Закат. Начало (СИ)

— Скорее на деловую встречу, — Генри уставился на потолок, изучая красные аварийные огни, которые один за другим то вспыхивали, то гасли. Такое свободное общение с незнакомой женщиной было не в его стиле, но следующий вопрос буквально вертелся на языке, и, напрочь забыв о благоразумии, Брикман улыбнулся.
— Почему вы решили, что дождется?
— Я бы дождалась!
Брикман замер в недоумении. По непонятной ему причине слова этой загадочной особы в черной шляпе были ему приятны. По большому счету незнакомка была права, женщины редко вызывали интерес агента, как раз по причине понятности их последующих поступков, слов и действий. Сексуальный интерес, безусловно, но вот что-то глубже…
Через мгновенье в лифте стало светло, как прежде. Кабина дернулась, плавно поплыла вверх, и сигнал оповестил о прибытии на нужный этаж, двери распахнулись. Девушка молча вышла из лифта и свернула направо. Как напоминание о прекрасной незнакомке в кабине остался аромат ее духов. Генри втянул побольше пропитанного приятным запахом воздуха, наслаждаясь, а затем, опомнившись, так же вышел. По странному стечению обстоятельств это был нужный ему этаж. Коридор казался бесконечным. Брикман еще раз взглянул на удаляющуюся изящную фигурку и уточнил номер комнаты в записной книжке. Подняв голову, он понял, что незнакомка исчезла.
Постучавшись в один из номеров, Генри прождал не больше минуты. Дверь открыл молодой мужчина около тридцати лет, завязывающий на ходу белоснежный гостиничный халат. Мужчина был привлекателен и хорошо сложен, по всей видимости, активно занимался спортом. Он был гладко выбрит и аккуратно подстрижен. Брикман мгновенно заметил бутылку дорогого шампанского в ведерке на столе и несколько плиток знаменитого шоколада высокого качества. В углу стояли пакеты с эмблемой довольно престижного магазина по продаже изысканного столового серебра.
— Кто там, Тео? — послышался голос из глубины номера.
— Я пытаюсь выяснить, — улыбнулся мужчина, скрестив руки на груди, в недоумении разглядывая Генри.
Брикман молчал. За спиной хозяина номера, снимая шляпу, шла его незнакомка. Она пересекла комнату, направляясь в противоположную часть. Швырнув головной убор на диван и не повернувшись в сторону Генри, она прошла в уборную апартаментов и снова исчезла. Агент Брикман моргнул, про себя отметив, что этот человек, безусловно, разбирался не только в изысканности серебряных вилок и ножей с замысловатыми узорами и резьбой, он также знал толк в женской красоте.
— Добрый день, я агент Генри Брикман, — начал он сухим канцелярским тоном, пожалев о том, какое именно поведение позволил себе в лифте. — Я расследую дело по пропаже картин из Национальной художественной галереи и хотел бы поговорить с вами по поводу вашей коллекции. Вы ведь Тео Джонсон, не так ли?
— Да, он самый, — протянул мужчина руку. — А это, — он оглянулся в поиске женщины, но, никого не обнаружив, махнул рукой в сторону ванной комнаты, — была моя невеста Джулия.
  
Глава 5
 
Тео сел в кресло и вальяжно откинулся на спинку, положив руки на подлокотники. Его непринужденная, расслабленная поза кричала о достатке и вседозволенности.
— Итак, — он поправил полы халата и закинул ногу на ногу, — вы обвиняете меня в краже Пикассо, мистер… эээ, — улыбнулся мужчина, сверкнув белоснежными зубами.
— Агент Брикман, — четко и внятно напомнил Генри и слегка прищурился: забыть его фамилию так скоро после того, как она прозвучала в гостиничном номере, было довольно уничижительно для гостя. — Обвинять — не моя профессия. Позвольте?
Генри попросил разрешения присесть, и Тео кивнул в знак согласия.
— Я собираю улики, доказательства и рисую картину преступления. Обвинения выносит суд, а зачитывает судья. Меня интересуют ваши картины. Ведь вы коллекционируете Пикассо, не так ли?
Последние слова прозвучали особенно громко. Генри не смотрел в глаза собеседнику, он внимательно изучал комнату в золотисто-бежевых тонах, зная, что взгляд Джонсона ему ничего не расскажет. Этот человек добился довольно приличных результатов в отельном бизнесе, не без начального капитала богатого отца, конечно, но Тео умел вести дела, а значит, и врать мог довольно ловко.
 
