Безумья темный страх (СИ)
Выкрутился, гад!
— Пусть лучше о них заботится, и вразумит непослушных, — позволила себе чуть улыбнуться королева. Кажется, господин Ларус собрался ее убить. Точно. И госпожа Коменски ему поможет, если верить ее спине, так и излучавшей приказ заткнуться. Мысленный, конечно же. В здравом уме и трезвой памяти никто не посмел бы такое предложить королеве. Пусть и восемнадцатилетней.
— В своей неустанной заботе о дорогих его сердцу людях, мой император не забывает и своих внуков, — подошел к цели визита посол. — Он обеспокоен дальнейшей судьбой своей внучки, и хочет помочь Вам в столь трудном деле — управлении огромной могущественной страной. Мой император — мудрый правитель, который имеет многолетний опыт эффективного и успешного управления могущественной державой, который он бы хотел передать дочери своей дочери. Поэтому он протягивает свою руку Вам, — с этими словами посол склонился в учтивом поклоне. Остальные алсултанцы последовали его примеру.
По всей вероятности, сейчас Талинде следовало возрыдать от умиления и броситься на грудь если не послу, то собственному деду уж точно. Только девушка уже кое-что успела понять в этой жизни. И пусть ей еще предстояло многому научиться и изменить не только свою жизнь, но и саму себя, она уже сейчас вовсе не питала иллюзий относительно любви второго деда к своей персоне. Она понимала, что стала интересна императору в связи с тем, что у нее больше нет семьи, зато есть огромная власть и страна, на которую решил наложить свою лапу неожиданно объявившийся родственничек!
— И что же предлагает мой дражайший дедушка? — по-школярски поинтересовалась Талинда, улыбнувшись послу наивной детской улыбкой. Глаза ее были широко распахнуты и выражали лишь восторг от того, что ей предложили вкусный леденец и возможность сбросить груз ответственности со своих хрупких плеч.
Госпожа Коменски не выдержала — обернулась к королеве. Описать ее лицо было невозможно: смесь ужаса, злости, отчаяния и какого-то восторга своей воспитанницей. Она поняла, что за цирк сейчас устроит эта самая воспитанница.
— Мой император предлагает Вашему Величеству выгодный союз, — еще не понял замыслов королевы посол. — Он готов предоставить Вам в помощь своих наивернейших и преданнейших чиновников, которые имеют огромный опыт управления страной. Они не дадут развязаться гражданской войне внутри Розми, они помогут Вам мудро управлять страной, а также будут способствовать процветанию Розми, неустанно блюдя интересы семьи.
— Интересы какой семьи? — невинно осведомилась королева.
— Семьи моего императора. В их преданности семье нет никаких сомнений. Семья императора — священна для всех, кто служит моему повелителю. Они будут блюсти интересы Розми, — заливался соловьем посол. — Также мой император предлагает Вашему Величеству заключить брачный союз, который позволит не только укрепить позиции Розми, но и станет со временем залогом мира и достатка в двух государствах, в Алсултане и Розми. Мой император предлагает Вам заключить брак с его старшим внуком, принцем Изенгадом.
— Господин посол, но принц — Наш кузен, — возразила Талинда.
— Как в Алсултане, так и в Розми браки между кузенами разрешены, — напомнил посол. — Этот брак не только будет способствовать укреплению отношений между двумя великими державами, он позволит остаться в семье власти и сделает процветание двух стран более скорым! Мой император всегда заботится о семье и все делает для ее блага!
— Однако, Мы вынуждены заметить, что хоть данные планы и предложения Нашего царственного деда являются довольно заманчивыми для Нас, — королева нацепила на лицо прежнюю ледяную маску, но еще более ошалевшие глаза и выражение лица госпожи Коменски и еще двух розмийских дипломатов, обернувшихся к ней, заставляли плясать маленьких демонят смеха в ее глазах, — Мы не можем принять предложение Его Императорского Величества.
