Спасенные (СИ)

— Мы не сможем всё бросить и начать искать её бывший дом. На это я не пойду, — сказал Сёма.
— А ты и не бросай! Но Ваня тоже хочет ей помочь, мы доберёмся туда, куда нам нужно, а там, пускай они сами, а? Их это устроит? — Юна смотрела на Сёму очень жалостливо.
— Ложись спать, утром посмотрим, — сказал Сёма, — я поплыву на берег, а то не хочется, чтобы мы маячили тут в надводном положении. Погрузишься и ложись, хорошо? Тебе нужно отдохнуть, весь день, наверное, у мониторов проторчала, да?
— Да, не могла не смотреть. Но ты подумай насчёт неё, ладно? Иногда нужно действовать не так как кажется правильно, — вкрадчиво сказала Юна.
— Возможно, но обычно нужно как раз так, — сказал Сёма, оставив решение этого вопроса, даже для себя, на утро.
Причалив к берегу, он даже из лодки не стал вылезать, а завалился спать прямо в ней и почти сразу отключился, усталость за день накопилась. Проснулся оттого что замёрз. Вода холодила дно, укрыться было нечем и он, просыпаясь, услышал, как лязгают его зубы. Светало. Он выбрался на берег и, обняв себя руками, побрёл по пляжу. 
Все ещё спали, кого-то было видно, но большинство укрылось в ближайших зарослях. Не спали и оживлённо разговаривали только двое. Он направился к ним. Подойдя поближе, он увидел, что это его вчерашняя помощница Валя и шустрая девица Оля. Они, завидев его, пошли навстречу.
— Вы чего не спите? — спросил негромко Сёма, когда они сблизились.
— Оля меня разбудила, — сказала Валя, — она всю ночь где-то бегала, теперь вернулась и рассказывает, что нашла что-то интересное.
— Что ты нашла? — спросил, зевая Сёма.
— Она же немая, — удивлённо на него глядя, сказала Валя, — ты что, не понял?
— Нет, честно говоря, не понял, а как же она тогда рассказывает? — удивился Сёма.
— Мы из одной общины, — сказала Валя, — я знаю язык, которым она общается. Пришлось выучить, а то ей бы вообще не с кем было разговаривать.
— А она его откуда знает? — спросил Сёма.
— К нам как-то пришёл странник, который ходит по планете и учит людей тому, что знает. К нам такие часто забредали. Он нас и научил. Говорил, что это специальный язык для немых, — сказала Валя.
— Ну и что же она нашла? — спросил Сёма.
— Нашла дом, сад, огород и могилу рядом. На могиле написано, что там похоронен человек, которому полторы тысячи лет и он не сумасшедший. Но это мне кажется странным, может она что не так поняла? — с сомнением сказала Валя.
Оля оживлённо закивала головой, убеждая ее, что всё она поняла правильно.
— Так вот, Оля говорит, что там можно хорошо обустроиться, на первое время. И с едой будет полегче. Огород небольшой, но его можно будет расширить. Но меня смущает то, что это место может быть занято. Если человека кто-то похоронил, то значит, тут может быть кто-то ещё, — сказала Валя. 
— Нужно будет это проверить, — сказал Сёма, — но если тут есть обустроенное место, то конечно проще будет обосноваться там. А потом, глядишь, и найдётся возможность вас отсюда вывезти.
— Ой, — махнула рукой Валя, — живы, пока, и на этом спасибо. Теперь бы приезд сибаритов пережить, вот я за что волнуюсь больше всего.
— Думаю, что лучше затаиться в глубине острова, чтобы они подумали, что вас отсюда забрали, — сказал Сёма, — ты не видела где Ваня с Ариной? 
— Не знаю, — Валя начала озираться, — в последний раз вечером видела их…
Но в это время Оля схватила Сёму за руку и куда-то потянула. Он пошёл за ней, и она привела его прямой наводкой туда, где спал его друг со своей новой знакомой. Они лежали параллельно, но на почтительном расстоянии друг от друга. Ваня, похоже, проявил себя воспитанным человеком и не стал пользоваться ситуацией. Он лежал, повернувшись к ней лицом, сложив ладошки и положив их под щёку, и блаженно улыбался. Поначалу Сёме показалось, что он смотрит на Арину, но глаза у него были закрыты. Он мирно спал, как ребёнок. Очень большой и сильный ребёнок.
