Планета свиней (СИ)
— Что за женщина, могу я узнать? Кто она для тебя? — осторожно спросил Буч, выйдя из темноты.
Он был довольно крупный и невероятно сильный. Росомахи, как и другие куньи никогда не носили штанов, выпячивая напоказ свои хвосты. Буч любил выглядеть дерзко и стильно. На нём чёрная сорочка без рукавов, на запястьях золотые браслеты и часы на каждой из лап. На шее гроздью висели цепи разной толщины — тоже золотые. Если Буч улыбался, то завораживал всех и каждого. В правый клык был вживлён бриллиант. Кристалл ярко поблёскивал даже в свете всего двух маленьких лампочек за спиной.
— Её зовут Мура. Это самая красивая кошка на Земле. Если я прошу помощи у тебя, как думаешь, насколько она дорога мне? — Шмаль убрал напильник в кармашек, быстро напялил ботинок и встал с дивана. Оправив майку, рядом пристроился Барс. Он ни за что не оставит друга в беде, а скорее умрёт за него.
Волки сложили лапы на груди, поближе к кобурам с пистолетами в подмышке. Даже если они успеют выхватить стволы и откроют стрельбу, то вряд ли сумеют попасть в шустрых гостей. Но если у котов из оружия только напильник, то и бояться нечего.
— Я понял тебя, черныш, — сделал шаг назад Буч и присел на стол. — Но буду честен с тобой. Тут дело такое… если хочешь вернуть свою кошку, ты должен совершить один подвиг.
— Ты во мне патриота увидел, что ли? Может, на фронт в паре рванём? Будем свиней валить да города грабить, — скривил морду Шмаль.
Буч знал, что придётся непросто, потому терпел скверный характер кота.
— Надо будет, и на фронт пойдём. Слушай меня внимательно, уважаемый Шмаль. Кошка твоя у нас. Выполнишь, что требую, получишь её в целости и сохранности ещё и с бонусом. Хочешь, организуем тебе прямой поезд до Крыма, чтобы ни военных проверок, ни волчьих облав.
Чёрный облизнул усы, кончик его хвоста нервно вздрогнул.
— Ты в натуре нюх потерял, зверюга? Кусок из пасти тащишь?
— Это общее дело. Во благо стараюсь, — развёл лапы в стороны Буч. — Но ты парень разумный и знаешь правила. А правила устанавливаю здесь я. Так что слушай, молча, и не ерепенься зря.
Шмаль задумался, а Барс расстроился — понял, что Абрамяу подставил босса. Никому верить нельзя в этом мире, особенно зажравшимся котам. Абрамяу и раньше выкидывал номера, но в этот раз он прошёлся по самому краешку острого ножа.
Чёрный не лез в драку и не закатывал истерик. Он хорошо знал, с кем встретился и следил за каждым словом, не желая наболтать лишнего, чтобы не навредить себе и своей любимой. Если бы Шмаль не умел держать шершавый язык за клыками, разве он стал бы авторитетным бродягой?
— Говори что хотел, — наконец, отреагировал чёрный кот.
Буч удовлетворённо кивнул.
— Дело непростое… дело сложное. Ты парень крутой и только ты сможешь справиться — иначе нашли бы другого солиста. Но перед тем, как сделать тебе предложение, остался один важный вопрос: как ты относишься к людям?
Чёрный и виду не подал, что удивлён.
— Я отношусь к ним ровно, — мякнул Шмаль.
— Вот и хорошо, вот и чудно, черныш. Если у тебя нет аллергии на человеческую кожу, то слушай сюда в оба уха. Хочешь увидеть свою девчонку, приведи в Алдан императора. Ты Шмаль, должен доставить вирусолога Варакина лично ко мне — и как можно скорее.
Глава 7
Страна Москва. Кремль. Государевы покои. Сентябрьское утро.
По длинному коридору, устланному красной дорожкой шёл в хрустящих хромовых сапогах светловолосый лейтенант. Фельдъегерь кремлёвского полка, одетый в блистательную форму, нёс в специальной сумке с кодовыми замочками два секретных пакета: срочное донесение из Страны Урал и секретный доклад шпиона из Страны Сибирь. Возле кабинета Владимира третьего посыльный остановился. Офицеры охраны встречали молодого лейтенанта не первый раз; отдав честь, они пропустили его к государю.
