Жена напоказ 2 (СИ)

“Вот знаешь, а я её понимаю, — Лабьет подался мордой вперёд и поддел руку Мариэтты. Она улыбнулась, опуская на него взгляд, погладила по красноватым рожкам. — Так что, если ты или твой братец обидите мою Конфету, я вас обоих укорочу на неважные органы”.
Ренельд усмехнулся, наблюдая за ними. Уж соперничать с шинакорном он точно не собирался.
— Вы не кукла, это верно, — ответил он вдовушке. — И я не собираюсь ни вредить вам, ни — тем более — раздевать. Дело у нас с вами весьма и весьма серьёзное. И касается, как вы помните, обеих сторон.
Мариэтта вздёрнула аккуратный носик, явно собираясь немедленно продемонстрировать ещё неизведанную Ренельдом грань своего упрямства.
— Сейчас я не настроена решать такие вопросы, — процедила она. — Мой управляющий, возможно, окажется под стражей на несколько месяцев. И мне хотелось бы завершить хотя бы это дело. Прежде чем взяться за обдумывание следующих.
— Сдаётся мне, тут решать нечего.
— Вы за этим сюда приехали? — сверкнула глазами графинюшка. — Чтобы указать мне на моё место?
— Нет, я приехал взглянуть на то, как проходит суд. Даже, видите, документы прихватил. Очень кстати. А ещё я рассчитывал найти здесь вашу помощницу по виноградному делу. Ивлину дю Пойр. Она позавчера прислала мне письмо и попросила о встрече. Однако не явилась на неё.
— Странно, — сразу нахмурилась Мариэтта. — Сегодня мы вместе приехали в Жардин. Она отправилась по делам, но сказала, что на суд успеет. Но…
“Не пришла, — договорил за неё Лабьет. — Это скверно попахивает Рен. Рыжую нужно найти”.
Но подробнее вопрос поисков мадемуазель дю Пойр они обсудить не успели, только обменялись встревоженными взглядами. Графиня так и вовсе побледнела, словно уже догадалась, в чём может быть причина пропажи аспирантки.
Но в кабинет заглянул судейский секретарь.
— Его честь готов вынести вердикт, — сухо бросил он и удалился.
Пришлось спешно следовать за ним в зал суда.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Кажется, зрителей там стало ещё больше. Но, похоже, привлекало их не столько дело Перетта Орма солько весьма значительные личности, что принимали в нём участие.
“По-моему, они вообще пришли поглазеть на нас с тобой, — ворчливо заметил Лабьет. И добавил, чуть поразмыслив: — Хотя нет, больше всё-таки на меня”.
И словно бы в подтверждение его самодовольного предположения, кто-то из зевак весьма открыто ткнул в него пальцем. Но наконец все разместились на скамьях и замерли в ожидании.
Теперь Ренельд сел рядом с Мариэттой, загораживая её собой от любопытствующих взглядов собравшихся вокруг горожан. Пусть треплются после, о чём хотят. Уже никакие слухи о нём и графинюшке не будут достаточно вредными.
Но вот привели взволнованного, совершенно измотанного всем этим процессом Перетта. Но управляющий весьма прибодрился, наконец встретившись с графиней взглядом.
“Могу поклясться,  — Лабьет внимательно, но без осуждения присмотрелся к нему, — многие самые смелые его мечты связаны с мадам Конфеткой. Но она же его в упор не видит. Смотрит на него, улыбается — и не видит. Вот же не повезло этому месье”.
— Хочу заметить, что и на меня удача в её лице не свалилась, — мысленно усмехнулся Ренельд. — Мадам д’Амран способна жизнь любого мужчины раскрасить весьма неожиданными красками.
“Ты придираешься. Тебе весело”.
— Да. Если ты вдруг увидишь на моих щеках слёзы, то знай, что они от смеха.
Шинакорн недовольно рыкнул, а в голове Ренельда вдруг мелькнула довольно тревожная мысль о том, что пристрастие напарника к вдовушке принимает неприятный оборот. Он никогда не задумывался раньше, что будет при частом взаимодействии сотканного из первозданной тёмной ауры существа с таким выжигающим светом, как у Мариэтты? Насколько это вообще для него опасно? Надо бы хорошенько покопаться в структуре ауры Лабьета. Как бы там не обнаружилось каких-нибудь нарушений.
Но это чуть позже. Потому как на сегодняшний день внезапно образовалась парочка не менее важных дел.
Наконец в зал вернулся и судья. Откинув полу своей мантии, он с достоинством сел в своё кресло, не сводя взгляда с документа, что держал перед собой.
 
