В объятиях страха, или За котом на край Вселенной

Та легкость, что всегда царила на «Илиаде», исчезла, и наступило гнетущее напряжение.
От пережитого у всех расшалились нервы. Все озирались и тревожно вслушивались в шорохи на корабле.
Наверное, это нормальная реакция после пережитого, но все же тяготило.
Отложив в сторону починенную доску, я подошла к Ану и поправила съехавшее одеяло. Корабль еще не прогрелся, поэтому было прохладно. Маркус зашил безобразную рубленую рану, но без обморожения не обошлось. На ноге красовались противомикробные восстанавливающие перевязки. В общем, чувствовал Ан себя неплохо.
Пригладив его вьющиеся волосы, улыбнулась. Спящий, без очков, он выглядел так молодо и совсем безобидно. Мальчишка мальчишкой.
Красивый по-своему, обаятельный. Наклонившись, я поцеловала его в лоб как брата.
После взглянула на Дика. С ним все было куда сложнее. Сквозная рана за три дня не исчезнет.
Наш здоровяк хмурился, что-то беззвучно шептал во сне. На широком лбу залегла складка.
Снова пригладив волосы Ана, я оставила его и подошла ко второй капсуле. Мумрик, спавший перед ней на полу, поднял голову и зевнул, демонстрируя внушительные клыки.
Опустив руку, я почесала его за ухом.
– Отдыхай, Мумричек, ты заслужил крепкий сон и большую миску бульона.
Кот замурчал.
Его маленький хозяин спал тут же, в ногах Дика. Их укрывало одно одеяло на двоих.
Наш малец не пожелал уходить в свободную каюту. Пригрелся тут и засопел, обнимая Мурю.
– Он еще долго не отойдет, – не поворачивая головы, подал голос Айзек. – Пацан такое пережил, что врагу не пожелаешь. Естественно, он хочет быть на мостике, где всегда кто-то есть.
– Ему повезло, что рядом оказалось мохнатое живое существо. – Я снова погладила Мумрика, трущегося о мое бедро.
– Я тоже так подумал. – Все так же не смотря на меня, Айзек вывел на экран новые данные диагностики «Илиады». – Иди спать, Лидия, ты выглядишь измученной.
– Не хочу. – Подойдя к большому креслу, я обняла своего мужчину со спины. – Чувствую себя словно в какой-то нереальности. Вдруг закрою глаза и окажусь или дома, или на этой станции. Уж не знаю, что страшнее.
– В моих объятиях ты окажешься, куколка. – Он сжал мои ладони в своей руке. – Я проверю все системы, дождусь Маркуса и присоединюсь к тебе. Ты устала, малышка. Иди спать.
– Ну, хорошо, – нехотя согласилась я. – Доску Ким я починила. Возьму полотенце, приму душ и пойду в каюту…
– Только не перепутай, – хмыкнул он.
– Что?
– Каюты, детка, не перепутай. Тебе – в мою.
– Чего это? – Я проказливо улыбнулась. – Разве тебе пришел ответ?
– А как же. – Он вывел на экран электронный документ. – Свидетельство о заключении брака. У меня на тебя все права, принцесса. Так что, Лидия Лоу, тебе в каюту справа.
– М-м-м. – Я скользнула губами по его виску. – Страшно будет засыпать одной.
– Я не заставлю себя долго ждать. – Уголки губ Айзека поползли вверх. – Уж поверь, мысленно я уже снимаю с тебя трусики, но мне нужно убедиться, что мы не везем на хвосте опасный розовый сюрприз. Будет неприятно, если какая-нибудь дрянь с щупальцами обломает мне весь процесс наслаждения женой.
– Ну если только поэтому. – Не удержавшись, я хохотнула. – И кажется, я еще должна оплатить этот перелет.
– Лидия, это будет странно, если я потребую от тебя деньги. Думаю, пусть вся сумма останется у тебя, а после мы решим, как нам с этим быть.
– Тогда я заплачу Ким…
– Не нужно, детка. – Его рука сильнее сжала мои ладони. – Я получил куда больше, чем рассчитывал. Жена, ребенок. Ким наконец встретила достойного мужика. А то все дерьмо да к нашим берегам. Не пират, так отпетый контрабандист. Дику перепало, конечно, но, может, хоть головой пользоваться начнет по назначению, а нет – так Ти-си за него думать будет. Ан – это подарок судьбы. Толковый инженер нынче на вес золота, а с навыками снайпера так и вовсе бесценный сотрудник. Кажется, малыш, это я тебе должен. – Он широко улыбался, глядя в монитор.
