Безумья темный страх (СИ)

— У Розми никогда не было союзников, — покачала головой остывающая Талинда. — Мы слишком другие. У нас слишком хорошо. Нас ненавидят потому, что нам завидуют. Потому что мы — уникальны. Они все равно попытались бы нас захватить, просто теперь это может произойти несколько раньше.
— Ваше Величество, сейчас мы слабы!!! — взвыл дипломат. — У нас в стране намечается недовольство и возможны мятежи. Ваша власть под вопросом, Ваш дядя уже решил этим воспользоваться! А Вы только что получили еще одного врага!
— Он и был, — пожала плечами упрямая девушка. — Они устраивали беспорядки на нашей границе и засылали шпионов. Теперь они получили предупреждение, что пощады не будет. Может быть одумаются.
— Это вряд ли, — покачал лысеющей головой старый дипломат. — Мы должны не давать им спуску… только не сейчас… Для начала надо было решить наши внутренние дела, а потом уже дразнить быков на мировой арене… Это же политика! Тут нет места правде и прямому пути.
— А мне надоело юлить! — вновь взвилась королева, она опять взмахнула рукой с зажатой в ней короной, чуть не заехала венцом по голове одному из телохранителей, тот ловко отшатнулся. — Я не хочу врать! Я перестаю быть собой! Я уже забыла, кто же я такая на самом деле!
— Король Розми не принадлежит себе. Он принадлежит своей стране. Это не пустые слова. Они значат то, что у Вас не может быть себя, как не было себя у Вашего деда.
— Я не хочу и не могу так!!! — в отчаяние воскликнула она. — Мне страшно! Очень страшно! Я не хочу так!
— Мне очень жаль, — постарался улыбнуться господин Ларус, — но у Вас нет выбора. Вы это должны понять как можно быстрее, иначе от Розми ничего не останется.
С этими словами старый дипломат пошел прочь, а юная королева осталась сидеть на бортике фонтана… Ей отчаянно хотелось заплакать или убить кого-нибудь, а еще ей было очень страшно… И хотелось забыться…
Она уронила руки на колени и уставилась на носки своих туфель… Что же ей делать? Что?!
Может быть, попробовать выпить? Дед говорил, что это ему иногда помогает прекратить думать, или помогает найти правильное решение…
4
Следующим пунктом назначения, куда направился в этот день разъяренный Дримс оказался склад, где в паре темных углов за стеллажами любили дрыхнуть пьяные техники. Их и другой обслуживающий персонал капитан также собирался приобщить к настоящей армейской жизни, полной физической и военной подготовки. Утренняя зарядка, по весне введенная Дримсом, отныне была лишь цветочками.
Бен предпочитал спать в самом дальнем углу на полке за какими-то редкими и старыми, покрытыми вековой пылью деталями, которые, кажется, подходили лишь первой технике, направленной в Миранду. Там у него была сооружена лежанка из старого матраца и какой-то засаленной в пятнах масла и еще чего-то подозрительного подушки. В углу было темно, там давно не горели лампы, а за ненадобностью деталей никто никогда туда не ходил и не отвлекал техника от такого важного занятия, как глубокий сон.
Дримсу пришлось довольно долго трясти и пинать Бена, пока капитан не понял — Бен настолько пьян, что сам проснется не раньше утра. С матами Ривс отправился искать Рыжика (еще одного техника). Тот пил поменьше и довольствовался старым топчаном около верстака, где работали техники и другой техперсонал. После пары ударов парень подскочил и уставился удивленными почти детскими глазами на грозного капитана.
— Эта… чо… чо… случилось? — выдавил он, хлопая голубыми глазками. — Эти твари, что ль?
— Они скоро будут тут, — посулился Ривс. — И сожрут тебя. Сожрут твою семью, твоих соседей и весь этот поганый городишко! Если ты не починишь эти гребаные пять е… вертолетов! Они будут долго тебя жрать, выпотрошат сначала, схарчат твои кишки и самого тебя пока ты будешь еще живой! И ты подохнешь, пьянь проклятая, осознавая, что из-за тебя и только из-за тебя в мучениях умирают твои родители!
— Да чего вы? Чо говорите-то?! — взвился Рыжик.
— Будущее предрекаю!
— Чо делаете?
 
