Меч Баа Ци (СИ)
Визирь меж делом молча выбрасывал из своего рюкзака какие-то тряпки, свертки, подумав, отбросил даже кусок бинта. Оставил лишь флягу с водой, оружие и патроны. Посмотрев на него, Герди также принялся освобождаться от ненужных на его взгляд вещей.
— И спальный мешок к черту, — прошептал он себе под нос. — Я теперь готов спать хоть на голых камнях. Впрочем, они здесь теплые…
— А может быть такое, что мы идем кругами? — спросил он погромче. Визирь замер на месте, одернув открывшую было рот Катю. Остальные посмотрели на Герди с легким удивлением.
— Давайте не будем гадать, — сказал Визирь, сразу пресекая все разговоры. — Мы же оставили здесь вон сколько скарба. Если это действительно ходьба по кругу, чтобы нас измотать, то мы рано или поздно опять наткнемся на нее.
— Логично! — согласилась Катя. Она поняла, что командир что-то задумал, знать бы еще, что именно.
Оставив после себя солидную кучу вещей, группа вскоре поднялась, дожевывая на ходу чебуреки и двинулась прочь.
— Тот кто за нами идет, наверное, уберет наши вещички с глаз долой, чтобы мы решили, что не ходим по кругу и вот-вот куда-то придем! — тихо сказала Катя с упреком, поравнявшись с Визирем.
— Тссс, — шикнул тот на нее. Потом, прислушавшись, усмехнулся. — Что значит — «наверное»? Обязательно уберет. На то и расчет.
И словно в подтверждение его слов про расчет стены дрогнули, за спиной раздался глухой взрыв, а затем — целая серия гулких хлопков.
Группа мгновенно растянулась на полу, ощетинившись в разные стороны автоматами и готовая сразу же пустить их в ход. Без лишних слов к месту разрывов, едва там стихло, бросились, хищно крадучись вдоль стен, Визирь и Крош с пулеметом наготове.
— Растяжку поставил, да? — ехидно спросил на бегу Крош Визиря. Сейчас можно было и не шептаться, вряд ли попавшие под разрывы гранат преследователи могли что-то сейчас слышать, кроме омерзительного звона в ушах. Если еще им эти самые уши не оторвало…
— Не растяжку, а растяжки, — сухо поправил Визирь. Навык в мгновение ока превращать округу в настоящее минное поле не раз спасал ему жизнь. Но вот так быстро и незаметно он еще ни разу не работал. В итоге его манипуляции не сумели распознать даже спутники, когда он виртуозно нашпиговывал растяжками все свои "ненужные вещи".
В рассеянном белом дыму была видна распростертая на полу черная фигура. Второй противник медленно отползал, оглушенный близким взрывом. Третий бы и расслышал в другой обстановке шаги приближающихся врагов, но не сейчас, после серьезной контузии. Он, часто моргая, резко вскинул пулемет, но Крош успел раньше, всадив в него на ходу длинную очередь. Тело преследователя отлетело назад, ударилось об стену, утонув в крошеве выбитого щедрым роем пуль мрамора. Крош уже присел неподалеку, занимая позицию за трупом первого преследователя. Тот лежал с размозженной головой — ясно было, убит наповал. Только один оставшийся что-то еще пытался прохрипеть. Визирь присел рядом с ним, узнав в раненном старого товарища, Мансура. Тыл прикрывали Гром с Феей, потому смотрел он, как и Крош, только вперед.
— Раиль-пулеметчик убит, этот, которому голову пробило — он кто? — спросил раненного Визирь без лишних приветствий.
— Ката, — прохрипел в ответ Мансур.
— Значит, Салех Двапатрона еще жив, — кивнул Визирь. — А кто еще в вашей группе? Я их знаю?
— Не подскажу, может и знаешь, — пересилив себя, ответил Мансур. — Поздравляю, хоть разок проигрываешь не всухую.
— Спасибо, — скупо ответил Визирь. — Но я уже не проигрываю. Хотя если ты так уверен в своей победе… Можешь сказать про вашу мотивацию? Ведь вы теперь тоже немного… люди? Значит, вам на этот раз предложили какое-то условие для участия в бою? Что?
— Да. Ты не зря был нашим командиром, — подтвердил его догадку Мансур. — Нам дали возможность жить, пока мы противостоим тебе.
