Король умер, да здравствует король! (СИ)
То тому я, то тому я вывихну плечо,
Песней нежной сухожилья затрещат,
И под эту песенку станцуют журавли.
Ты херачишь, а я сижу тут,
По-японски тебе спою я: Та-ри-ра-ра, та-та-ри-ра-ра,
Та-ри-ра-ра, та-та-ри-ра-ра.
Здесь мы будем любоваться белизною стен,
И на лавочках отмытых песни сочинять,
Если петь, то боль уходит насовсем!
Так давайте, так давайте петь и танцевать.
Только в этот момент хорошенько приглядевшись я понял, что гопники неуклюже пританцовывали в такт песне. Бедолаги! Не успели они отойти от того, что в их задницах побывали непредназначенные для этого предметы, как на многострадальные головы свалилась новая напасть. И имя ей мальчик-демон Юкимичи Накаи. Бедные парни, мне даже немного жаль этих тупых ублюдков.
Стоило мне пройти сквозь КПП и ступить во внутренний двор школы, как Мичи тут же соскочил со своего стула и со всей мочи гаркнул в рупор:
— Старший школы Ивакура прибыл!!!
Не успело эхо разнестись по окрестностям, как гопники словно вышколенная солдатня выстроились двумя шеренгами вдоль пути моего следования.
— Поклон!!!
Ещё один крик и бледные как мел парни переломились в поясе, а из их уст вырвалось дружное:
— ХОРОШЕГО ДНЯ, ГЛАВА!!!
В ответ я лишь тяжело вздохнул и поплёлся внутрь главного здания. Улыбчивый Накаи, гордо задрав нос, зашагал следом.
— Круто, да? — спросил кохай стоило нам переступить порог учебного корпуса.
— Ага, — согласился я, оглядывая преобразившийся холл. Стены помещения были отдраены и кое-где даже подкрашены, а в шкафчиках более не валялся мусор. — А это ещё что за дерьмо?!
Я был настолько обескуражен открывшимся видом, что не сразу заметил огромный транспарант. На притолоке прямо над лестницей ведущей на второй этаж висела белоснежная простыня. Надпись на ней гласила:
«Умереть, но не сдаться»
ОНИБАКУ
— Девиз нашей банды. Здорово, да? Я просто подумал, что раз уж Акихико восстал из мёртвых, то это будет к месту. С сегодняшнего дня старшая Ивакура официально объявляется штаб-квартирой Онибаку!
Не успел я ответить, что думал на этот счёт, как рядом появился призрак Миямото. Фантом сложил ладони перед лицом и слегка поклонился Мичи. Губы Акихико беззвучно произнесли «спасибо».
— Ой, дохлый сэмпай, вы меня совсем засмущали, — кохай не остался в долгу и тоже изобразил пантомиму. Мальчишка дурашливо склонил голову набок, после чего прикрыл рот едва сжатыми кулаками и неуклюже оттопырил полусогнутую в колене ногу. В этот момент Мичи был похож на маленькую девочку, которая впервые в жизни получила любовное послание.
От столь нелепого зрелища по лицу призрака пробежала непередаваемая гримаса и он тут же исчез. А я, в свою очередь, осознал, что спокойной школьной жизни мне не видать как собственных ушей.
— Ты не мог для этой тряпки места получше придумать?
— Вы, как всегда, правы сэмпай! Надо было сразу повесить над главным входом!
— Я не это имел в виду…
— Ни слова больше, ваш верный кохай сделает всё в лучшем виде.
— Я же говорю, я не это имел в виду, — спустя мгновение я вспомнил, с кем имею дело и горько добавил. — Ты ведь не отстанешь?
Мальчишка лишь искренне улыбнулся в ответ и я сразу понял, что выбора у меня особого нет.
— Ладно…делай что хочешь.
— Вы лучший, сэмпай!
Ну Мичи, ну заноза в заднице! Оказал дорогому семпаю медвежью услугу. Мало мне было должности командира в Ёкайдо, теперь ещё и это. А ведь я даже со своими подчинёнными из Потустороннего пути толком не познакомился. Хоть Нуэ и говорил, что моё назначение — это форменная синекура, но чутьё подсказывало, что главарь банды тогда лукавил. Надо бы в ближайшее время наведаться в Могру, чтобы прояснить этот момент. Да и с Амано стоило переговорить.