— Будущее твое предсказываю, ошибка природы! — заорал Ривс. — Придурок долбанный, ты понимаешь, что у нас твари сегодня ночью под стенами будут?! Мозги у них появились! Они будут теперь не только по земле к стенам идти! Они будут перелетать стену! И они в воздухозаборники кидаются! Прикинь? Так что завтра утром у нас может ни одной вертушки не остаться! Ни одной! И ты, ты, и только ты будешь в этом виноват! А тогда я тебя на стену выгоню! А там они тебя и сожрут! Понял меня?!
— Нет… — пробормотал Рыжик. Он был простой душой и сложных слов и материй не понимал. Он не издевался, а вот работать не хотел совершенно, хоть и мог что-то починить, но только по утру, пока бывал трезвым.
— Сейчас объясню, — пообещал Ривс, вынул из кобуры пистолет и протянул технику. — На, иди домой, застрели свою семью.
— Да вы чо… Говорите чо? Как можно?! Это ж того… грех это! Это ж мои мама и папа, сестры и братья! Они ж… они ж моя семья!
— Вот и застрели их! Спаси!
— От кого?
— От тварей с болот! Иначе они их разорвут на куски! И твои родственники будут проклинать тебя умирая!
— Я ж тварей не это, не звал.
— Их никто не звал! Но ты, паскуда, не желаешь чинить вертолеты! И скоро мы не сможем защищать Миранду. Без вертолетов твари пройдут через стену и начнут жрать горожан, — мрачно изрек Дримс.
— Господин капитан, я это… не умею я…
— А какого х… ты тогда тут техником работаешь?
— Ну, это… я умею! Умею я с вертушками! Но только не могу я один их все! Я многого не знаю! — замотал головой парнишка.
— Так изучай, изучай! Вон возьми книжки да почитай! Иди и чини мне вертолеты! Иди! А то твои родители лично у Осириса на суде попросят проклясть тебя! Понял?!
— Да… Я того… пойду я?
— Иди, иди. И чини эти долбанные вертолеты! — заорал Дримс ему в след.
Рыжик пулей вылетел со склада и кинулся под один из навесов, где стояли вертушки. Дримс постоял у выхода со склада, посмотрел в затянутое желтоватым туманом небо. Да, с этой проклятой Мирандой он скоро сам начнет говорить как Рыжик, бить всех подряд как Норрик, а потом, глядишь, и пить как Фрейд.
— О чем задумался? — рядом возник веселый Ленс.
— О превратностях судьбы. Ты чего тут делаешь? Как ты из комнаты выбрался? Я ж проверю все, и не смотри, что ты мне друг, именно поэтому и проверю, чтобы ты и твоя мама выжили, — пообещал Дримс.
— Да хоть прямо сейчас! — усмехнулся веселый Ленс. — Не говори глупости, я тут вырос и все повадки этих тварей знаю.
— Не будь столь уверен, Флайтан тоже здесь родился и вырос, а всего не знает.
— Брось. Я как сюда вернулся, первым делом эту книжонку вызубрил, я жить хочу и мать защитить. Так что не говори ерунды, можешь что угодно спросить, — мальчишка задорно улыбнулся. Он вообще любил жизнь и никогда не унывал, хотя и жил в Миранде.
— Ладно, верю, — Ривс усмехнулся. Ленс к безопасности матери относился с необыкновенным фанатизмом, что не мешало ему паясничать и влипать в самые разные истории. Он действительно все знал. — Учат?
— Конечно, ты так уработал Норрика и избил всех остальных, что даже Фрейд попросил Сантала ему вслух почитать! Они тебя сегодня реально испугались. Я и сам подумал, что тебя твари прибрали и это уже не ты, пока ты не заставил нас зубрить про монстров, — Ленс вновь хитро улыбнулся.
— Как ты из запертой комнаты выбрался? Ключ же у меня в кармане, — уже спокойно спросил Ривс, чувствуя, как злость и ненависть постепенно отступают назад, в глубины его души. Эта вспышка ненависти, ненависти не только к Миранде и бездарям подчиненным, но и ко всему миру и самой Розми, а особенно королеве, которая его сюда упекла, опустошила Ривса. Он почувствовал неимоверную усталость и пустоту в душе…
 
— У меня дубликат есть, — усмехнулся рыжий весельчак. — Наш старый командир часто запирал комнату и домой уходил, чтобы наши не оставались и не бухали там, а то потом бутылки валялись, иногда ублевывали все вокруг, проливали бухло… Да и боялся он, что они продадут все, что еще осталось в комнате, если денег не будет. Вот всех выгонял и запирал ее. Дежурный экипаж тогда на складе или в каптерке на проходной сидел всю ночь. Мне это не особо нравилось, вот я и сделал копию ключа. Ребята не знают.