Не зарекайся (СИ)

Долго искала свой телефон, даже вернулась в спальню Луциана, но и там ничего не обнаружила.
«Этот диктатор решил отрубить мне связь с миром?», — недовольно подумала про себя, всё же спускаясь на первый этаж, и сразу выходя через заднюю дверь во двор.
Выбор прогулки ограничен, уверена, за мной и сейчас следят, поэтому не получится сбежать или особо укрыться. Сегодня решила посидеть в большой, но уютной беседке, куда наверняка выносили вместительный стол и устраивали посиделки, хотя нет. Стружинский и посиделки — вещи несовместимые. Уверена, он не любит меня, даже нежные чувства не испытывает. Им руководят инстинкты, природа, будь она не ладна!
«И надо же было именно мне так влипнуть!».
Странно ещё и то, что я истинная пара Луциана, а Дамиан — Виталины. Не думала, что такое реально, хотя я вообще в оборотней не верила до вчерашнего вечера…
— Вот ты где! — раздалось сбоку, отчего резко обернулась к выходу из беседки. — Привет. Просила, я прилетел! — лучезарно улыбался Януш, расставляя руки в стороны, как бы демонстрируя себя.
В прежней ситуации, ринулась бы мужчине в объятия и пищала от радости, но сейчас не торопилась даже подниматься. Если Гретосс пропустили в посёлок, да и познакомила нас Вита, но и он…
— Ты тоже оборотень? — ровно спросила, не видя смысла медлить.
Шатен напрягся, сразу улыбаться прекратил, и руки опустил, правда, взгляд был слишком внимательным и настороженным, словно боялся…меня.
— Да, — твёрдо и коротко, а я выдохнула.
— По твоей реакции и без увиливаний, полагаю, тебе уже доложили, что я в курсе некоторых…вещей, — хмыкнула, складывая руки на груди и вытягивая ноги.
— Есть вопросы? Я отвечу.
И сказано вроде мягко, но всё равно насторожено. Чтобы я чего лишнего не надумала, даже сел напротив в паре метрах от меня, копируя мою позу. Я же, склонив голову набок, рассматривала Януша и пыталась уловить в нём хоть что-то…волчье. Ничего. Просто человек, причём более человечный, чем многие мои знакомые.
— Много вас…таких? — спустя время спросила.
— Достаточно. Оборотни живут среди людей, не выдавая своей тайны.
— Больше обращённых или рождённых такими?
— Если ты про Дамиана, то он первый обращённый за последние лет сто, — усмехнулся Гретосс, и наша беседа даже начала его забавлять.
— Потому что истинный Виты? Не обращаете по…прихоти? — заинтересовалась данным вопросом.
— Это одна из причин, — задумчиво протянул, явно раздумывая, сколько мне можно рассказать. — Твой брат и человеком был крайне сильным, и тут не только физические способности. Когда обращают истинную пару, то уже заранее есть что-то вроде привязки. Новообращённому лучше даётся контроль, пара сдерживает некоторые…импульсы. Несколько веков назад ещё обращали по прихоти, но обращённые не могли контролировать себя, и их приходилось истреблять, пока они совсем с катушек не слетели.
— Ты так говоришь… Ты, наверное, очень…старый? — неуверенно спросила, отчего Гретосс спустя пару секунд тишины, вдруг раскатисто рассмеялся, хлопая себя по коленке.
— Ева, — пытаясь отсмеяться, начал мужчина. — Как же ты не тактична, — покачала головой, но до сих пор посмеиваясь. — Я ещё молод по нашим меркам. Мне 49 лет.
Надо ли говорить, что мои глаза медленно увеличивались в размерах, да и не могла поверить, что сидящий передо мной молодой мужчина, порою напоминающий легкомысленного парня, чуть ли не в отцы мне годится. Если по его словам, он ещё молод, то, сколько же лет Луциану…
— А Луциану? — всё же спросила, затаив дыхание.
— Чуть постарше будет. Ему 77.
«Я спала со стариком!», — сокрушённо думала, готовая посыпать голову пеплом, хотя размышляю со стороны обычного человека, ведь по меркам оборотней, мужчина явно не считается…стариком.
— Вижу шок в твоих глазах, и кажется, сболтнул лишнее, — резюмировал Януш, не дождавшись от меня ответа через пару минут.
— Для меня это всё в новинку, — словно начала оправдываться. — Одно дело читать книгу про…вас, фильм смотреть, и совершенно иное, понимать, что сказки не всегда вымысел. Признаюсь честно, я бы хотела, чтобы для меня это всё оставалось лишь сказками.
