Не причиняя зла (СИ)
— Ну, мне пора, — сказала я, про себя решив, что лучше отпустить Санжара. Дождусь поезда в зале ожидания. — Тебе ещё назад ехать.
— Как я смогу с тобой связаться?
Я задумалась. И вправду — как?
— Не волнуйся, я сама позвоню. Обещаю, — коснулась его плеча, затем клюнула в щеку и вышла из машины. Я сделала это так быстро, словно мы ещё сегодня увидимся. Учусь придерживаться своих собственных правил — никаких слезливых прощаний.
Я ушла.
Прошло несколько минут скитаний по вокзалу. Я не спускала глаз с табло, считала секунды, чтобы скорее сесть в поезд и умчаться подальше из этой страны. Меня ни на миг не покидало ощущение, что за мной наблюдают, что любой человек в форме сверлит меня взглядом, думая, а это не Эла Демирель? Потом я решила, что это уже самовнушение, навязчивые страхи и никому я здесь не нужна.
Наконец, долгожданный поезд стоял на нужном пути, и я шла по перрону, высматривая номер своего вагона. К этому времени погасли последние фонари, позволив солнцу освещать широкую платформу.
— Эла! — крикнули за спиной.
Я замедлила шаг, гадая, не показалось ли мне. Но нет, меня снова позвал женский голос: «Эла!».
Тревоги в сердце не было. Я знала, кому принадлежит этот мягкий, словно матовый, голос.
Когда я повернулась, то увидела Айнур, несущуюся мне навстречу. Ее щеки раскраснелись от бега. Дыхание девушки сбилось, неровными толчками, выпуская облачка пара. Утро оказалось солнечным, но морозным. Я раскрыла руки, и мы обнялись.
— Эла… — тяжело дыша и плача одновременно, произнесла она. — Как я рада, что успела. Когда ты позвонила, я не сразу сообразила… Но потом решила, что должна поехать с тобой.
— Со мной?
— Да, это такой шанс для меня вернуться в семью. С тобой мне будет проще это сделать.
Я удивлённо воззрилась на взволнованную девушку. Ее глаза сейчас казались ещё уже, по щекам текли слёзы. Айнур очень сентиментальна. От возбуждения она стала заикаться. Меня тоже переполняли эмоции, но и усталость брала своё.
Я обняла Айнур за плечи.
— Ладно. Пойдём, попробуем купить новые билеты. Возьмём двуспальное купе, и никто нам не помешает. Я плач у!
Пришлось подождать другого поезда. К счастью, он прибыл уже через сорок минут. А через сутки мы прибыли в город Астана.
***
Турция, г. Стамбул
2021 год
Из жаркого Бенодет я попала в пасмурный и неприветливый Стамбул. И не успела я спуститься с трапа, как вдруг почувствовала себя скверно, словно вся эта земля пропитана насквозь фальшью. Над тёмным морем голосили чайки, предрекая неприятности. Мне не нужно было их слышать, чтобы самой понять: раз я решилась ступить на турецкую землю, где всюду меня поджидает опасность, то беда неизбежна. Я придерживалась принципа: «Пока не рискну жизнью, я ее не обрету».
Стоя на Галатском мосту, я собиралась с мыслями, ещё раз прокручивала в голове план, который мы придумали с Деном. Моё длинное чёрное платье трепыхалось на ветру. Я старалась не думать о том, что меня душит одежда. В конце концов, благодаря хиджабу, никто не посмеет на меня взглянуть. Вряд ли кто-то узнает мои глаза, подведённые чёрной подводкой. На всякий случай я купила цветные контактные линзы и накладные ресницы, превратившись в голубоглазую восточную женщину.
Я наблюдала за вапурами и морскими автобусами, которые везут жителей Эминёню в Кадыкёй или Юскюдар. В детстве мы с Эбру и Чилек любили кататься на них, специально просили дедушку свозить нас в Кадыкёй к родственникам. Это был длинный путь. Сначала паром, потом поезд, а после — минут десять езды на автобусе. Но нас такая поездка не утомляла, а забавляла.
Улыбнулась тёплым воспоминаниям и двинулась по мосту к трамвайной остановке.
Мне было страшно, когда стамбульская мемориальная больница предстала моему взору. Я стояла на противоположной улице, прислонившись к бетонной стене, какого-то дома и долго смотрела на неё, понимая, что сейчас там находится моя сестра. Что с ней случилось? Какая у неё болезнь?
