Пир теней
— Заходите, да поживее. — Вместо приветствия он одарил их презрительным взглядом.
— Две комнаты. Рядом.
— У меня свободна только одна чердачная. Устроит?
Соно и Юри переглянулись, но уставшие ноги и онемевшие спины все решили за них. Желания и сил искать другой ночной дом не было.
— Устраивает.
Мужчина кинул Соно ключ, который ниджай поймал на лету, зажег еще одну свечу и вручил ее Юри. Усевшись обратно за стойку, он вернулся к чтению.
Поднявшись по скрипучей деревянной лестнице, беглецы оказались на чердаке, где была всего одна дверь. Внутри находились одноместная кровать, шкаф без дверец и ширма, за которой стояла бочка с водой. На полу лежал пыльный ковер. Единственное, совсем маленькое, окно было открыто. Прохладный вечерний ветер гулял по комнате, задувая в щели.
— Я — на полу, — сказал Соно и просунул в дугообразную ручку двери свою катану, перекрыв ею вход.
Ему не хотелось встретить в ночи незваных пьяных гостей, которые случайно перепутали двери, да и владелец выглядел довольно подозрительно.
— Хорошо, я тогда — на кровати, но подушка — твоя. А я посплю на нашем мешке. Так будет честно.
Она поставила на столик свечу и села на край кровати. Упав на нее спиной, потянулась и закряхтела от блаженства.
— Как же хорошо. Иди приляг тоже, а я пока умоюсь и переоденусь.
Юри нехотя встала и скрылась за ширмой, а на ее место лег Соно. Это и правда было божественно. Матрас поначалу показался необычайно мягким, особенно после тесной каюты на корабле с маленькой, совсем неудобной койкой. Соно слышал, как шелестит одежда Юри, падая на пол. До него доносились плеск воды, бившейся о медный таз, и нежный, довольный голос подруги, которая что-то неразборчиво говорила себе под нос. Соно начал проваливаться в сон, теряя счет времени, которое сейчас, казалось, тянулось невероятно медленно. Голова была тяжелой, а расслабившееся тело будто слилось с матрасом, из которого торчали пружины. Но даже они сейчас казались ему самыми мягкими.
— Сними хаори — я проверю твою спину.
Голос Юри выдернул его из липкой дремоты. Он даже не заметил, как заснул. Горе, а не шпион. Как можно было так легко потерять бдительность?! Хикаро бы отлупил его за это веником.
Соно потянулся и, вставая, стянул с себя ткань, которая пропиталась его потом, сукровицей и грязью.
— Болит еще? — Ее пальцы скользнули вдоль его позвоночника, огибая длинные шрамы.
— Нет.
— Это хорошо, но я все равно помажу. Но только после того, как обмоешься, а то пахнет от тебя не очень приятно.
Он и сам хотел смыть с себя этот толстый слой высохшей соли и пыли.
Соно спрятался за ширмой и, зачерпнув воду из большой деревянной бочки, вылил ее на себя. Она стекала в большой широкий таз, где уже была лужица помутневшей от грязи воды, оставленной Юри.
— Тебе помочь помыть спину? — Ее голос был совсем рядом.
— Нет.
— А может, все-таки да?
— Нет.
— Я не буду никуда смотреть. Только на твою спину.
— Нет. Я уже закончил, — соврал Соно, быстро натягивая на себя широкие штаны.
Он вышел и столкнулся с Юри, уже державшей в руках баночку с мазью. Расположившись на полу поудобнее, он развернулся к девушке спиной. Та села рядом и аккуратными движениями, только бы не сделать ниджаю больно, нанесла мазь на каждую рану на его спине. Она делала это так медленно и монотонно, что Соно вновь чуть не уснул.
— Держи. — Она протянула ему баночку. — Вон сумка, убери.
Соно подтянул к себе мешок, стоявший у кровати, и сунул в него руку, засовывая мазь в один из внутренних карманов. Его рука коснулась кожаного корешка, и, вытянув книгу из сумки, он положил ее перед собой.
— Ин Лик сказал, что пришло время прочитать ее. — Юри с интересом наблюдала за Соно.