 
— Мне жаль, Ева. Но теперь — это часть твоего мира. Чем быстрее это примешь, тем лучше.
— Что, если я не хочу принимать ваш мир, Януш? Не по своей воле стала его частью. Сам прекрасно знаешь, Луциана стороной обходила, явно не грезила о таком суженном, да и сейчас готова отказаться.
— Он не позволит, — твёрдо отрезал, даже как-то устало. — Для нас обрести истинную пару — огромный подарок.
— И в чём же тут могут быть плюсы? — съехидничала, чуть ли не выплёвывая слова.
— Это шанс обрести истинное счастье, построить крепкую семью, обзавестись сильными наследниками, и каждый день быть уверенным в том, что тебе есть к кому возвращаться, даже если погряз в самой жопе.
— Я могла всё это получить и с обычным человеком, — фыркнула.
— Конечно. Но надолго ли? Сначала сильная химия, влюблённость, возможно и любовь, а затем измена? Нож в спину? — едко сыпал, смотря на меня уже крайне недовольно. — Не все люди чисты, как ты, Ева. За личиной Ангела может скрываться Дьявол. За свои года множество раз встречал самых ужасных представителей вашей расы. Поверь, в этом нет ничего благородного и прекрасного.
— Хочешь сказать, что я такая дурочка и обязательно выбрала бы себе в мужья самого отъявленного козла? Он бы влюбил в себя, заставил бы весь мой мир крутиться вокруг него, а затем изменил бы с лучшей подругой или вовсе убил, — с наигранным ужасом прикрыла рот ладошкой, но тут же руку убрала и едва усмехнулась уголком губ.
— Не зарекайся, ведь в этой жизни возможно всё. Но в одном можешь быть уверена точно.
— В чём же? Просвети меня.
— Луциан никогда тебя не предаст. Он скорее сам себе причинит боль. Вы истинная пара, Ева. Ни он, ни ты, вы более не сможете быть с кем-либо ещё. Думаешь, почему он развёлся с Ирмилой?
— Она не стерпела его скверный характер и сбежала, — выпалила то, о чём и так прекрасно знала, но следующие слова Гретосс заставили пересмотреть своё решение.
— Глупая ты ещё, — криво улыбнулся, покачав головой. — Он бросил её сразу, как только понял, что ты — его пара.
— Не ври, — отмахнулась, прекрасно зная, что это ложь, о чём тут же поспешила сообщить. — Мне было восемнадцать, когда он развёлся, а знакомы на тот момент мы были уже два года. Так что твоя теория трещит по швам, мой старый друг.
Гретосс тяжёло вздохнул, вновь качая головой и не сводя с меня нахмуренного взгляда. И почему-то создавалось ощущение, что меня считают действительно тупой. А может просто уже не знают, какую причину выдумать, чтобы я вдруг посмотрела на Луциана и наш союз с иной стороны. Более привлекательной для Стружинского, но явно не для меня.
— Ладно. Хочешь пояснений, получай! — выпалил Януш, чем знатно напряг. — Так уж повелось, что только по достижению совершеннолетия, и в твоём случае это восемнадцатилетие, истинная сущность как бы…раскрывается, запах приобретает более яркие и чёткие оттенки, энергетика стабилизируется. Многое зависит от возраста оборотня и его сил. Луциан очень сильный Альфа, пусть и возраст не совсем…юный, но полностью ощутить вашу связь не смог. По крайне мере сразу. Думаю, он что-то всё равно чувствовал, инстинктивно защищал, наблюдал, но понял только в твоё восемнадцатилетие.
Слушала, затаив дыхание и даже сейчас продолжала отрицать услышанное. Это всё какой-то бред, по крайне мере о подобной теории ни разу не читала и не слышала.
— Защищал? — съязвила. — Да мне казалось, что он одним взглядом готов меня придушить и закопать в своём саду! А тут вдруг такие откровения. Защищал! Ага, как жэж! — фыркнула, отворачивая голову в сторону, рассматривая очередной куст белоснежной розы.
— Хочешь знать, почему Луциан сразу, как только понял, не рассказал обо всём? — спокойно спросил Гретосс.
Бросила на него лишь короткий взгляд, вновь отворачиваясь и молча. Как-то не хотелось слушать новые откровения, и так голова скоро взорвётся, но разве мои желания уже кого-то интересуют…