— Но это же последний бой?
— Для тебя в твоем нынешнем существовании — да, последний бой, — ответил Мансур. — Когда ты проиграешь, они превратят тебя в такого же… как мы. И ты будешь вечно тестировать наших новых солдат. Ты будешь жить только во время боя. Убивать и умирать, потом воскресать и убивать, пока тебя не убьют. И так по вечному кругу.
— Если я проиграю…
— Когда ты проиграешь. Но ты хорошо начал, и я тебе дам подсказку. Ты заслужил.
— Спасибо, не надо, — без раздумий отказался Визирь. Мансур распознал, что тот чует подвох в его речах и только скривился почерневшим окровавленным ртом. Собственная гибель бойца не особо заботила. Поскольку наверняка он уже умирал и воскресал множество раз.
— Это не мое желание, это правило игры. Ты открыл счет и тем самым получил право на подсказку. Выбери сам — хочешь ли ты получить дополнительную информацию про вражескую команду, либо желаешь узнать нечто важное про свою группу?
Визирь замер на пару секунд, попутно наблюдая, как Крош наработанными движениями обыскивает труп его старого боевого товарища — Раиля. Вот он осмотрел и пулемет поверженного, нашел в исправном состоянии и сразу потянул к себе.
— Когда хорошо знаешь свой меч, уже не так важно, кто твой противник, — процитировал Визирь древнюю мудрость. Он выбрал в качестве поощрения дополнительную информацию по своей группе. Мансур на время прикрыл глаза. Визирь почти физически ощутил, как жизнь покидает его израненное тело. Наконец умирающий сказал очень слабым голосом:
— В вашей группе есть предатель.
Выговорив это, Мансур обмяк безжизненным окровавленным кулем.
Визирь переглянулся с Крошем. Слышал ли тот слабый шепот Мансура? Даже если слышал, вида не подал.
— Возвращаемся, — скомандовал Визирь.
Глава 70. Ночевка у курганов
— По правую руку вы видите гору по имени Князь-бугор, откуда берет начало Сигур-река. По левую руку — скала Пять вождей. Далее по прямой начинаются земли ушедших в нижний мир, — с уверенностью опытного экскурсовода рассказывал проводник из джелонов по имени Крутила, показывая по сторонам. Он ехал первым на небольшой, но выносливой лошаденке, за ним верхом на более габаритных конях Краснотала двигались остальные путники. Среди них — Вахтер, Страшила и Рекщинэ, несколько приближенных бойцов из княжеской свиты, а также полдесятка джелонов из числа старших родов. Вдруг великий шаман, направляясь на битву с семиликим существом, встретит на пути разъезды степняков из других племен — как бы не попытались его заарканить.
— Ну и здесь можно привал сделать, — сказал Страшила, осматривая раскинувшуюся перед небольшой бурной речкой живописную полянку с рядом редких деревцев.
— А я дальше поеду, — объявил Вахтер. — Так что бывайте!
— Один? — удивилась Рекщинэ.
— Один. Я вообще не понимаю, чего вы за мной в такую даль увязались.
— Да потому что если ты совладаешь с местной зверушкой, за нами вся Степь встанет, — пояснил Страшила, — А это в корне поменяет расклад в войне с Орденом! Поэтому никакой самодеятельности и не вздумай в одну харю к семиликому соваться! Мы с Рекщинэ будем тебя сопровождать.
— Ну тогда не отставайте!
Крутила поцокал языком, чуть склонив набок голову, что означало — он тоже не согласен с решением Вахтера.
— Почтенный великий шаман! Не стоит на ночь глядя ездить в местах, куда ушли те, кто больше не вернется!
Пока Вахтер раздумывал, что значит сия ажурная фраза, Синоптик с готовностью подсказал: далее начинались курганы, в который из века в века хоронили своих вождей местные племена. Причем, племена менялись, уходили и приходили, появлялись и пропадали в пыли истории, а обычай оставался. Ближе к закату в местах захоронений живому человеку появляться было заповедано.
— А еще там на границе у Сигур-реки стоят в засаде удальцы из дальнего джелонского рода. Ловят грабителей могил! — добавил Синоптик. — Я из разговоров наших родовитых джелонов уловил. Так что ходить по сумраку тоже не рекомендую: завалят издали стрелами, как пить дать, и справки, что ты бог не спросят.