— Почта от генерала Шалевского и разведданные из Якутска! — доложил фельдъегерь.
Князь, облачённый в просторный халат, подол которого волочился по сверкающему паркету, распечатал пакет и поблагодарил служивого:
— Прекрасная работа, лейтенант! Спасибо. Можете идти.
Фельдъегерь развернулся и строевым шагом покинул комнаты князя.
Кабинет государя, был светел и переполнен энергией своего хозяина. Потому что князь много трудился, читая корреспонденцию, подписывая документы, принимая министров и их замов. Сегодня ждал победных реляций и одну немаловажную новость от сибирского резидента под псевдонимом Сухой.
Владимир третий внимательно прочитал письмо от генерала Шалевского. В нём сообщалось: что войска Первого Уфимского фронта парадным маршем взяли столицу Урала город Челябинск, а на здании горсовета водружён тёмно-розовый флаг; мэр Челябинска подписал капитуляцию и бежал, жители же встречают освободителей цветами и поцелуями.
Порядка семидесяти тысяч человек проживали на возвращённых Москве территориях. Страна Урал славилась наследием прошлого: инженерами, учителями и первоклассными рабочими. Отличные земли, великолепные люди — князь Владимир был очень доволен.
Он подошёл к коммуникатору и нажал кнопку. Говорил Владимир третий всегда с расстановкой, вдумчиво и чётко произнося каждый слог.
— Вызвать ко мне Флягина и Стрельцова.
В ответ послышался бравурный голос молоденькой связистки:
— Принято, государь!
Прошла минута, и юный голос связистки снова заговорил:
— Директор фармакологической фабрики, господин Флягин ждёт аудиенции. Полковник Стрельцов на подъезде к кремлю. Застрял в пробке, будет нескоро.
Задумавшись, князь склонился над шахматной доской. Он любил игру королей; обожал настолько, что всё свободное время сражался с самим собою — но, даже играя, продолжал размышлять о делах государственных.
Правду сказать, Московский князь слегка изменил правила шахмат. Ну, например, он был уверен, что играет всегда только белыми. Если всё-таки в силу разных причин приходилось играть за чёрных, князь всё равно делал ход первым. А ещё фигуры в разыгранных им партиях, носились по доске не совсем так, как принято у всех остальных шахматистов. Когда нужно князю — слон ходил, как ладья, а конь превращался в слона. Самое интересное, что фигуры трансформировались не только на стороне, за которую играл Владимир третий, но и на второй стороне, за которую играл также он сам. Случалось даже пешки не доходя до края доски настолько зверели, что делая ход «е2»-«е4», умудрялись срубить пару фигур и преобразоваться в ферзя.
Владимир призадумался, перед тем как сделать новый ход. Он смотрел на чёрно-белого коня, которым собирался срубить сразу двух королей, прыгая через коронованные головы, словно в шашках. Чёрно-белый конь — это была специальная фигура, выскакивающая на доску, чтобы уровнять шансы, когда прижмёт. По мнению князя Московского, несколько нестандартных ходов — прекрасное подспорье даже в реальной жизни, — чем он всегда и пользовался. Переиграть государя Москвы не мог ни один известный в мире властитель, а те кто рисковал вступить с ним в опасное противостояние, сталкивался с образным чёрно-белым конём, который не щадил выскочек.
Владимир третий всё продумал. Всё шло по чёткому плану.
Князь Урала бежал как трус, значит, пришло время позаботиться о снабжении людей сывороткой. Недельный запас Москвы позволял грамотно отладить поставки в самые удалённые уральские посёлки. Вообще-то, это непростая задача захватить целую страну с людьми, которых надо накормить, согреть, развеселить, иногда отмыть и обеспечить таблетками от «ярости». Без лекарств на новых территориях делать нечего. Население признавало лишь ту власть, которая снабжала сывороткой и пищей, причём бесплатно, сытно и вкусно. Искусственное мясо, выращенные свиньями овощи и жизненно необходимое средство от бешеного голода — вот он обязательный набор интервента. Но вся беда в том, что срок хранения таблеток весьма короток: всего пятнадцать суток. А чтобы увеличить производство лекарства, нужны ресурсы, то есть новые жертвы.