Попутчики (СИ)

— Ух ты! — закричала Эрна. — А я так смогу?
— А ты попробуй, — протянула Магда дочери обрывок верёвки.
— А куры некормлены… — буркнул батрак.
Эрна, закусив губу, уставилась на шнурок, а потом принялась свистеть. Ничего не изменилось.
— Ты слишком торопишься, — мягко произнесла ведьма. — Надо прочувствовать верёвку, надо её понять. А потом представь…
Эрна потрогала шнурок.
— Ты не трогай, ты чувствуй, — пояснила Магда.
Эрна напряжённо уставилась на верёвку.
— Сейчас сама лопнешь, — ехидно заметил батрак.
Эрна насупилась, но вместо ответа засвистела, стараясь во всём подражать матери. Шнурок заскрипел, в нём лопнуло несколько нитей. Девочка вытаращила глаза и засвистела ещё громче.
— Тише, тише, девочка. Мягче. От громкости ничего не изменится. Ну же…
Вот лопнула ещё одна нить. Вторая. Третья. У Эрны закончился воздух и она закашлялась.
— Во ведь упрямая бестолочь! — вмешался батрак. — Сколько тебе надо колдовать? Дёрни, да и порви уже.
Эрна потянула за концы шнурка и он лопнул.
— Вот вам ваше колдовство, — проворчал Виль.
Магда усадила девочку перед собой, потянулась за гребнем, расплела девочке волосы и принялась расчёсывать их, вплетая обрывки порванного Эрной шнурка — кусочек первого колдовства девочки, это очень важно.
— В следующий раз лучше получится, золотко, — пообещала она.
— Мааам, а дядя Виль мне колдовать запрещает!
— Ябеда, — фыркнул батрак.
— Он говорит, колдовство не всегда помогает, это же неправда?
— Нет, это правда, доченька, — тихо ответила ведьма.
— А как это?
— А вот когда ты силу свою колдовскую всю потеряешь, тогда меня и вспомнишь, — посулил Виль.
— Как это — потеряю? Маам, ну, скажи ему! Так же не бывает!
— Бывает, деточка. Когда… когда ведьма учится в Бурой башне — это далеко отсюда, в Серой Пустоши…
— Сразу на восток за лесом, — дополнил батрак, — день-два пути.
— Она в обмен на колдовскую силу получает проклятие. Это значит, что самое-самое её заветное желание никогда не исполнится. А если исполнится — вся её сила от неё уйдёт.
— А у тебя так было? А что ты хотела?
Магда вздохнула, привлекла к себе дочь и устроила у себя на коленях.
— Мой отец, доченька, был бедный-бедный рыцарь, такой бедный, что в страду он выходил в поле убирать хлеб вместе с крестьянами. Он очень хотел, чтобы матушка родила ему сына, а у неё родились моя сестра и я.
— А ты, когда была дочерью рыцаря, не работала, да?
— Почему не работала? — удивилась Магда. — Матушка научила меня ткать и прясть, как и всякую женщину, а дядька, который должен был воспитывать брата, показал, как режут по дереву.
— То-то ты за скотиной ходить не умеешь, — хмыкнул батрак.
— А дальше что? — поторопила мать девочка.
— А дальше — у нас родился брат и отец начал тяготиться и мной, и моей сестрой.
— Почему? — широко раскрыла Эрна глаза.
— Почему, почему, — мрачно вмешался Виль. — Сама подумай. Если он хотел сына, на что ему дочки? Лишние рты, да и только.
— А ты кого хотела, мамочка?
— Тебя, — посильнее прижала её к сердцу Магда.
— А если бы я родилась мальчиком?
— Но ты же девочка, — снова вмешался Виль.
— Мааам, ты дальше рассказывай.
— А дальше к нам в замок пришёл добрый юноша, который очень полюбился моей старшей сестре.
— И тебе, да?
— И мне, но я была девочка, а она — уже взрослая. Они полюбили друг друга.
— А он был красивый? Как в сказке.
Виль хрипло засмеялся.
— Нет, золотко, он не был красивым. Но он был добрый, сильный и ласковый. Сестра полюбила его и отец велел его избить и прогнать. А после выгнал из дома и мою сестру.
— А почему?
— Потому что он не был рыцарем, этот юноша, — объяснила Магда. — А отец был и считал, что дочь его унизила.
— Как так?
— Такой обычай у благородных, — пояснил Виль. — Они женятся и выходят замуж только за благородных. А иначе у них кровь не та.