— Я обладаю всего двумя картинами Пикассо, дражайший мистер Брикман, — рассмеялся Джонсон. — Не думаю, что меня можно характеризовать как коллекционера.
Генри встал, и в это мгновенье в комнату вошла Джулия. Ее голубые глаза нашли Брикмана, однако агент тут же отвернулся. Девушка села на подлокотник кресла Джонсона, положив одну руку на свои колени, а другую на спинку позади мужчины.
— У меня нет ни одной картины Пикассо, — ответил Генри, продолжая начатый разговор.
— И это упущение, — пожал плечами Тео. — Позвольте представить вам мою невесту Джулию.
Брикман снова встал, девушка протянула ладонь для рукопожатия. Ее рука оказалась теплой и гладкой, шелковистая кожа приятно чувствовалась на ощупь. Знакомый аромат духов девушки теперь казался чем-то неприличным, так, словно Генри сделал что-то непозволительное.
— Мы уже в какой-то мере знакомы с мисс Джулией — мы разделили тяготы замкнутого пространства вашего лифта, мистер Джонсон, несколько минут назад. Я думаю, вам стоит поработать над этой частью здания. Давно со мной не случалось подобного, — укоризненно заявил Генри и переплел пальцы рук.
Джонсон рассмеялся, повернувшись к девушке, при этом его правая рука по-свойски сжала ее коленку:
— Ты же сказала, что застряла в лифте с дурно пахнущим старичком.
Джулия немного покраснела. Брикману сей факт показался довольно забавным, но это не имело ровным счет никакого отношения к делу, и Генри снова отвернулся от девушки, которая ничего не ответила. Загадочно улыбнувшись, он обратился к Тео:
— Вы любите бабочек, мистер Джонсон? Как вы относитесь к этим чешуекрылым насекомым с полным кругом превращения из мерзкой гусеницы в потрясающе красивое создание?
Внешне Тео никак не отреагировал на вопрос. Его слегка влажные после душа короткие волосы вились и блестели. Лицо не выражало никаких эмоций, кроме недоумения, вызванного неуместным интересом о насекомом со стороны агента.
— Где вы были вчера ночью, мистер Джонсон? — на этот раз серьезно спросил агент Брикман, так и не дождавшись ответа от Тео, затем встал, скрестив руки за спиной.
— Со своей невестой в постели, — взглянул снизу вверх на девушку Джонсон и снова погладил ее по коленке.
Генри зашагал по комнате. Его взгляд упал на большую спортивную сумку в углу, а также на женские кроссовки, аккуратно поставленные возле.
— У вас есть свидетели, которые смогут подтвердить сей факт? — продолжал допрос агент, остановившись всего на мгновенье, изучая расправленную кровать в проеме двери второй комнаты номера. Белоснежное пастельное белье находилось в ужасном беспорядке. Несколько больших квадратных подушек валялись на полу, а простынь была наполовину скомкана, открывая часть молочного матраса в золотисто-бежевую полоску.
Тео расхохотался, привлекая внимание агента к себе.
— Обычно мы в постели только вдвоем. Я слишком люблю свою невесту, чтобы пробовать подобные штучки.
— Что у вас в этой сумке? — остановился Генри возле объемного мешка и наклонился, разглядывая название фирмы.
Тео не успел ответить: молчавшая до этого блондинка встала и медленно подошла к агенту вплотную. Скрестив руки на груди, она заставила его выпрямиться и смотреть на нее вместо сумки.
— Я полагаю, у Вас, мистер Брикман, нет ордера на обыск?
Генри внимательно посмотрел в голубые глаза и вздернул подбородок.
 
— Нет, мисс!
— Тогда содержимое этой сумки останется для вас тайной. И еще, — она улыбнулась, не прерывая зрительного контакта с агентом. — Если у вас нет больше вопросов, то мы желаем вам удачного завершения дня.
  
Глава 6
 
Коккинакис медленно размешивал ромашковый чай с медом, когда, сильно толкнув дверь, в его кабинет ворвался чем-то озабоченный Брикман. Продолжая свое занятие, Том вздохнул и даже не поднял головы: он и без того узнал гостя по особому рвению к работе.