— Прошу тишины в зале! — неожиданно проговорил он, помолчал, сделал ещё какую-то пометку в листе и вновь встал. Вокруг стало невероятно безмолвно, даже ничья одежда не шуршала. — По всем пунктам обвинения в нанесении вреда здоровью месье Фабрису д’Амрану месье Орм признаётся невиновным. По пункту обвинения в оскорблении личности и унижении достоинства месье д’Амрана месье Орм признаётся виновным. Исходя из этого, руководствуясь статьями двести пять, триста двадцать один и триста тридцать восемь Магкодекса Гриффанружа, месье Орм обязуется выплатить месье Фабрису д’Амрану компенсацию в размере пяти тысяч аргентов в течение месяца с момента назначения.
Ещё миг осознания —  и управляющий подпрыгнул на месте, расплываясь в ошарашенно-радостной улыбке. Адвокат улыбнулся тоже, но чуть криво — наверное,  от боли, когда Перетт вцепился в его локоть.
— Как?! — возмущённый возглас Фабриса перекрыл даже взбудораженной гомон зрителей. — Всего пять тысяч…
Остальное всё же потонуло в нарастающем шуме. Судейская группа вновь поднялась со своих мест и удалилась. Стража потеряла интерес к месье Орму, но ещё продолжила следить за порядком в зале — на всякий случай. Хотя бы потому что недавний пострадавший пришёл в крайне взбудораженное состояние. Он что-то доказывал собирающему в папку бумаги прокурору. Но и тот, кажется, почти его не слушал.
— Ваша светлость! — выдохнула Мариэтта, повернувшись к Ренельду. — Это просто прекрасно! Свет Первородных! Признаться, я боялась…
Она осеклась, заметив, что обеими ладошками обхватила его руку. Показалось, что сейчас отстранится, но вдруг резко всем телом налетела на него. От неожиданности Ренельд даже покачнулся. И пришлось обхватить вдовушку за талию, чтобы она не упала окончательно.
— Простите… — буркнула она, хватаясь за шляпку. — Кто-то меня толкнул.
“Пардон, — ехидно бросил этот “кто-то”, обходя её сбоку. — Даже не знаю, как это вышло”.
Ещё мгновение Ренельд обнимал графиню, но затем отпустил, потому как за её спиной возникло чуть лоснящееся от испарины, совершенно по-идиотски счастливое лицо месье Орма.
— Миледи! — выпалил он, подходя ближе. —  Спасибо вам!
И, кажется, уже раскрыл объятия, чтобы заключить в них графиню — но передумал. Всего лишь взял её руку в свои и пылко прильнул к ней губами с таким видом, словно мечтал об этом всю жизнь.
— Благодарить нужно месье де Ламьера, — сдержанно улыбнулась вдовушка. — Благодаря его исследованиям нам удалось так уверенно вас оправдать.
— Спасибо, ваша светлость, — Перетт протянул ему довольно широкую и удивительно сильную ладонь.
Пожалуй, он не так безобиден, как кажется. Ренельд пожал ему руку, чуть наклонив голову в ответ.
“Я бы тоже не стал с ним обниматься, — шинакорн брезгливо принюхался к управляющему. — Похоже, этого бедолагу держали здесь в весьма скверных условиях”.
— Конечно! Фабрис сделал всё, чтобы отравить ему жизнь как можно больше, — Ренельд вновь оглянулся на младшего графского сына. — Другой вопрос, как при его никчёмности он сумел это провернуть? И добиться того, что Перетта и правда едва не осудили по всем пунктам?
“Мне видится здесь чья-то довольно мохнатая лапа,” — с самым серьёзным видом согласился Лабьет.
— И как бы эта лапа не приложилась и к виноградникам мадам д’Амран. Кажется, Фабриса стоит встряхнуть.
“Таких встряхивать очень неприятно. Вони будет много, — пёс цыкнул. — Но, видимо, надо”.
 
— Для начала нужно отыскать мадемуазель де Пойр, — заключил Ренельд, наконец дождавшись, как Фабрис, почувствовав его взгляд, ответит на него. А затем окликнул Мариэтту: — Миледи, предлагаю месье Орма отправить домой в вашем экипаже.
Графинюшка повернулась к нему, и с её губ тут же сползла улыбка.
— А как же вы? — озадаченно уточнил управляющий.