Гришка против Пустынного демона (СИ)

Он вспомнил, как батюшка привел в дом Лизку. Теперь Михайловскую Елизавету Николаевну. Сначала она Грише понравилась: милое личико, густые русые волосы, скромная и мало говорящая. Но как только стала женой, сразу же изменилась: накупила дорогущих нарядов и украшений, принялась командовать над дворовыми людьми, а потом взялась и за него. 
— Григорий, не кажется ли вам, что пора строить свою жизнь отдельно от батюшки? Говорят, что разлука с семьей закаляет характер, — сказала она за ужином, когда его в первый раз выгнали из училища за драку с офицером.
— Нет, не кажется, — передразнил он и сразу же поймал суровый взгляд отца.
— Я бы на вашем месте поехала жить в далекую губернию, чтобы набраться опыта и повзрослеть, — елейным голоском продолжила она.
— Вот и езжай. Никто тебя здесь не держит, — буркнул юноша.
— Гришка! — от тяжелого удара кулаком по столу звякнула посуда. — Марш отсюда, пока нагайку не достал! Ишь какой выискался: ты ему – слово, он тебе – два. И в кого такой?
— В матушку, — бросил через плечо Гриша, выбегая из гостиной.
***
— Ур, а они это нарочно делают? — спросил Гриша.
— Ты о чем?
— Я о лиррах. Помнится, ты говорил, что домой их не берут, потому что они приносят несчастье. Зачем они это делают?
— Не знаю. Защищаются так, наверное. У кого-то острые зубы, у кого-то яд, кто-то быстро бегает. А эти, — кивнул он на зверьков. — Колдуют.
— М-да, быстрее бы от них избавиться, а то я начал побаиваться, — юноша поежился.
Друзья нагрузили на себя вещи, провиант, воду, загнали в мешок лирров и пустились в путь. Настроение у всех было прескверное и разговаривать не хотелось. Вскоре начали попадаться первые островки растительности с жесткой чахлой травой.
— Глядите, человек! — ткнула пальцем Назифа.
Они решили догнать его и ускорили шаг.
— Эй! — крикнул Гриша. — Погоди!
Худощавый паренек с широким носом испуганно присел и обернулся, но, когда разглядел путников, выпрямился и пошел навстречу.
— Привет! Не подскажешь, до Варавии далеко?
— Вы уже в Варавии, — осторожно ответил он.
— Да? Хорошо, — Гриша вытер пот со лба и внимательно рассмотрел паренька. На вид ему было лет шестнадцать, не больше. Одет он был в короткие прохудившиеся штаны и грязную рубашку с закатанными рукавами. Босые ноги покрывала белая пыль.
— Ты не знаешь, где живут лирры? — спросил Ур.
— Знаю, — кивнул паренек. 
Он держался насторожено и постоянно переводил взгляд с Гриши на Ура и обратно. На Назифу взглянул лишь раз и то вскользь. В голубом платье она выглядела не так вызывающе-сексуально, как раньше.
— Как тебя зовут, дружище? — Гриша дружелюбно улыбнулся.
— Варлей, — тихо ответил он.
— О, Варлей из Варавии! А я – Гриша. Это Ур, а та милая прелестница – Назифа. Ты куда идешь?
— Домой.
— А откуда?
— Оттуда, — махнул он рукой влево.
Гриша понял, что Варлей не горит желанием общаться, поэтому поблагодарил и двинулся дальше. Следом потянулись Ур с Назифой. Они успели уйти всего на пару десятков шагов, как Вареай догнал их и попросил:
— Можно мне с вами? Одному страшно.
— А нам по пути?
— Да-да, — закивал он. — Мне в Верогу. Там в лесах и живут лирры.
Гриша посмотрел на друзей: Ур пожал плечами, Назифа скорчила недовольную мину. Но Варлей с такой надеждой смотрел на него, что юноша не смог отказать. Он глубоко вздохнул и кивнул. 
— Спасибо! — воскликнул Варлей. — Не волнуйтесь, я мало ем.
Только сейчас они обратили внимание, что с собой у паренька ничего не было. Даже воды.
«И что это я такой добренький стал? Воздух здесь, что ли, другой?»
Он вытащил из мешка, висящего за спиной Ура, лепешку, кусок мяса и протянул Варлею. Тот смутился, но сразу же взял и, отвернувшись, начал жадно есть.
— Ты можешь сказать, откуда идешь? — еще раз попытался выведать Гриша.
— С карьера. Мы камень стачиваем для храмов.
— А-а-а, я читал об этом! — воскликнул Ур. — Ходят легенды о величественных храмах в тропических лесах Варавии. Я бы хотел их увидеть!
 
