Весь Дэн Браун в одном томе (СИ)

— Вообще говоря, это акроним, — заметил Лэнгдон. — Он часто встречается в подобных камерах, это сокращение масонской медитативной мантры: «Visita interiorа terrae, rectificando invenies occultum lapiderm».
Сато взглянула на него едва ли не с уважением.
— Переведете?
— «Посети утробу земли, и, направив свой путь, ты найдешь тайный камень».
Сато насторожилась.
— Этот тайный камень как-нибудь связан с тайной пирамидой?
Лэнгдон пожал плечами — он бы не стал проводить такую параллель.
— Те, кому нравится придумывать всякие глупости про тайные вашингтонские пирамиды, сказали бы, что «occultum lapiderm» и есть пирамида. Другие считают, что имеется в виду Философский камень, якобы дарующий вечную жизнь и обращающий свинец в золото. Третьи думают, речь о Святая Святых, потайной каменной комнате в недрах Иерусалимского храма. Четвертые говорят о христианских отсылках к тайным учениям апостола Петра, чье имя в переводе с греческого означает «камень». Во всех эзотерических традициях есть свое понимание слов «occultum lapiderm», но в любом случае этот камень — источник силы и просветления.
Андерсон откашлялся.
— А не мог Соломон соврать этому гаду? Может, он нарочно сказал, будто здесь что-то есть… а на самом деле ничего нет.
Лэнгдону тоже приходила на ум такая мысль.
Вдруг пламя дрогнуло, как будто на сквозняке, а потом снова выпрямилось.
— Странно, — сказал Андерсон. — Надеюсь, никто не закрыл дверь… — Он вышел из камеры в темный коридор. — Эй!
Лэнгдон даже не смотрел на Андерсона: его внимание приковала задняя стена.
«Что это было?»
— Видели? — спросила Сато, обеспокоенно глядя на стену.
Лэнгдон кивнул; сердце забилось быстрее. «Видел, вот только что?»
Секунду назад стена дрогнула и замерцала, точно по ней прошла волна энергии.
В комнату вернулся Андерсон.
— Никого. — Он вошел, и по стене опять прошла рябь. — Черт! — закричал он, пятясь.
Все трое замерли на месте, не сводя глаз со стены. Лэнгдона пробрала дрожь — до него дошло, в чем дело. Он осторожно протянул руку и потрогал стену пальцами.
— Это не камень… — Сато и Андерсон с опаской подошли ближе, — а ткань.
— Она только что колыхнулась, — сказала Сато.
«Да, и очень странно колыхнулась».
Лэнгдон присмотрелся: блестящая поверхность ткани отразила свет столь удивительным образом, потому что поток воздуха увлек ее в другую сторону.
Лэнгдон осторожно надавил на стену и испуганно отдернул руку. «Там дыра!» Сердце бешено заколотилось у него в груди.
— Уберите ткань, — приказала Сато.
Профессор медленно взялся за край полотна, отвел его в сторону и потрясенно воззрился на то, что крылось по ту сторону.
«Господи…»
Сато и Андерсон в изумленном молчании смотрели в проем.
Наконец директор изрекла:
— А вот и наша пирамида.
  
Глава 39
 
Роберт Лэнгдон уставился в проем. За полотняной перегородкой оказалось идеально в форме квадрата отверстие со стороной около трех футов, проделанное прямо в стене, — видимо, из нее убрали кирпичи. Сначала Лэнгдону показалось, будто проем ведет в смежную комнату, но теперь он увидел, что это не так.
Углубление уходило в стену лишь на несколько футов и напоминало музейную нишу для статуэток. И действительно, внутри находился небольшой предмет.
Кусок гранита примерно девяти дюймов в высоту. Идеально гладкие стенки отражали свет свечи.
Лэнгдон окончательно растерялся.
«Пирамида?!»
— Судя по вашему удивленному взгляду, — сказала директор СБ, — такого предмета в Камере размышлений быть не должно?
Лэнгдон покачал головой.
— Так, может, вы немного пересмотрите свои убеждения насчет тайной масонской пирамиды в Вашингтоне? — Тон у Сато был почти самодовольный.
— Директор, — тут же ответил Лэнгдон, — эта пирамидка не легендарная масонская пирамида.
— То есть мы по чистому совпадению нашли ее в самом сердце Капитолия, в тайной комнате, принадлежащей масонскому главарю?
Лэнгдон потер глаза, стараясь мыслить здраво.
— Мэм, она даже не похожа на пирамиду из легенды. Масонская пирамида огромна, и навершие у нее из чистого золота.
 
