Сладкое королевство (СИ)

Округляю глаза и заикаюсь:
— Й-а, д-а, что вы такое говорите?! — повышаю голос. — Во-первых, у меня есть своя квартира, отличная, между прочим. И машина есть своя, даже не в кредит, — что-то комок к горлу подкатывает, обидно становится до жути. — Во-вторых, у меня собственный бизнес, и я хорошо зарабатываю. Так что не стоит меня обвинять в том, что я глаз положила на имуществовашегозятя. А ещё, — резко вырываю локоть и делаю шаг от Светланы Игоревны, кажется, имя Светатеперь одно из ненавистных для меня, — мне очень нравится общаться с вашими внучками, они чудесные девочки, и я искренне их полюбила.
— Да кому вы рассказываете? — фыркает Саша, которую за своей спиной я и не заметила. Обступили, зажали со всех сторон, чувствую себя в клетке. — Это младших можно за сладости купить, но не меня. Я насквозь вижу вашу фальшивую заботу, — девочка выплёвывает слова как горькое лекарство, — вы поиграете, а что потом? Родите своего ребёнка, а с нами что будет?
Задираю брови высоко-высоко и застываю, как восковая фигура с приоткрытым ртом. Сказать, что детей иметь я не могу? А если я забеременела всё-таки, тем более, у нас было не один раз с Лёней, всякое может быть. Заверить, что я не такая? А с чего бы Саше мне верить?
Пока я размышляю над ответом, сквозь мои думки по коридору разносится топот маленьких ножек, а в следующую секунду в мои ноги врезается Майя и крепко обнимает, злобно осматривая и сестру, и бабушку.
— Майя, солнышко, — Светлана Игоревна резко меняется в тоне и присаживается, протягивая руки к внучке, — иди к бабушке.
— Не-а, — мотает головой малышка и ещё сильнее прижимается ко мне.
— Майя! — повышает голос Саша, но не успевает больше ничего сказать.
Около неё скалой вырастает Леонид, а вид у него оставляет желать лучшего: глаза тёмные, брови почти сомкнуты на переносице, руки в карманах джинсов, а из-за его спины выглядывает Диана, уже в обычной одежде. Видимо, поэтому мужчина так долго, ждал, пока Ди переодевается.
— Я что-то пропустил? — как бы невзначай интересуется, но грозного взгляда со старшей дочери и бывшей тёщи не спускает.
— Мою репетицию, — огрызается Саша.
— Правда? — выражение лица Лёни сменяется на удивлённое, а у меня возникает дикое желание спрятаться за его спиной, будто там никто меня не достанет, будто это самое безопасное место. — А в чате написано, что твоя репетиция, — бросает короткий взгляд на наручные часы, — через пару минут.
Словно в подтверждение слов Лёни из-за угла вываливаются несколько парней явно старшеклассников, тащат какой-то реквизит, а за ними и девочки идут.
— Саша, ты ещё долго? — с недовольным лицом спрашивает одна из, наверное, одноклассниц, а Саша чуть не фыркает в ответ.
Кажется, отношения в классе у девочек не самые тёплые. Помню себя в этом возрасте — за уши не вытащишь из актового зала, где мы больше гоготали, разумеется, чем реально готовились к концертам, но это было наше время. Время, которое мы старались провести с друзьями.
— Так и? — Лёня переводит взгляд на дочь и руки на груди скрещивает.
— Мне пора, — бросает Саша и уходит.
— Я подойду через минуту, — кидает ей вслед отец.
— Ты же не будешь сидеть у меня на репе? — таращится на Лёню.
— Ты только что сама меня позвала, разве нет?
Всё! Остановите! Мне надо выйти, сбежать, скрыться, а лучше испариться.
— Светлана Игоревна, — Леонид переводит строгий взгляд на тёщу. — Может быть, вы желаете что-то сказатьМНЕ? — стискивает зубы и натянуто улыбается.
— Ну что ты, мне нечего тебе сказать, — собирается уйти, но мужчина перехватывает её за локоть, как она несколько минут назад меня.
— Не советую настраивать моих детей против меня, — говорит шёпотом, — а то я могу случайно забыть спрятать какой-нибудь из дневников Ольги, где столько любопытного.
— Ты не посмеешь, — шипит в ответ и поправляет очки. — Оля перед смертью хотела, чтобы мы все жили в мире, — кидает взгляд на внучек и снова к Лёне возвращается.
— Вот именно, что в мире. Разве ваше поведение называется миром?
 
— Я тебя услышала, — женщина гордо поднимает голову и собирается уйти.
