Колонист "Вано" (СИ)

Я вообще мало что умел делать руками. Как, собственно, и большинство землян моего времени. Зачем? Были роботы-пылесосы, роботы-швейцары (зашёл домой, и вешалка тебя сама раздела), роботы-повара… У нас были роботы для всего. В общем, толку мне пока от костей было мало. А вот от потенциальных союзников – много.
- Согласен! – решил я. 
- Чем резать-то? – подал голос Дунай. – Ни ножа, ни лезвия… 
- Ножи я вам сейчас подгоню, – решил я. – А потом, если никто не возражает, пойду чиститься. 
- Ну давай… – Сочинец посмотрел на меня с сомнением.
Я же не стал терять время: добрался до места, где собирал кремень, и один из небольших камней расколотил прямо там. Из булыжника размером в два кулака удалось выбить пять пластин, которые можно было использовать для резки. 
По сравнению с нашими далёкими предками, я просто бездарно переводил продукт. Однако цель была достигнута: острые кромки кремня позволяли разделать даже толстую шкуру. Чем Дунай и Кострома немедленно занялись под приглядом Сочинца. 
К этому времени от капсул подтянулось ещё несколько любопытных. Но я отмахнулся от вопросов и помчался спасать своё утепление. Кровь, слизь и прочие вонючие жидкости надо было смывать. Причём, побыстрее – пока они были ещё жидкостями. 
Мне повезло! До плетёных утеплений вся эта гадость почти не добралась. Разве что накидка на плечи намокла по краям. Ну и штанины с рукавами немного пострадали. А «пояс бабушки для согревания поясницы» спасло трико, которое, оказывается, почти не пропускало воду. 
Но даже это «по краям» вскоре обещало завонять, как десять дохлых трупов. Я скинул верхнее трико, отправив его в хранилище и взамен достав чистое. А затем разложил на полу утеплители и принялся удалять с них следы крови и слизи.
На это дело я даже нескольких литров воды не пожалел. А сушить волокна мха решил под тепловой завесой у двери. Двадцать минут – и я снова был чист. И готов к великим свершениям. Вот только копья у меня теперь не было... 
Выйдя из капсулы, я заметил, что военные ещё возятся с тушей. И пошёл к Роману – договариваться, чтобы научил меня разводить костёр. Я понимал, что бесплатно тот наверняка откажется, однако у меня теперь было, что ему предложить. 
Вообще-то у меня и раньше много чего было. Знание про мох, про кырлу, про лес... Но эти знания я великодушно, с прицелом на будущее сотрудничество, уже раздал всем желающим. Теперь же у меня имелись и материальные активы. Однако сознательность Романа я переоценил.
Уже подходя к костру, застал момент, как того же, чего хотел я, просил Борис. Вот только цену за обучение ему выкатили непомерную…
- Смотри, мы научим тебя согреваться, а ты подаришь нам день! Отработаешь! – говорил от лица всей компании Голубь, но, судя по улыбке Романа, тот полностью одобрял такой подход.
- Да вы чё, ребят? Целый день! – возмутился Борис. 
- Ну нет – значит, нет! – заявил Голубь. – Сам научишься. 
Услышав такое, я остановился, развернулся и тихо свалил. Лучше сам научусь. За день уж точно. Тем более, возможностей хватает. Лучше самому стереть руки в кровь, чем этим кровопийцам целый день подарить... 
Поэтому я вернулся к туше поверженной твари, которую разделывали Кострома и Дунай. Но там моя помощь особо не требовалось. Военные уже слили кровь и теперь активно снимали шкуру. 
- А как мясо хранить собираетесь? – спросил я.
- Может, закоптим, – пожал плечами Сочинец. – Может, просто пожарим и раздадим. Можешь ты, если хочешь, заняться вопросом. А вот со шкурой всё попроще будет… Если, конечно, мы с тобой костёр разведём. 
- М-м-м-м… – протянул я и замолчал. – А есть идеи, как разводить?
- Конечно! Трением! – Сочинец продемонстрировал мне несколько сухих деревяшек, напоминавших плавник. – Отойдём в сторонку, сядем и будем тереть. 
- Плохой план! – признался я. 
- Есть лучше? – с вызовом поинтересовался бывший военный. 
- Нет… Но будет! – решительно заявил я. И задумался... 