Сёма мгновенно вскипел, ему показалось, что это нечестно. Ваню волнуют не дети Арины, а она сама. Теперь это было очевидно. Она это понимала, и использовала его симпатию, чтобы выбраться с острова. Всё это было насквозь фальшиво. 
 
Но как он быстро вскипел, так же быстро и остыл, махнув на них рукой. Если бы не Юна, он бы не согласился. Но теперь, решил пойти навстречу.
— Ваня, вставай, — сказал он ему.
Тот сразу открыл глаза и сел. Арина тоже мгновенно проснулась и испуганно уставилась на Сёму, ожидая неладное. 
— Нужно будет привезти обратно ружья, которые мы здесь добыли, и котёл большой. Да и продуктами, я думаю, немного можно поделиться. Хотя бы на первое время. Среди вас есть охотники? — спросил он стоящую рядом Валю.
— Не знаю точно, но я сама неплохо охочусь, у меня муж был охотник, я с ним часто ходила. Думаю, что и другие тоже стрелять умеют, — ответила она.
— Патронов только будет мало. На столько людей-то… Даже не знаю… этот остров дичью вас долго кормить вряд ли сможет, слишком вас много. Вы тут быстро всех истребите, — задумчиво сказал Сёма.
— За это не волнуйся! Мы же все на хозяйстве выросли. Наловим животины да разводить начнём. Не впервой, — сказала Валя, подошла к Сёме и чмокнула его в щёку, — спасибо! Вот вроде бы спасли от верной смерти, освободили, а всё никак успокоиться не можете, всё про наше будущее думаете, как мы тут жить будем, в чём нуждаться. Хорошие вы ребята! Как же нам повезло, что вы рядом оказались. Спасибо! — глаза у неё блеснули, она повернулась и быстро ушла, чтобы не расплакаться при всех.
Оля подбежала к Сёме, тоже чмокнула его в щёку и быстро убежала следом за Валей. Сёма повернулся к Арине с Ваней.
— Значит так, — начал он, — как я вижу ситуацию: он тебе хочет помочь не из-за детей, а из-за того, что ты ему понравилась. Она это понимает, но использует своё обаяние, чтобы добиться своего. Это нужно всем понимать.
— А ты жестокий, — сказала Арина.
— Возможно, — сказал Сёма, — но если мы запрёмся в замкнутом пространстве с отношениями, завязанными на лжи, лицемерии и манипуляциях, то ничем хорошим это не кончится. Поэтому, давайте сразу на чистоту.
— А мы запрёмся вместе? — осторожно спросила Арина.
— За тебя моя дочь попросила, — сказал Сёма, — скажешь ей потом спасибо. Но учтите оба. Лодка моя, я довезу вас до материка, а там катитесь на все четыре стороны. Я больше вашими проблемами не занимаюсь, понятно?
— Сурово! — сказал Ваня немного обижено.
— А ты как хотел? Ты сам здесь по одолжению, а начинаешь условия диктовать. У меня есть свои дела, которые я не могу отложить. Я всем сердцем хочу, чтобы ты нашла своих детей, — сказал он Арине, — просто понимаю, что помочь тебе никак не смогу.
Ваня откашлялся.
— Там, ты говорил, что Папаша мне что-то передавал…
— Да, что твоё, то я тебе отдам, мне чужого не нужно, — сказал Сёма, — но на континенте, нам придётся попрощаться. Вы согласны?
Арина кивнула. Ваня секунду подумал, но потом нехотя тоже кивнул и сказал.
— Я иногда не верю, что ты ничего не помнишь. Слишком уж ты грамотный.
— Я себя в этом мире не помню, а сам мир помню очень хорошо. Не этот, конкретно, а вообще. Людей помню, какие они и как себя ведут. Возможно, поэтому и вижу ситуацию чище, чем другие. Без налёта. Как ты объяснишь остальным, что уплываешь с нами? Или втихаря смоешься? — спросил он у Арины.
Она пожала плечами.
— Не знаю пока. Вроде бы и сказать нужно, но не знаю как…
— Ладно, решай сама, дело твоё, не буду вмешиваться. Но мы сегодня отплываем, учтите, — сказал Сёма и пошёл прочь. 
Он шёл и думал, что вёл себя сейчас не очень характерно для того, каким он себя привык представлять. А может он такой и есть на самом деле? Юна говорила, что он может быть любым, каким сам захочет. Возможно, немного жёсткости не помешает. И чего он так завёлся? Из-за того, что ситуация в самом деле была не очень прозрачная, или из-за того, что свои проблемы ему и в самом деле важнее?