— Ничего особенного, — ответил парень. — На каждом шагу эти храмы. Не понимаю, зачем их строить? Толку никакого.
— Расскажи, как их строят? Мне очень интересно, — попросил Ур и весь обратился в слух.
— Ну, сначала расчищают площадку: с корнем вырывают деревья, затаптывают норы зверья. Затем мы стачиваем каменные блоки и тащим через пустыню в лес. А потом эти храмы просто стоят. Пустые.
— Нет, не пустые! — возмутился Ур. — В них закладывают статуи наших Богов. Только так их можно хранить, иначе они обидятся.
— Кто? Боги? Ты видел хотя бы одного? — Варлей усмехнулся и дотронулся до плеча Гриши. — Дай еще лепешку.
  
Глава 16 Может, хватит делать добро?
 
Через час трава и кусты уже покрывали всю землю вокруг. На закате они подошли к озеру, изогнутому в виде подковы.
— Хорошее место для ночевки, — Гриша снял бурдюк с лиррами, опустился на землю и привалился спиной к стволу раскидистого дерева. — Нога снова заболела.
Он снял сапоги и с наслаждением подвигал пальцами. Больная нога снова припухла, но синяка уже не было.
— Варлей, далеко еще до Вероги? — спросил Ур, собирая хворост для костра.
Парень стоял по колено в воде и умывался.
— Нет, уже близко. Часа два ходьбы, не больше. А вы-то сами откуда идете?
— С Груфу.
— А, знаю. В нашем городе живут несколько семей оттуда. Говорят, там демон поселился. Это правда?
— Его уже там нет.
Грише очень хотелось похвастаться, что это они его прогнали, но он так устал, что решил не вмешиваться в разговор и закрыл глаза. Назифа опустилась рядом с ним и прошептала:
— Будем дежурить. Поспи пока, тебя последним разбужу.
Гриша кивнул и сразу же уснул, хотя был голоден. Снилась ему родная деревенька. Будто стоит он посреди дороги, а навстречу ему стадо коров. Раннее утро, туман стелется над землей. Коровы изредка мычат, выпуская изо рта клубы пара.
— Где же пастух? Как же без пастуха? Заплутают ведь! — встревожился он.
Но тут мимо проходящая рыжая безрогая корова поднимает голову и говорит:
— Берегись! Сам не заблудись.
Вдруг его резко потрясли за плечо, и Гриша проснулся. Над ним нависала Назифа:
— Вставай. Твоя очередь.
— Да я только глаза закрыл! — возмутился он и потер затекшую шею. — Пусть Ур подежурит.
— Скоро рассвет. Уже вся ночь прошла. Вставай! — она больно ткнула кулаком в плечо.
— Встаю, встаю, — пробубнил он и сел.
В двух шагах от него, на берегу озера, догорал костер. Ур храпел, прижимая к груди лирров. Назифа легла чуть поодаль и накрылась с головой покрывалом, которое они сняли с седла верблюда. Варлей вышел из кустов, подтягивая штаны.
— Ты почему не спишь? — зевая во весь рот, спросил Гриша.
— Привык рано вставать на работу. Мне хватает пару часов, чтобы отдохнуть.
— Мне бы так. Уже столько дней не могу выспаться, — пожаловался он.
— Ложись спать, а я подежурю. Все равно не спится.
— А ты точно не заснешь на посту?
— Нет, конечно. Ложись, отдыхай.
Гриша поблагодарил и, свернувшись калачиком, снова заснул. На этот раз ему ничего не снилось, а проснулся он от грубого толчка по ребрам.
— Э-эй! — возмутился он и схватился за ушибленное место.
Назифа выглядела такой злой, что Гриша понял – случилось непоправимое.
— Ты чего дерешься? — сипло спросил он.
— Плешивый ишак! Вонючий боров! Безродный головастик!!!
Гриша отполз подальше от девушки, встал на ноги и обратился к Уру, стоящему неподалеку:
— Хотя бы ты скажи, что произошло?
— Варлей забрал наши вещи и сбежал, — грустно ответил он и погладил лирра, уткнувшегося в его плечо.
— Все?!
— Почти. Остались только кинжалы у Назифы на поясе.
— Это ты виноват! Была твоя очередь дежурить, а ты, как обычно, завалился спать. Теперь у нас нет ни золота, ни еды, ни лекарственных порошков. НИ-ЧЕ-ГО!!! — она раскраснелась, сжала кулаки и не сводила испепеляющего взгляда с юноши.