Угадай кто папа (СИ)

Когда я вернулся, Крис сидела на скамейке вся скрюченная. Бедняжка продрогла в своей тоненькой блузке.
Я присел рядом с ней и открыл пузырёк с «любовным» соком. Как только вручил его ей, без раздумий запрокинул руку на хрупкое плечо, притягивая миниатюрную фигурку к себе поближе.
— Не пойми меня неправильно, но ты же вся дрожишь, — сказал ей на ушко, когда она сердито уставилась на меня.
— Ага! Как же… Что это? — кивнула на бутыль, вертящую в своих руках. — Ты уверен, что это можно пить? Ни названия, ни этикетки. Странный какой-то.
— Воды не было. Это единственное, что я нашёл, и чем можно утолить жажду.
Она хмыкнула и поднесла горлышко к носу. Вдохнув аромат, Крис в удивлении округлила глаза.
— Пахнет здорово! — она отпила незначительный глоток и, распробовав его, прикрыла в удовольствии глаза. — Да и вкус просто обалденный. Слива, кажется. Попробуешь?
— Нее-ее-е, чудо упаси. Я пас!
Крис прибрала всю бутылку, пока мы болтали о погоде и о всякой ерунде. Было уже слишком поздно, а мы так заболтались, что спустя только час с небольшим я понял, что набережная опустела и остались только мы вдовоём, не считая парочки бездомных, снующих по помойкам.
— Что-то так спать захотелось, — сквозь зевоту сказала Крис, положив голову мне на плечо.
— Давай я отвезу тебя домой?
— Хорошо, только пошли быстрее, — кое-как она успела договорить, как её тело тут же обмякло.
Я успел подхватить её и прижать к груди, чтобы она не ушиблась головой о спинку скамьи.
Кажется, она и впрямь уснула.
Может сок оказался вовсе не соком? Надо было всё-таки попробовать это расчудесное снадобье.
И что мне делать теперь? Не думал я, что так всё глупо выйдет и как-то даже не успел спросить, где она живёт.
— Крис, солнышко, — предпринял попытку растормошить спящую на моём плече красавицу. — Скажи мне, куда тебя отвезти?
— М-мб… Мне же нужно ещё собрать помидоры, — бурчала она. — А ещё полить цветы. А будильник? Я завела будильник?
М-да… Это и есть то самое чудо?
Мне ничего не оставалось делать. Я подхватил её на руки и поспешил к машине.
Пока нёс её на руках, во сне она бурчала что-то невнятное, крепко обхватив меня за шею. А я всю дорогу улыбался как Чеширский кот, любуясь её миленьким личиком.
Как только добрался до машины, я бережно усадил её на сиденье и отправился восвояси. Только этот вариант я признал самым оптимальным для нас обоих.
В лобби отеля, где я остановился, одной из первых меня заприметила София. По её вытянутой физиономии читалось, что она крайне удивлена видеть то, как на своих руках я несу ту самую журналистку, которая оставила у неё на лбу здоровенную шишку.
— Тимофей Евгеньевич, вам в номер что-нибудь нужно? Воды? Может, врача?
Я отрицательно махнул головой. Неловкая же вышла ситуация.
— Если только психиатра поутру, — пробубнил я сам себе, направляясь к лифту.
Чую, нелёгкая ночка меня ждёт.
  
Глава 12. Крис
 
Сквозь сон ощутила, как кто-то поглаживает меня по голове и теребит мои волосы. Должно быть, сын уже проснулся.
Прислушавшись, я уловила тяжёлый вздох, который заставил меня сию же секунду распахнуть слипшиеся глаза.
И что у видела перед ними?
Мужскую грудь. Нет, не на картинке! А в натуральную величину. Чтоб меня поездом переехало!
Что вчера было? Память будто отшибло.
— Я чувствую, что ты уже проснулась, — раздался знакомый сиплый голос, отдавая в ухо вибрацией от его груди.
Нет! Только не это!
Не делая резких движений, приподняла голову, а перед собственным носом оказалась сонная моська Тимы.
— Какого…, — в смятении запищала я, — какого это фига ты здесь забыл?
Отпрянула от него и вжалась в изголовье кровати, судорожно накрывая себя клочком одеяла. Но прежде я заглянула под него, чтобы провести детальную инвентаризацию.
Итого: честь на месте, совесть тоже при мне… ну и одежда частично присутствует.
Слава богу. Правда, брюк я всё же не досчиталась.
Какова вероятность, что я сама их сняла? Нулевая, думается мне.
 