В голове человека хранится очень много всякой информации. Её просто надо уметь оттуда правильно достать. А в большинстве своём люди этого не умеют. На моё счастье, простому способу, как это делать, научил меня дед. Заключался он в том, что для начала надо было понять, какая память у тебя лучше работает. 
 
У кого-то хороша зрительная, у кого-то – слуховая. А кто-то вообще запахи запоминает лучше всего. У меня хорошо работала зрительная память. Особенно легко запоминались всякие картинки. Так что припомнить школьный учебник, загруженный на планшет и посвящённый теме разведения огня древними людьми, было несложно.
И чем больше я вспоминал, тем больше образов мелькало в моей голове. Рука, прижимающая камнем вращающуюся палочку… Маленький лук, чтобы не крутить деревяшку между ладоней… Идея полностью оформилась спустя пару минут.
- Пошли костёр разводить! – решительно сказал я Сочинцу.
И первым поскакал по камням к капсулам.
С каждым разом путь от капсул до леса занимал всё меньше времени. Пока Сочинец осторожно пробирался назад, я успел сбегать ко второму месту произрастания «волосатого мха» и нарвать волокон. 
Лука у меня не было, да и делать его оказалось не из чего: трубчатые стволы для этого не слишком подходили. Зато был напарник. Мы сплели длинную верёвку и обмотали ей палку, которую собирались вертеть. Один конец верёвки взял я, другой – Сочинец. 
Небольшая тренировка по слаженным действиям… И вот уже мы перестали одновременно тянуть верёвку и рвать её. А дальше дело пошло быстрее. Я прижимал палку плоским камнем, а Сочинец держал дощечку. И на «раз-два», постепенно ускоряясь, мы принялись работать. 
Дерево продержалось десять минут. Затем от плоской деревяшки, служившей основанием, пошёл дымок. А потом затлел пучок мха, приложенный к месту розжига. Вот и зачем тратить день на сомнительного учителя по розжигу костров, который сам не знает, что делать, и боится, что пламя затухнет? Особенно, если всё можно сделать самим?
Появление нового костра группа восприняла с энтузиазмом. Мы людей от пламени не гоняли, оставив только небольшой участок для работы. Хотят погреться – пусть подходят. А потом было много дел… Мы собирали дрова, искали хоть что-то солёное (и нашли), тащили шкуру и куски мяса к костру… А ещё искали, в чём смешать воду с золой от костра – благо, от тех дров, которые использовались, её было ну очень много. 
Просто участвуя в процессе, я, надо сказать, немало узнал о выделке шкур. Правда, до современных земных способов мы, конечно, не дотягивали. А вот уровень каменного века точно был взят. 
Вот, к примеру, сколько может наплевать человек? Именно наплевать! Слюна обладает несильным бактерицидным эффектом, который как раз и требовался для консервации. К тому же, шкуру надо было размочить, чтобы снять с неё остатки плоти. 
Никогда не забуду, как трое военных вместе со мной стояли и плевали на снятую шкуру, привлекая к этой задаче всех, кто подходил к костру погреться... И, конечно же, никогда не забуду, как мы её скребли деревянными скребками в разводах воды, слюны, соли и золы…
Более противное дело и придумать сложно, если честно. Но, как хором заявили Дунай и Кострома, если нет иных способов – то лучше так, чем профукать ценный ресурс.
А затем мы натирали всё то ли мелом, то ли известняком, который притащил Сочинец. И снова скребли, и снова тёрли… 
А как мы потом коптили эту шкуру, кидая в костёр всё, что могло гореть и дымиться!.. Это была та ещё задачка. К тому же, сначала мы не могли соорудить над костром никакого каркаса для удержания шкуры. Поэтому приходилось дым вручную нагонять. 
Это был кожевенный ад, в который я попал по своей воле и желанию. В итоге у нас даже получилось сложить из камней некую конструкцию, на которой удалось растянуть кожу. Во всём этом кошмаре грела только мысль о том, что у меня скоро появятся нормальные штаны и нормальная жилетка. 
Что, впрочем, опять-таки зависело от моих способностей к шитью. Потому что «рукодельных» навыков у меня почти не было. Я помнил, что нужна игла и нить, а ещё надо как-то тыкать и сшивать швы… Ну и всё. В общем, мне катастрофически не хватало того, что, наверно, было ещё у наших отцов и дедов – банального бытового опыта.