Он медлил. Не хотел возвращаться в воспоминания и боялся узнать то, что скрывал Хикаро. Учитель был для него примером, и сейчас, в такое трудное время, он не хотел в нем разочаровываться. Что ждет его на страницах этой книги и что случится после того, как он ее прочитает? Нет. Она лежала четырнадцать лет, пусть подождет еще. Соно не готов ее открыть.
— Да не бойся, это всего лишь бумага в кожаном переплете. — Юри перехватила книгу и положила к себе на колени. — Давай я тебе почитаю, если сам не хочешь.
Она медленно раскрыла ее. Вложенные в книгу пожелтевшие страницы разлетелись красивым веером по ковру. Юри поймала один из неаккуратно сложенных пергаментов. Его уголки были загнуты, а чернила пропитали обратную сторону.
— Олхи будут жить, пока в них верят. Они везде. В наших мыслях, словах, действиях. Они все слышат, все видят и ходят среди нас. Принимают человеческое обличье. Ищут слабых, отчаявшихся людей. Но если придет к тебе святой, не принимай от него помощи. Беги без оглядки да молчи о том, что видел, если не хочешь сойти за сумасшедшего.
Юри протянула лист Соно. Это был почерк Хикаро. Неаккуратный и размашистый.
— Что за бред?
В голосе Юри сквозило недоверие. Рассмотрев все листы, она взяла в руки еще один и продолжила читать вслух:
— Легенды о святых олхи правдивы. Все они — наши первые короли, императрица и император. Ходили слухи, что их создал Всевидящий для помощи людям, и, когда время олхи закончилось, он забрал их в мир иной. Первые правители долго жили среди людей. Они основали государства, научили людей добывать еду, строить дома, вести хозяйство. Научили путешествовать, сражаться и любить. И даже после своей смерти они не бросили людей. Эвер стала солнечным светом, Ар — морем и воздухом, Рэй — высокими горами, а Сэтил — тьмой. Он не желал делиться своей властью и не хотел уходить. Всевидящий изгнал его, лишив зрения, и тем самым обрек на вечные скитания и голод. Но свергнутый олхи оживил грехи людей, создав себе помощников — сэтхов. Однажды святые покинули этот мир, но Сэтил вернулся и спрятался среди людей, которые до сих пор его боятся. Тени же стали поглощать их грешные души, напитывая своего олхи.
Юри остановилась и задумалась.
— Соно, ты же понимаешь, почему все до сих пор в это верят?
Он помотал головой.
— Потому что в праздничную ночь всех похищает «Или». Люди действительно пропадают, но они не знают, кто на самом деле за этим стоит.
Соно заметил на ее руках мурашки. Эта догадка удивила и его.
— Кто же такие сиафы? — Юри взялась за еще один свиток Хикаро. — Всевидящий наградил самых верных олхи людей даром ясновидения. Люди стали узнавать о будущем во сне, научились предсказывать судьбу через прикосновения, читать мысли, погружаясь в сознание людей. Благодаря сиафам Всевидящий видит этот мир. Так он и помогает народу, посылая всем видения. Раньше люди любили их, верили и доверяли им. Но появились те, кто, не владея даром, стал предсказывать войны, выбирать новых королей, обманывать людей. Сиафов возненавидели и стали убивать. Сейчас их осталось мало: тех, кому дар передался по наследству. Но даже они способны изменить этот мир.
Юри остановилась и с удивлением посмотрела на Соно.
— Что это за книга? Мне становится как-то жутко.
— Все, хватит. Давай спать.
Соно хотелось закончить это. Ему тоже было не по себе. Откуда Хикаро все это знал? Зачем писал, почему размышлял, что за догадки? Для чего все это? Кровь стынет в жилах.
— Слушай…
Но Юри не хотела останавливаться и, набрав воздуха, продолжила читать:
— Легенды любят приукрашивать, делая из олхи сказки, которые читают детям перед сном. Но многие ли знают и помнят настоящую историю? Историю любви Сэтила и Эвер. Историю предательства и измены. Историю троих олхи. Ту, из-за которой один из них вернется, чтобы отомстить.
Соно вырвал из рук Юри лист и, быстро собрав остальные пергаменты с пола, вложил в книгу и спрятал ее поглубже в сумку. Он больше не мог слушать этот бессвязный бред.
— Не хочу. Давай потом?
— Мне страшно, Соно. Да, это действительно похоже на бред, но почему от этих заметок мурашки по коже?