— Я этому очень рад, надеюсь, сегодня же увидеть свою дочь с чемоданом дома. Я ясно выражаюсь?
Стою и чуть в обморок не падаю. Вот это разговорчик, как же много я не знаю о Лёне. Мне и в голову прийти не могло, что мужчина на такое способен. Он же только что угрожал бабушке своих детей! Или это лишь я так восприняла?
Светлана Игоревна скрывается за дверью актового зала, откуда снова доносится музыка, больше похожая на проигрыши между сценками, чем песни. А я стою и не дёргаюсь.
— Ты идёшь? – как ни в чём не бывало задаёт вопрос Леонид.
— Тебе не кажется, что мне лучше домой поехать? — спрашиваю шёпотом, чтобы Майю не расстраивать.
— С чего бы?
— Ну…
— Девочки, наверните-ка пару кружков по коридору, пока никто не видит, — смеётся Лёня, обращаясь к дочерям.
Девочкам дважды повторять не надо. Срываются с места и с хохотом несутся в другой конец коридора.
Улыбаюсь самой дебильной улыбкой, потому что осознаю — сейчас будет лекция. Прямо чую её запах, как запах подгоревшего бисквита. Но убегать глупо.
— Чего ты боишься? — Лёня подходит ко мне близко-близко, лишь миллиметры разделяют, слышу, как начинаю нервно дышать.
— Твоя тёща меня чуть не сожрала, — неопределённо веду подбородком в сторону входа в актовый зал.
— Причина лишь в этом?
— Не хочу нервировать Сашу.
— Она сама себя нервирует, — качает головой. — Просто подумай логически. Я не очень-то старый, мне ещё и сорока нет. Рано или поздно в моей жизни всё равно появится женщина. Или думаешь, Саша другую с распростёртыми объятиями примет? Здесь скорее вопрос к тебе…
— Ко мне? — хлопаю ресницами и глаза округляю.
— Конечно. Насколько ты смелая и стойкая? Ты готова быть взрослой?
— Ну-ну! — возмущаюсь. — Мне, между прочим, двадцать восемь, — вздёргиваю подбородок, — я взрослая.
— Тогда не веди себя как Майя, — улыбается.
— Я не уверена, что справлюсь, а подводить девочек не хочу, — признаюсь, вокруг да около ходить смысла совсем нет, не с Лёней уж точно.
У меня вообще ощущение, что он меня, как раскрытую книгу читает. Наверное, сказывается двадцатилетний опыт брака и такая большая разница в возрасте. Он уже началку заканчивал, а я только родилась…
— Ну, тогда предлагаю следующий план действий, — усмехается и поправляет мои волосы. — Поезжайте с Дианой и Майей к нам. С вас ужин. А Сашу оставь мне. Я поговорю с ней. Результат не обещаю, что будет, то будет. Вечером посидим все вместе.
— И как ты себе это представляешь? — изгибаю бровь.
— Легко, — лезет в карман и достаёт ключи от квартиры. — Держи. Что готовить, решай сама, продукты в холодильнике, магазин возле дома. Девочки тебе помогут, — улыбается и достаёт две тысячи из кошелька под мой изумлённый взгляд. — Думаешь мало? Пожалуй, да, на пятерых-то, — достаёт ещё тысячу и тянет мне.
— Ты думаешь, я не могу продукты купить?
— Давай договоримся сразу. Я все эти феминистские штучки «я всё могу сама» не очень понимаю и люблю. Хватит того, что ты приглядишь за детьми и приготовишь еду.
— Да мне не сложно, — отпираюсь.
— Я не знаю, какие там отношения у тебя с мужем были, — спокойно говорит Лёня, а у меня лицо в нестабильное желе превращается, — но в моём понимании, женщина не покупает продукты за свой счёт в семью ухажёра. Это обязанность мужчины. Мгм?
Киваю. Так-то всё правильно. Просто я уже давно привыкла быть независимой, если можно так сказать. Всё сама, никто не помогает, ну или помогают, но за плату — курьеры, грузчики, водители…
Перед носом появляются сложенные купюры. Поджимаю губы, а потом выдаю:
— Хорошо, но тогда не жалуйся на мой выбор продуктов или блюда. Аллергии пищевые у кого-то есть?
— Все здоровы. Жаловаться не буду.
Прищуриваюсь и забираю деньги. В голове пробегает нехорошая мыслишка, что за мужскую щедрость мне потом расплачиваться. Но Лёня совсем не похож на человека, который может попросить что-то взамен. Тем более, он вполне чётко обозначил границы: я готовлю, он покупает продукты.