— Как это? — не поняла девочка.
— А вот так, — отрезал Виль.
— А дальше что?
— А дальше время шло, я тосковала без сестры. А потом я выросла и отец выгнал меня из дома.
 
— За что?!
— Надоела, — предположил Виль и противно засмеялся.
— Неправда! — возмутилась Эрна.
— Я отказалась уходить в монастырь, — пояснила Магда, — а давать мне приданое отец не хотел. Хотел, чтобы всё досталось моему маленькому брату.
— А что такое приданое?
— Когда девушка выходит замуж, отец и мать дают ей что-нибудь с собой.
— А что?
— Смотря семья какая.
— Ну да, — поддакнул Виль. — Кому — половину королевства, кому — замок, кому — дом с коровой, а кому только клубок ниток.
— А дальше что было?
— А дальше я решила, что непременно найду свою старшую сестру. Шла я шла, шла я шла и пришла в Серую пустошь.
— А там ведьмы летают, — засмеялся Виль.
— Не перебивай! — возмутилась девочка. — Мама, почему он всё время перебивает?!
— А ты заставь замолчать, — предложил батрак.
— Никто тогда не летал. Я шла день и ночь и дошла до Бурой башни. Меня там приняли, обогрели, выслушали и сказали, что я буду сильной ведьмой.
— Во-во, выслушать они всегда могут. А потом в котле тебя каак сварят.
— Неправда!
— И я стала ведьмой, но взамен силы я потеряла сестру. Искала-искала, но никак не могла найти.
— А ты ещё спрашиваешь, почему колдовать плохо, — с многозначительным видом добавил Виль.
— А потом нашла, да? — проигнорировала его Эрна.
— Нашла и колдовская сила от меня ушла.
Эрна повернулась в объятьях матери и крепко обняла её в ответ.
— Тебе от этого плохо было, да?
— Очень плохо, доченька.
Эрна немного подумала.
— Кур-то пойдёшь кормить? — напомнил батрак. — Всё утро лясы точим!
— Маам, — потянула девочка. — А кто был мой папа?
— Что?
— Папа. У меня ведь должен был быть папа. У всех есть.
Магда беспомощно посмотрела на Виля. Тот пожал плечами и отвернулся.
— Ты ещё такая маленькая, — неловко сказала ведьма. — Конечно, у тебя был папа… высокий, красивый, светловолосый…
— Он был рыцарем, да?
— Ну, да, доченька, конечно, он был рыцарем.
— А он был добрый?
Магда вздохнула.
— Когда ты большая вырастешь, я тебе расскажу.
— А…
— А ты всё споришь, — напомнил Виль, — а толку нет. Корм в сарае, я тебе показывал.
Эрна надулась, сползла с коленей матери и пошла во двор.
Виль задержался.
— Тебе придётся ей сказать, — произнёс он.
Ведьма вздохнула.
— Трусишь, Маглейн.
— Трушу, — согласилась женщина.
Она пошла во двор следом за дочерью.
Виль тоже вышел из дома и направился к колодцу, смотреть, что там приключилось с воротом.
— Магда! — донёсся от калитки юношеский голос. — Встречай гостя!
Прежде, чем ведьма успела что-то сказать, калитка открылась и во двор вошёл Куно с котелком, от которого вкусно пахло наваристой похлёбкой.
— Вот это да! — охнул юноша. Магда поспешила ему навстречу, чтобы встать между пареньком и Вилем. — А говорили, сгинул ты.
— Вот, видишь, не сгинул, — буркнул батрак, который как раз разглядывал сломанный ворот.
— А чего в деревню не пошёл?
— Дурак? — хмуро поглядел на него батрак.
— Некуда ему идти, — пояснила ведьма. — Родня к себе не пустит. Он мимо шёл, заглянул ко мне, да вон, решил помочь.
— А забор — тоже он починил? — догадался Куно.
— Нет, забор не он, — соврала Магда.
Виль отложил ворот, забрал у Куно котелок и понёс в дом.
— Ты не расспрашивай, Куно, — попросила Магда, — тебе это знать не к чему. И не рассказывай никому, что тут видел.
— Проболтается, — вернулся из дома Виль.
Магда похолодела. Батрак откровенно ухмылялся, глядя на её перепуганное лицо.
— Вы чего? — не понял Куно.
— Да так… повздорили с утра, — туманно ответил батрак. — Работу-то наша Маглейн спрашивает, а вот платить не горазда.