— Мы же не…? — заикалась не в силах вымолвить фразу.
— Нет, что ты? Как я мог? Ты же была в отключке, — сказал он с напускным видом.
Тима повернулся на бок и начал вести со мной игру в гляделки, вгоняя меня в водоворот неслыханного позора.
Пользуясь случаем, я так же решила не оставаться в стороне. Вскользь прошлась взглядом по крепкому телу, на котором теперь, определённо, больше мускулатуры. Пресс у него вообще как будто накладной. Или рисованный, прям как и татуировки, которых я раньше не видела.
— Ты не мог бы выйти? Мне нужно одеться, — буркнула, когда поняла, что он может бесконечно пялиться на меня.
— Зачем? Что я там не видел? — я нервно хохотнула с его слов, стыдливо пряча лицо в ладонях. — Кстати, заметил у тебя на ногах шрамы. Это всё досталось тебе от аварии? — насторожился он, я кивнула. — А внизу живота?
Ой.
— Эм-м… Мне делали кое-какую операцию, — замешкалась я, проводя пальцами по своему шершавому рубцу.
— И какую же?
— Удачную, раз я всё ещё жива, — скривила рот, а затем решила отвести от себя разговор: — Смотрю ты все свои шрамы скрыл под татуировками. Странно, что на снимках в журналах их не было. Недавно сделал?
Склонив голову, он глянул на свои татуировки, расположенные на груди и на левом плече так, будто сам их раньше не замечал.
— Нет, вообще-то. Просто я прошу, чтобы их убирали в фотошопе. Это слишком личное!
— Что на них? — дотронулась до его груди, где громоздилось объёмное тату. Пробежалась пальчиками по незнакомым словам и даже ощутила выпуклость букв на упругой коже. — Это же латынь?
— Да, латынь, — стиснув зубы, перехватил мою руку, но сразу же выпустил её.
— Ты мне скажешь, что они обозначают? — приглядевшись, я обнаружила рой мурашек у него на груди, где только что касалась его.
— Нет! Не скажу, — безразлично бросил он и отвернулся от меня, накрывая себя одеялом.
Крис, кем ты себя возомнила?
Я нарочито громко хмыкнула, чтобы он точно услышал. Вздёрнув подбородок, резким движением я вытащила из-под него одеяло и закуталась в него. А дальше я побрела на поиски ванной комнаты.
Я прошлась вглубь просторного номера, где обнаружила ещё одну спальню.
Так и знала, что нарочно уложил меня в свою кровать!
Кажется, я снова возвращаюсь в прошлое пятилетней давности, когда Тима был для меня самым сложным ребусом в жизни. Если мне снова придётся разгадывать его, то на сей раз у меня не выйдет. Боюсь, я растеряла все навыки. Не думаю, что мне снова посчастливиться узнать, кто же такой Тимофей Димуров настоящий.
— Тут же есть ещё одна комната. Почему не уложил меня в ней? — спросила я, вернувшись к нему.
Мне было до жути любопытно узнать, что же он на это ответит.
— Я боялся оставить тебя одну, — с толикой нежности в голосе произнёс он, прикладывая свой телефон к уху.
Ждёт от меня благодарностей? Так не дождётся.
За ужином в ресторане он обмолвился фразой о том, что не имел серьёзных отношений после нашего расставания, но я нутром чувствовала здесь что-то нечистое.
На интервью он говорил обратное. Скорее всего, в этот самый момент он собрался звонить той, о ком как раз шла речь.
Интересно, кто она?
После скорого душа я вернулась в комнату, где в нос ударил аромат свежесваренного кофе.
— Прошу к столу! — улыбался он, отодвигая для меня стул. — На повестке дня у нас фритатта, тосты с джемом и ароматный кофе.
— Заманчиво!
Тима присел напротив меня и, с голодными глазами потерев свои ладони, открыл крышки с тарелок.
— Она очень вкусная, но мне ещё не доводилось найти вкуснее, чем готовишь ты… — театрально облизнулся, чем рассмешил меня.
Негодник и подхалим!
— Ты прав, чего-то не хватает, — ответила, набивая щёки неидеально приготовленным итальянским омлетом.