Весь Дэн Браун в одном томе (СИ)

Лэнгдон сразу понял, где они.
«В самом сердце библиотечной циркуляционной системы».
Из комнаты, напоминавшей зал выдачи багажа небольшого аэропорта, выходило множество транспортерных лент. Поскольку Библиотека конгресса состояла из трех корпусов, книги, запрашиваемые посетителями читального зала, нередко приходилось перевозить на довольно большие расстояния по специальной системе подземных туннелей.
Беллами прошел к стальной двери, вставил свою карточку и ввел пин-код. За дверью было темно, но как только она отворилась, у входа вспыхнуло несколько ламп.
Лэнгдон увидел то, что доводилось видеть немногим.
«Запасники Библиотеки конгресса».
План Беллами уже не казался таким безрассудным.
«Где еще прятаться, как не в огромном лабиринте?»
Однако Архитектор не пригласил их внутрь. Вместо этого он подпер дверь книгой и повернулся к Кэтрин и Лэнгдону.
— Я надеялся, у нас будет больше времени и я успею все объяснить. — Он протянул Лэнгдону свою карточку. — Она вам понадобится.
— Вы с нами не идете?
Беллами покачал головой.
— Мы должны разделиться, иначе вы отсюда не выберетесь. Самое главное — чтобы пирамида и навершие попали в надежные руки.
Лэнгдон не понял, куда собрался Беллами: кроме двери в запасники здесь была только одна, ведущая в читальный зал.
— Но куда вы пойдете?
— Заманю их в поглубже в запасники, — ответил Беллами. — Другого выхода нет.
Не успел Лэнгдон спросить, куда же тогда отправятся они с Кэтрин, как Архитектор снял большой ящик с одной из транспортерных лент.
— Ложитесь, руками ничего не трогайте.
Профессор потрясенно уставился на Беллами.
«Вы шутите!»
Через несколько футов лента исчезала в стене: черный проем вместил бы ящик с книгами, но не более. Лэнгдон с тоской посмотрел на книжные стеллажи.
— Даже не думайте, — отрезал Архитектор. — Там датчики движения, спрятаться невозможно.
— Тепловая метка! — раздался сверху чей-то голос. — Сходимся!
По всей видимости, Кэтрин этого хватило: она мигом забралась на ленту и скрестила руки на груди, точно мумия в саркофаге. Ее голова была всего в паре футов от проема.
Лэнгдон оцепенел.
— Роберт, если не можете сделать этого ради меня, сделайте ради Питера.
Голоса сверху приближались.
Профессор точно во сне подошел к транспортерной ленте. Сначала он положил на нее портфель, затем забрался сам, положив голову у ног Кэтрин. Жесткая резиновая лента холодила спину. Лэнгдон уставился в потолок, чувствуя себя пациентом перед магнито-резонансной томографией.
— Не выключайте телефон, — сказал ему Беллами. — Скоро вам позвонят… и предложат помощь. Этому человеку можно доверять.
«Позвонят?»
Лэнгдон знал, что Архитектор безуспешно пытался с кем-то связаться, а минуту назад наконец дозвонился, что-то коротко проговорил и повесил трубку.
— Проедете на ленте до самого конца, — сказал Беллами, — потом быстро слезайте, не то вернетесь сюда же. Для выхода воспользуйтесь моей карточкой.
— Для выхода откуда?! — не понял Лэнгдон.
Беллами дернул рычаг. Все транспортерные ленты пришли в движение, и потолок над головой Лэнгдона как будто сдвинулся.
«Господи, помоги!»
Подъезжая к проему в стене, профессор обернулся: Уоррен Беллами бросился к стеллажам, захлопнув за собой дверь. Мгновением позже Лэнгдон скользнул в темноту, проглоченный библиотекой… Как раз в эту секунду на ступеньках затанцевала красная точка лазерного прицела.
  
Глава 60
 
Подойдя к нужному дому в Калорама-Хайтс, сотрудница частной службы охраны «Ваша безопасность» дважды проверила адрес в списке вызовов.
«Это тут?»
Ворота и подъездная дорожка за ними относились к одному из самых крупных и тихих владений района — странно, что в Службу спасения поступил звонок насчет этого особняка.
Как и полагалось поступать с неподтвержденными вызовами, из Службы спасения сначала позвонили в местное охранное предприятие, чтобы зря не тревожить полицию. Охранница часто думала, что рекламный слоган компании — «Ваша первая линия обороны» — надо переделать в «Наш конек — ложные вызовы, хулиганские звонки, потерявшиеся животные и жалобы чокнутых соседей».
 