– Но так нельзя, Айзек, – упрямилась я.
– Я люблю тебя, куколка. Вот скажи, с каким лицом я должен протягивать тебе карту?
 
– Ну, тогда сделаем так: я отдам тебе свою. – Вздохнув, я потерлась щекой о его короткие жесткие волосы. – Это будет равный союз, Айзек: у тебя корабль, у меня – небольшие сбережения. Все по-честному. Ким нужна операция, «Илиаде» – капитальный ремонт.
Он потер лоб ладонью.
– Это теперь и мой корабль, Айзек, мой новый дом. Ким мне семья. Деньги, что я должна вам, уйдут на то, что важно и мне. В тебе просто заговорила гордость. Но должен же быть и от меня какой-то прок.
– Хорошо, – его ладони прошлись вдоль моих рук, – мы откроем общий счет и объединим наши сбережения.
– Идеальное решение. – Склонившись, я поцеловала его в шею. – Тебе правда нужно сидеть здесь?
– Детка, жизненно необходимо, иначе я бы уже был в каюте, вдавливая тебя в матрас.
– Супружеский долг, – усмехнулась я.
– О, вот тут, поверь, я должен не останусь.
Я обнимала его и не могла разжать рук. Откинувшись на спинку кресла, он поднял голову и наконец взглянул мне в глаза.
– Я до сих пор боюсь, – честно призналась я, не в силах прервать наш зрительный контакт. – Десять минут прошли, а ты все не возвращался.
– Я и не рассчитывал на возвращение, любимая. Но я совсем забыл о некоторых нюансах своего тела. Рвался обратно, слыша вашу стрельбу. Вы ждали. Я никогда не был настолько благодарным, Лидия. Вы ждали меня, рискуя собой.
– Идите уже в каюту, – проворчал с порога Маркус. – Она действительно не дала мне закрыть дверь. Упрямая до одури.
Айзек усмехнулся и взглянул на монитор.
– Да проваливай уже. – На мостике появилась и Ким в простом инвалидном кресле. – Я все доделаю. Там осталось-то дождаться общего анализа работы систем воздухоподачи и успокоить твой маразм.
– Ким, это важно… – В голосе моего любимого капитана появились строгие нотки.
– Айзек, на наш корабль и микроб не просочится. – Она махнула на него рукой. – И тебе это известно. Ты просто хочешь перестраховаться. Если что и было, то снаружи и, учитывая гиперскорости, сгорело полностью, и атомов не осталось. Успокойся, брат, нам всем нужно отдохнуть, а с утра просто побыть вместе. Нам надо все это пережить.
– Психотерапевт тут я, – проворчал Мари.
– Не беси, мозгоклюй, – Ким недобро зыркнула на него, – я почти его выгнала.
Айзек покачал головой, вздохнул и поднялся. В следующее мгновение я оказалась на его руках.
– Ладно, душ и спать, – сдался он. – Вода как следует не нагрелась, но главное, что она есть.
– Кстати, – Маркус подкатил Ким к пульту, – я выкинул все куртки и шапки в утиль. Мало ли что на них осталось.
– Тоже верно, – согласился Айзек, – так спокойнее. Иногда лучше побыть маразматиками. Я бы вообще все спалил. Ну, ладно, Ким, отчет о проверке систем перешлешь мне на планшет.
С этими словами Айзек покинул мостик, унося меня с собой.
Душ, пусть и холодный, принес облегчение.
Раздев меня, Айзек без доли стеснения встал со мной под бодрящий водяной поток. Мое тело пробил озноб, правда, к температуре в душевой он не имел никакого отношения. Намылив губку, муж медленно водил ею по моей спине, словно лаская. Я чувствовала его прикосновения везде, и это дарило такой восторг.
Мужские пальцы скользили по моим бедрам, животу… Губка упала на светлый кафель, но кому до нее было дело.
Откинувшись на широкую грудь своего мужчины, я и вовсе прикрыла глаза. Забылась в этом немыслимом наслаждении.
Подняв руки, обхватила его за шею и притянула к себе. Теплые губы скользнули по моему виску. Лавина жара охватила кожу будто пламя. Переступая с ноги на ногу, чувствовала напряжение внизу живота. Словно там змеей скручивалась огненная спираль.
– Айзек… – Мой тихий стон перебивал шум водяных струй, бьющихся о пол.
– Здесь становится холодно, детка. – Его дыхание разбилось о мою шею. – С водными процедурами нужно заканчивать. Нам пора в каюту.