он от меня.
Отказ неприемлем.
— Конечно, Ваше Императорское Величество, — собираюсь выполнить приличествующий случаю реверанс, но сильно сжавшиеся на моей талии мужские пальцы удерживают, не позволяя это сделать.
— Один танец! Не больше!
Жёсткий тон Мага неприятно коробит. Благо, угроза звучит достаточно тихо, чтобы её не услышали стоящие неподалёку разодетые дамы и господа, проявляющие к нашей троице повышенный интерес.
В глазах императора вспыхивает ирония.
— Несомненно, Разов. Несомненно, — и монарх продолжает свой путь к незримому защитному куполу, под который только что ступила Лавин Грёжес.
Стоит правящей особе удалиться, шиплю еле слышно:
— Где ваши манеры, мистер Маг!
— Перед ним ты расшаркиваться не будешь. Точка!
Удерживаю улыбку для сторонних наблюдателей.
— По твоей вине я только что проявила неуважение к императору!
— Переживёт.
Вот твердолобый! 
— У вас плохие отношения с монархом? — перехожу на светский тон, когда меня настойчиво увлекают к танцующим парам.
Стоит нам с Магом занять приличествующие позиции, как быстрая мелодия сменяется медленной. За что я искренне благодарна, ибо под тяжестью одежды упаду с большей вероятностью, чем доживу до последнего аккорда. И ещё туфли. Каблук маленький, зато скользит по полу, словно под ногами лёд. В следующий раз откажусь от обуви этой модели — опасно для жизни.