Строго говоря, такая пирамида — с плоской верхушкой — была совсем другим символом. Так называемая усеченная пирамида означала, что восхождение человека к вершине его истинных возможностей — процесс постоянный и бесконечный. Немногие осознавали, что это был один из самых тиражируемых в мире символов.
«Если точнее, около двадцати миллиардов копий».
Усеченная пирамида красовалась на каждой однодолларовой банкноте и терпеливо ждала золотого навершия, которое парило в воздухе прямо над ней: предназначение Америки еще не исполнено, всей стране и ее жителям предстоит много работы.
— Снимите ее, — сказала Сато Андерсону и освободила место на столе, бесцеремонно сдвинув в сторону череп и кости. — Хочу взглянуть поближе.
У Лэнгдона появилось чувство, что они обыкновенные расхитители гробниц, оскверняющие частную святыню.
Андерсон обошел профессора и облапил пирамиду огромными ручищами. Держать ее под таким углом было неудобно: начальник полиции с грохотом поставил ее на деревянный стол и отошел, уступая место Сато.
Директор придвинула свечу и присмотрелась к полированным стенкам. Затем тщательно ощупала всю верхушку и боковые грани и разочарованно нахмурилась.
— Профессор, вы говорили, в пирамиде хранятся тайные сведения.
— Да, так гласит легенда.
— Если похититель Питера убежден, что это и есть масонская пирамида, то в ней содержится нужная ему информация.
Лэнгдон обреченно кивнул:
— Да, но если бы он даже ее нашел, то не смог бы прочесть. Согласно легенде, содержимое пирамиды зашифровано, чтобы узнать его могли только достойные.
— Простите?
Лэнгдон терял терпение, но ответил спокойно:
— Мифические сокровища всегда защищены. Чтобы завладеть ими, нужно пройти то или иное испытание. Как вы помните, легенда о мече в камне гласит, что его смог достать только Артур, духовно закаленный и готовый справиться с невиданной силой меча. Миф о масонской пирамиде основан на той же идее. Тайные сведения зашифрованы, записаны на мистическом языке утраченных слов, доступном лишь избранным.
Губы Сато разошлись в улыбке.
— Тогда понятно, почему преступник выбрал именно вас.
— Простите?
Сато спокойно повернула пирамиду, и в свете свечи засияла ее четвертая сторона.
Роберт Лэнгдон потрясенно замер.
— Похоже, — сказала Сато, — кто-то считает вас избранным.
  
Глава 40
 
«Куда они запропастились?»
Кэтрин еще раз взглянула на часы. Она забыла предупредить доктора Аваддона о странной дороге к лаборатории, но темнота не могла задержать их так надолго. «Они уже должны быть здесь».
Кэтрин подошла к выходу, открыла освинцованную дверь и прислушалась. Ни звука.
— Триш! — крикнула она, и мрак тут же поглотил ее голос.
Тишина.
Кэтрин озадаченно закрыла дверь, достала мобильный и позвонила в вестибюль.
— Это Кэтрин. Триш там?
— Нет, мэм, — ответил охранник. — Они с доктором Аваддоном ушли минут десять назад.
— Правда? Странно. Их вроде даже в отсеке нет.
— Подождите секунду, я проверю. — В трубке защелкала компьютерная клавиатура. — Верно, в журнале нет записи о том, что мисс Данн открывала дверь Пятого отсека. Последний раз она воспользовалась карточкой восемь минут назад… в Третьем отсеке. Наверно, решила устроить вашему гостю небольшую экскурсию.
Кэтрин нахмурилась — весть немного ее удивила.
«Ладно, в Третьем отсеке они не задержатся. Вонь там невыносимая».
— А мой брат еще не приехал?
— Нет, мэм.
— Спасибо.
Кэтрин охватила тревога. Она даже на секунду оцепенела, но быстро взяла себя в руки. Такое же беспокойство Кэтрин ощутила днем в доме доктора Аваддона. Как видно, сегодня женская интуиция ее подвела. Причем серьезно.