— Но это прекрасный выход в сложившейся ситуации для Вашего Величества, — возразил посол. — Вы возвращаетесь под опеку единственного Вашего родственника, Вашей семьи. Мой император будет неустанно заботиться о Вас…
— Вы часто говорите слово «семья», подразумевая семью своего императора, — напомнила Талинда. — Однако вы забываете о том, что Мы приходимся внучкой вашего императора лишь генетически. Наша семья, семья Уайтроуз, вся погибла. Другой семьи у Нас нет. Мы не позволим наводнить Нашу Розми прихвостнями императора Алсултана, которые будут не только править ею за Нас, но и будут притеснять жителей Розми! Я — королева Розми! — Талинда отбросила монаршее «мы» неосознанно, впадая в ледяное бешенство, которое почти мгновенно затопило ее душу. Объявились родственнички! Стервятники проклятые! — И только я могу править в Розми! Никто другой! Никогда. Можете передать мои слова своему императору.
После этих слов обернулся даже господин Ларус.
Лицо посла Алсултана перекосило от гнева и бешенства. От грязной брани его удерживали лишь, придвинувшиеся к возвышению, на котором стоял трон, телохранители, а также ледяной взгляд Майкла Фокса, обещавший смерть тому, кто посмеет оскорбить Ее Величество.
— Это Ваше последнее слово? — с трудом прошипел алсултанец.
— Да. Розми никогда ни от кого не будет зависеть. Никто другой никогда не будет управлять Страной Мечтаний, только тот, кому корону вручили сами боги Света. Они вручили корону мне! — отчеканила Талинда.
— Вы об этом еще пожалеете, — прошипел посол. — Мой император не прощает оскорблений. Он предвидел подобное Ваше поведение и просил передать, что в таком случае, Вас свергнут в ближайшее время Ваши же подданные. Вы — всего лишь ребенок, которому по недоразумению или из-за халатности досталась корона. Вы ее потеряете, и тогда в Вашей стране наступит хаос. Он хотел Вам помочь, т. к. Вы — дочь принцессы Иоланты, его дочери, но теперь он будет с удовольствием смотреть, как Ваши же подданные свергнут Вас.
Майкл и его заместитель сделали шаг к послу, но вставшая с трона королева отмахнулась рукой, давая понять охране, что нет необходимости вразумлять алсултанскую делегацию.
— Передайте императору слово в слово мои слова: «Розми не склонится ни перед кем и никогда. Я — королева Талинда I Уайтроуз, у меня нет родственников, как у Розми нет союзников. Я буду беспощадна с теми, кто посмеет вредить мне. Лучше не провоцировать меня и Розми».
— Я передам.
— Передайте. Аудиенция окончена.
С этими словами королева быстро спустилась с тронного возвышения и вышла в дверь, что находилась в стене у подножия трона. За ней проследовали ее дипломаты, охрана и госпожа Коменски.
Разъяренная королева летела по коридорам Замка, срывая на ходу с головы корону, вытаскивая многочисленные шпильки, что сыпались по полу вслед за ней. Она тряхнула длинными освободившимися волосами и устремилась к выходу в один из внутренних садиков дворца. Около небольшого фонтана, окруженного еще зелеными кленами и липами, ее перехватил господин Ларус.
— Ваше Величество, что Вы наделали? — осведомился он. — Вы должны были обещать подумать над предложением, усыпить их бдительность, дать им понять действиями то, что Вы сказали, мягко и…
— Господин Ларус! — взвыла Талинда. — Я — королева Розми! Я не отдам им мою страну! — она указала зажатой в руке короной в сторону тронного зала.
— Об этом и речи нет, — взмахнул руками дипломат. Он вообще редко позволял себе какие бы то ни было жесты, но сейчас его переполняли чувства. — Но нельзя делать как Вы! Нельзя! Вы приобрели врага! Император Алсултана никогда не забудет этой эскапады! Нам не нужны враги!
— Враги?! — взвилась Талинда. — Да они повсюду! У Розми нет и не может быть союзников! Та же Джанелли тоже враг…
— Не враг, — напомнил господин Ларус. — Джанелли — дружественная держава.
— Дружественная, потому что мир внутри нее стоит на штыках солдат Розми! Если прекратится их поддержка — Джанелли мгновенно прекратит быть нам дружественной!
— И тем не менее, — не дал увести себя с важной темы дипломат, — Алсултан не был до сего дня врагом Розми. Теперь он превратился в открытого врага! Как Керши! Задумайтесь о перспективах: враги, непримиримые, окружают отныне Розми с севера и юга! Сколько раз я Вам говорил, что Розми в состоянии отразить атаки объединенных стран, но это когда речь идет о десятке стран, и не о тех, что подступают к нашим границам!