Сегодня, как водится, никаких подробностей по вызову охраннице не сообщили.
«Слишком много чести».
Задача патрульной была проста: подъехать к дому с включенной желтой мигалкой, оценить и доложить обстановку. Обычно из-за какой-нибудь ерунды срабатывала сигнализация — тогда охранница просто перезагружала систему. Однако в доме было тихо. Сирена не выла, на темной подъездной дорожке никого…
Охранница нажала кнопку звонка на воротах, но никто не ответил. Тогда она ввела общий код и въехала на подъездную дорожку. Не выключая двигатель и мигалку, патрульная подошла к двери и позвонила. Опять нет ответа. Света в доме не было, стояла полная тишина.
Нехотя следуя инструкциям, охранница включила фонарь и стала обходить дом по кругу — нет ли где признаков взлома. Мимо, на секунду притормозив у ворот, проехал черный лимузин. «Любопытные соседи».
Охранница постепенно обогнула весь дом, но ничего странного не заметила. Особняк был внушительных размеров, и к концу своего пути она дрожала от холода.
— Диспетчер, — сказала она в рацию, — я в Калорама-Хайтс, хозяев нет дома. Все тихо, признаков взлома не обнаружено. Ложная тревога.
— Вас поняла, — ответила диспетчер. — Спокойной ночи!
Охранница убрала рацию и торопливо зашагала к теплой машине, как вдруг увидела не замеченный раньше тонкий лучик голубоватого света, что пробивался откуда-то снизу.
Удивившись, она подошла ближе: свет шел из окошка на уровне земли — должно быть, подвального. Стекло было замазано темной краской.
«Может, у них там фотолаборатория?»
В одном месте краска начала отслаиваться, оттуда и шел голубоватый луч.
Охранница присела на корточки, но ничего не увидела и постучала в стекло — вдруг в подвале кто-нибудь работал.
— Есть кто? — громко позвала она.
Ответа не последовало, однако краска от стука немного облетела, и можно было заглянуть внутрь. Охранница нагнулась и почти прижалась лицом к стеклу. Лучше бы она этого не делала.
«Господи, что это?!»
На несколько секунд она замерла на месте, не в силах пошевелиться от ужаса, затем дрожащей рукой потянулась к рации…
Но достать ее не успела.
Металлические зубцы электрошокера впились ей в шею, и все тело пробила жгучая боль. Мышцы одеревенели, и женщина, не сумев даже закрыть глаза, повалилась ничком на холодную землю.
  
Глава 61
 
Уоррену Беллами не впервые завязывали глаза. Как и всем вольным каменщикам, восходящим к высшим масонским степеням, ему не раз доводилось надевать ритуальную повязку. Впрочем, происходило это в кругу близких друзей, а не так, как сегодня: руки грубо сковали, на голову надели мешок и тычками повели Архитектора Капитолия между стеллажей.
Пытаясь узнать, где прячется Роберт Лэнгдон, агенты угрожали ему пытками. Архитектор знал, что стареющее тело не выдержит побоев, и почти сразу выдал заготовленную ложь:
— Лэнгдон сюда не спускался! — задыхаясь, проговорил он. — Я велел ему подняться на балкон и спрятаться за статуей Моисея, а куда он пошел дальше, я не знаю!
Оперативники, видимо, поверили: двое побежали наверх. Остальные молча повели его к выходу из запасников.
Беллами утешало только то, что Лэнгдон и Кэтрин сейчас уносили пирамиду в безопасное место. Скоро профессору позвонят и предложат убежище.
«Доверяйте этому человеку».
Старый друг Архитектора многое знал о масонской пирамиде и ее секрете — местонахождении подземного тайника, где давным-давно наши предки сокрыли мудрость веков. В последнюю минуту Беллами удалось дозвониться, и короткое сообщение было понято правильно, в этом он не сомневался.
Шагая вслепую между стеллажей, Беллами представил себе каменную пирамиду и золотое навершие в портфеле Лэнгдона.