Из-за туч выглянуло солнце, и я прищурилась. В голове всплыл последний день с Арно. Я сделала всё, чтобы он не догадался о моем побеге. Я приготовила ему вкусный ужин, нежно целовала его и улыбалась как можно шире, давая понять, что с ним я счастлива. Не знаю, насколько он был потрясён, когда нашёл моё письмо, пропитанное извинениями и грустью от расставания. Мне никогда уже не узнать этого. Арно — ещё один «прохожий» в моей жизни.
Вой сирены заставил меня вздрогнуть. Я увидела, как скорая помощь приближается к зданию. И мне пора.
Надев солнцезащитные очки, я перешла дорогу, обошла здание больницы с другой стороны и принялась наблюдать за людьми. У меня был лишь один путь попасть внутрь — через «аджиль»* (тур.: отделение экстренной помощи). Я смогу заговорить медицинских работников. Сложнее всего узнать, где находится Эбру. Но и на этот счёт у меня был план.
Вдох, выдох и я пошла. По спине потекла капелька пота. Меня бросило в жар от страха. Я не хочу быть пойманной после трёх лет побега.
Ещё пару шагов и назад дороги не будет. «Я иду к тебе, Эбру». Ступаю на лестницу, но вдруг замечаю знакомые лица. Это родственники отца. То ли забыв, что на мне хиджаб, — и не понять, что за женщина за ним скрывается, — то ли это инстинкт самосохранения, но я быстро спустилась и бросилась прочь от «аджиля». Свернула за угол и тут же угодила в чьи-то руки. Хотела крикнуть, но рот быстро зажали ладошкой и оттащили на бетонную площадку, где никого не было — только мусорные мешки, сложенные у стен.
— Не кричи, когда я отпущу руку. Я хочу тебе помочь, — прозвучал над ухом до боли знакомый голос. Я едва удержалась на ногах от шока.
Этого не может быть!
***
Казахстан, г. Астана
2019 год
Я сидела в зале хорошо обставленной квартиры и слушала тиканье часов. Чувство дискомфорта не покидало меня с того момента, как я переступила порог. Здесь было чисто и по-своему уютно, но мне не нравилось, как здесь пахло. Запах чужих вещей, которые принадлежали людям, много лет прожившим в этом доме, отталкивал, хотелось поскорее унести отсюда ноги. Приличия не позволяли встать и уйти.
Айнур с ее матерью ушли на кухню под предлогом приготовить чай, но я прекрасно понимала, что они обсуждают меня.
Прижала к себе рюкзак, попыталась откинуться на спинку дивана, но чуть не утонула в нем. Вернулась в прежнее положение, выпрямилась. Рядом со мной развалился серый кот, мурлыкал прямо в ногу и впивался своими когтями мне в бок. Я через одежду чувствовала неприятное царапание, но не спешила прогонять животное. Оно старается снять стресс, судя по всему. Так почему я должна сопротивляться?
«Сколько можно готовить чай?» — нервничала я, поглядывая в проход, где скрылись хозяева уже, казалось, целую вечность назад.
В глубине квартиры хлопнула дверь, а через долю секунды в зале появился парень. Мы уставились друг на друга. Мне хотелось спросить: «А ты кто такой?». У него, по-видимому, назрел тот же вопрос.
— Привет, — выдавила я, наконец, и встала.
— О, Эла, — из кухни появилась Айнур, — это мой брат. Его зовут Аскар. А это моя подруга Эла, — сказала она уже ему. Парень кивнул в знак приветствия и скрылся за какой-то дверью.
Айнур расставила пиалки на маленьком столике и начала разливать чай — не до краев, а лишь до половины.
— Ты не обращай на моего брата внимания. Он не слишком уж разговорчив… Мы поговорили с мамой, и она разрешила тебе остаться. Поселишься в моей комнате. Там есть кровать и раскладной диван. Конечно же, я отдам тебе кровать.
— О нет, не трудись! — запротестовала я. — Это не имеет значения. Я вполне могу поспать и на диване.
С тех пор я осталась в доме родителей Айнур, хотя уже собиралась высказать вежливое «нет» и отправиться в гостиницу или на съемную квартиру. Но не могла отказать девушке с доброй душой. Ведь она старалась ради меня, хотела помочь.