Когда мы с Накаи вошли в классную комнату, там нас уже поджидала Раттана в компании сэнсэя. Причём учитель истории был на диво улыбчив, я бы даже сказал чересчур. Глаза мужчины лихорадочно блестели, а радостный оскал не сходил с его уст. Подозрительно. Неужели Кобаяси так расстроился из-за разбитой Кресты, что подсел на наркоту? Ничем другим я не мог объяснить столь радикальных перемен. Два дня назад в пятницу он был сам не свой. Тогда казалось, что из сэнсэя вынули душу, а уже сегодня в понедельник лицо учителя сияло, словно до блеска надраенный унитаз. Ну точно сторчался!
После обоюдного приветствия сэнсэй официально представил Мичи, как нового ученика. И даже поведал нам о провинности пацана. Оказалось, что мелкий паршивец не только изуродовал любимый бонсай директора школы, но и украл у того личную печать. Зачем кохаю понадобился инкан [26] директора Тосэн мне было невдомёк, но ничего путного от этой новости я не ждал. Слишком хорошо я успел узнать пронырливого засранца.
Но беспокоил меня не только ушлый кохай, но и счастливый до усрачки сэнсэй. Именно поэтому до начала урока я решил поинтересоваться у историка по поводу его странного поведения.
— Скажите, Кобаяси-сэнсэй, у вас всё хорошо?
— Ох, Антон лучше и не бывает! — учитель едва не пританцовывал, стоя у доски. — Страховая компания всё-таки решила возместить мне ущерб. Сначала их работники говорили, что падения человека на автомобиль — это не страховой случай и вообще такого раньше не случалось. Но на днях произошло чудо! Представляешь, какой-то неизвестный отморозок врезался в точно такую же Кресту на парковке у мебельного магазина? А главное — машина во время столкновения была не на ходу! Всё прямо как у меня! Страховщикам пришлось признать, что это прецедент и выплатить мне компенсацию!
Мы с Раттаной невзначай переглянулись. В отличие от плешивого сэнсэя мы прекрасно знали виновника. Вот только это был не единственный сюрприз на сегодня.
Кобаяси внезапно сверился с наручными часами — настенных в помещении не было и произнёс загадочную фразу:
— Да где же эти двое, неужели придётся начать урок без них?
Интерлюдия— Тц, — лысый, уродливый как Они громила сплюнул на тротуар. — И какого хера нам двоим приходится отдуваться? Мы же, мать его, пострадавшие! Сколько мы там в этой сраной больнице провалялись, две недели?
— Около того, — согласился с ним белобрысый попутчик, после чего порылся в доверху забитом полиэтиленовом пакете и извлёк оттуда две металлических банки. — Пивка?
— Давай, — принял подношение крепыш, после чего почесал свеженький багровый шрам на лбу. — Один хер опаздываем. Нет, ну чем мы заслужили перевод в эту дыру?
— Нас обнаружили на месте взрыва, — пожал плечами парень с пакетом. Банка в его руке уже была откупорена и он даже успел сделать из неё пару глотков.
— Вот дерьмо, как будто мы этот взрыв устроили! — в порыве чувств лысый здоровяк пнул фонарный столб. От удара металлическая конструкция погнулась, словно только что «пережила» столкновения с автомобилем.
— Ах! Хорошо идёт, — довольно выдохнул белобрысый, после того как сделал очередной глоток. На выходку спутника парень не обратил ни малейшего внимания. — Как же я по этому соскучился.
— Сора, тебя что вообще не беспокоит наше будущее?
— Пфффф, — белобрысый едва не подавился пивом от такого вопроса. — Как будто оно у нас было. Слушай, Гото, ты правда считаешь, что перевод в дерьмовую школу ухудшит наши дела? Сам подумай, мы ведь и так были в жопе и полностью зависели от Кэймэя и его связей. А теперь этот придурок то ли подох, то ли пропал без вести. Так что стать шишкой в преступном мире тебе уже не светит, да и мне не обломится личный бар.
— Сучий Кэймэй, мы зря ему доверились. Ещё и с твоим другом дерьмово вышло.
— Не парься, Кохей сильнее, чем кажется он обязательно выкарабкается. Какая-то говённая кома точно его не остановит, — Сора засунул в пакет пустую пивную банку и оттуда же вытянул ещё парочку непочатых. — Ещё по одной?