Альфред Великий, глашатай правды, создатель Англии. 848-899 гг.

Или
 
 
Куда бы ни шел ты, в конце скажи:
 
Пусть будет, что будет, на все воля Божья.
 
 
Эта последняя рекомендация вполне согласуется с собственными словами Альфреда: «Я скажу поэтому, как скажет любой христианин: правит в мире Божественный закон, а не судьба» {352}.
Третья часть, «Притчи», содержит наставления, адресованные сыну короля. Каждый отрывок начинается с фразы: «Так говорит Альфред: „О возлюбленный сын мой…“». Король велит своему сыну быть отцом и повелителем для подданных, родителем для ребенка и другом для вдовы, утешать и защищать бедных и слабых, самому соблюдать законы и помнить Бога. В этом тексте в странной смеси с правилами житейской мудрости и расхожими пословицами возникает (в той же форме, в какой Альфред воспринимал ее в IX веке) давняя мысль о короле, подчиненном закону; как показала вскоре Баронская смута, эта идея и через 300 лет оказалась достаточно притягательной, чтобы под ее знамена собирались борцы за свободу {353}.
В XIII веке Мэтью Парис, монах из Сент-Олбанса, составил, опираясь на труды своих предшественников, собственную хронику, которая впоследствии стала образцом и основным источником сведений для средневековых историков. В этом сочинении Мэтью Парис собрал разрозненные фрагменты легенды об Альфреде и объединил их в связное и занимательное повествование. Альфред сжигает лепешки, строит на острове Этелни крепость «с башнями и стенами», отправляется в Корнуолл навестить святого Неота, возвращается на остров и беседует с явившимся ему святым Кутбертом, дает обет построить при Этелни монастырь, побеждает в сражении на Этандуне, отдает Gytro (Гутруму) в качестве фьефа Восточную Англию, назначает Деневульфа, бывшего свинопаса с Этелни, епископом Винчестера {354}, делит Англию на сотни и округа, развешивает золотые браслеты на перекрестках и умирает полновластным правителем всей английской земли, кроме Нортумбрии и Восточной Англии.
В красивой рукописи «Большой хроники» (Chronica Maiora), которую Мэтью Парис подарил Сент-Олбансу, имеется портрет короля Альфреда, каким представлял его себе монастырский художник: борода, правильные черты лица, корона в обычном стиле XIII века {355}. В руке король держит свиток с надписью: «Он был первым монархом, который один правил во всей Англии» (Primus in anglia regnavi solus, scilicet monarchal) {356}.
Образ «первого английского монарха» запечатлелся в сознании патриотически настроенных англичан и вытеснил более живописную фигуру победителя викингов. Память о давних сражениях с язычниками растворилась в ослепительном сиянии фантастических легенд, рожденных в эпоху крестовых походов {357}. О Гутруме, Хэстене и Ролло повествуют отдельные истории {358}, и слава Альфреда (Alvrekr и Alrekr), короля англосаксов, осталась слабым отблеском в северных сагах {359}.
В XIV веке альфредовский миф пополнялся, в основном, в стенах монастырей и университетов. «Зерцало судей», датируемое, предположительно, концом XIII века, рисует нам Альфреда, повесившего за один день четыре десятка и еще четырех неправедных судей, притом что в его времена суд присяжных уже считался древним английским институтом. Новый элемент вносит в легенду еще более поздняя «Книга монастыря Гайд»: в ней рассказывается об основании в 886 году Оксфордского университета «в присутствии прославленного непобедимого короля Альфреда, чье сладостное, как мед, имя останется у всех на устах», клириков и простых подданных королевства. Был создан постоянный штат профессоров и ридеров. Святой Неот преподавал теологию, святой Гримбальт — богословие, Ассер — грамматику и риторику, Иоанн, монах из Сент-Девидса, — логику, музыку и арифметику, другой Иоанн (вероятно, Старый Сакс) — геометрию и астрономию. Этот пассаж, несомненно, был включен в книгу, чтобы почтить память Гримбальта, первого настоятеля монастыря Гайд; в той же «Книге» рассказывается, как Гримбальт и Альфред выступали перед национальной ассамблеей, упрекая собравшихся в невежестве и убеждая их учиться.
 
Ральф Хигден в своей «Всемирной хронике» (Polychronicon) пошел еще дальше и утверждал, что Альфред, по совету святого Неота, основал в Оксфорде «школы, где обучали разным искусствам». Согласно другому варианту легенды, возникшему примерно в то же время, Альфред основал оксфордский Юниверсити-Колледж; это предание сослужило практическую службу в 1379 году, когда Глава и студенты Колледжа просили Ричарда II изъять судебное дело, в котором они были замешаны, из ведения Суда Королевской скамьи и передать его Тайному Совету {360}. Они ссылались на то, что Колледж основан по королевскому повелению, по приказу благородного предка Ричарда, короля Альфреда, и добились желаемого. «Книге монастыря Гайд» Альфред обязан не только своей репутацией основателя оксфордских колледжей; из нее мы узнаем, что он не только ввел «сотни», но и поделил королевство на графства, и можем почерпнуть нелепую историю о том, как Альфред в юности ездил в Ирландию в надежде на то, что ирландский святой Модвенна исцелит его от неизлечимой болезни, и как этот святой впоследствии основал в Англии два женских монастыря — Стренешаль и Поллисвитам {361}, в котором приняла постриг сестра Этельвульфа, «святая Эдит».
В XIV веке безудержная фантазия создателей альфредовского мифа достигает своего апогея в сказочной истории о младенце Нестинге, которого Альфред нашел в птичьем гнезде на вершине дерева, когда охотился в лесу. Мальчик был необыкновенно красив, одет в пурпур, на руках у него сияли золотые браслеты и король взял на себя заботы о его воспитании {362}.
Хотя романтичные и изобретательные историки XV века не изменили легенду по сути, они пополнили ее некоторыми новыми деталями. «Благородный король Альфред» в полном соответствии с веяниями времени основал в Оксфорде три колледжа, «в честь Святой Троицы», в которых преподавали грамматику; логику и философию; и теологию. Он послал своего сына Этельверда учиться в университет, а Гримбальт стал его первым ректором {363}. Сам король был образованным человеком и перевел на английский:
 
 
Законы Трои и Брута,
 
Законы молинтинов и маркиан,
 
Законы данов, составленные с большим умом,
 
И из греческих — лучшие, те, что годились.
 
 
 
 
The lawes of Troye and Brute,
 
Lawes Moluntynes and Martians congregate,
 
With Danyshe lawes that were well constitute,
 
And Grekysche also well made and appropate {364}.
 
 
Слава Альфреда как исторического персонажа и героя легенды в те времена выросла настолько, что в 1441 году Генрих VI обратился к Папе Евгению IV с просьбой о канонизации «первого монарха прославленного королевства Англии». Папа отклонил просьбу, но Альфред, судя по всему, действительно считался святым «не по папскому календарю, но по календарю английского народа» {365}.