Весь Дэн Браун в одном томе (СИ)

В ту же секунду начальник полиции развернулся и побежал к двери, на ходу отдавая приказы:
— Всем постам! Задержать бритоголового мужчину с перевязанной рукой! Живо!
Вылетев за дверь, Андерсон помчался вверх по лестнице, перескакивая через три ступеньки разом. Камеры показали, что бритый вышел из Ротонды через восточную галерею. Оттуда быстрее всего попасть на улицу можно было через находившийся неподалеку коридор, идущий с востока на запад.
«Успею перехватить».
Андерсон поднялся по лестнице, свернул за угол и окинул взглядом тихий коридор. Вдалеке прогуливалась пожилая пара, а поблизости блондин в синем блейзере читал путеводитель и разглядывал мозаичный потолок.
— Извините, сэр! — рявкнул Андерсон, подбегая к блондину. — Вы не видели лысого мужчину с перевязанной рукой?
Турист растерянно поднял глаза.
— Бритый наголо, рука на перевязи! — повторил Андерсон. — Видели такого?
Блондин помедлил и с тревогой покосился в дальний конец коридора.
— Э-э… да. Он пробежал мимо… к той лестнице.
Андерсон заорал в рацию:
— Всем постам! Подозреваемый движется к юго-восточному выходу. Все туда!
Он убрал рацию, вытащил пистолет из кобуры и ринулся к выходу.
Через полминуты из дверей восточного крыла Капитолия спокойно вышел на улицу высокий блондин в синем блейзере. Он с удовольствием втянул прохладный вечерний воздух и улыбнулся.
Перевоплощение удалось на славу.
Всего минуту назад он проковылял из Ротонды в темную нишу, где скинул армейскую куртку и остался в блейзере. Затем надел плотно сидящий светлый парик и, достав из кармана путеводитель по Вашингтону, с непринужденным видом вышел из ниши.
«Перевоплощение — мой дар».
Ноги послушно несли Малаха к ждавшему его лимузину; он расправил плечи и распрямился во весь свой огромный рост — шесть футов три дюйма. Малах набрал полные легкие воздуха и почувствовал, как татуированный феникс на груди расправил крылья.
«Жаль, вы не догадываетесь о моей силе, — подумал он, глядя на город. — Сегодня мое перевоплощение завершится».
В Капитолии он мастерски провернул задуманное, уважив все древние обряды. «Приглашение» доставлено. Если Лэнгдон еще не понял, что от него требуется, то скоро поймет.
  
Глава 13
 
Ротонда Капитолия — как и собор Святого Петра в Риме — неизменно потрясала воображение Роберта Лэнгдона. Умом он понимал, что это огромный зал, в котором запросто уместится статуя Свободы, но всякий раз Ротонда казалась больше и благодатнее, чем он ожидал, — как будто в воздухе витали духи. Однако сегодня в зале царил лишь хаос.
Полицейские оцепили Ротонду, в то же время пытаясь отгонять взбудораженных туристов от ампутированной кисти. Ребенок до сих пор плакал.
Сверкнула вспышка — какой-то посетитель захотел сфотографировать руку. Камеру тут же отобрали, а самого туриста увели. В суматохе Лэнгдон медленно, как в трансе, пробрался сквозь толпу и подошел к руке.
Отрезанная правая кисть Питера Соломона стояла прямо, насаженная на деревянное основание. Три пальца прилегали к ладони, а большой и указательный были направлены в потолок.
— Все назад! — крикнул полицейский.
Теперь Лэнгдон отчетливо видел кровь, запекшуюся на дереве.
«Раны, нанесенные после смерти, не кровоточат… Питер жив».
Профессор не знал, плакать ему или радоваться. Выходит, резали по живому? К горлу Лэнгдона подкатила желчь. Он вспомнил, сколько раз пожимал эту самую руку и радовался теплым объятиям наставника.
На несколько секунд его разум опустел — точно по экрану телевизора пошли помехи. Первый образ, пришедший в голову, оказался в высшей степени неожиданным.
«Венец… и звезда».
Лэнгдон сел на корточки, разглядывая указательный и большой пальцы Питера.
«Татуировки?!»
Невероятно, этот изверг не только отрезал руку, но и наколол на подушечках пальцев какие-то символы!
На большом пальце — венец. На указательном — звезду.
«Не может быть!»
Два символа мгновенно всплыли в памяти Лэнгдона, превратив и без того страшную сцену в нечто почти сверхъестественное. В истории человечества эти знаки не раз появлялись вместе, и всегда на кончиках пальцев.
 
Рука мистерий, один из древнейших магических символов…
Теперь она мало где встречалась, но в давние времена означала мощный призыв к действию. Лэнгдон силился понять смысл этого предмета. «Кто-то сделал из руки Питера Руку мистерий?!» Немыслимо. Обычно ее рисовали, вырезали из камня или дерева. Лэнгдон никогда не слышал, чтобы Руку мистерий делали из настоящей человеческой плоти. Сама мысль об этом вызывала тошноту.
— Сэр, — обратился к нему полицейский, — отойдите, пожалуйста.
Лэнгдон почти его не услышал.
«Есть и другие татуировки».
Профессор знал, что на каждом из трех пальцев, прижатых к ладони, выколот символ. Всего — пять. За тысячи лет символы на Руке мистерий ни разу не менялись… не менялся и ее первоначальный смысл.
«Рука означает… приглашение».
Лэнгдон похолодел, вспомнив слова человека, который заманил его сюда. «Профессор, вы получите уникальное приглашение». В древности Рука мистерий была самым почетным и желанным приглашением на земле. Человек, которому ее преподносили, мог стать членом тайного общества, якобы оберегавшего мудрость веков. Такое приглашение не только было большой честью, но и означало, что тебя сочли достойным тайной мудрости. «Рука учителя, протянутая ученику».
— Сэр, — сказал полицейский, хватая Лэнгдона за плечо, — немедленно отойдите!
— Я знаю, что это, — выдавил Роберт. — Я могу помочь.
— Уйдите!
— Мой друг попал в беду. Необходимо…
Сильные руки подняли Лэнгдона и увели прочь. Он не сопротивлялся… слишком был потрясен.
Ему только что вручили торжественное приглашение. Кто-то просил Роберта Лэнгдона открыть некий портал, ведущий в мир древних тайн и скрытых знаний.
Безумие.
Бред сумасшедшего.
  
Глава 14
 
Лимузин Малаха катил прочь от Капитолия — на восток по Индепенденс-авеню. Юная парочка на тротуаре с любопытством покосилась на тонированные стекла автомобиля, пытаясь разглядеть за ними какую-нибудь важную персону.
«Не туда смотрите, я за рулем», — с улыбкой подумал Малах.
Поездки в этой солидной машине дарили ему чувство собственного превосходства и могущества. К тому же ни один из его пяти автомобилей не мог предоставить то, что сегодня вечером было необходимо: гарантию уединения. Полного уединения. В Вашингтоне лимузины обладали негласными привилегиями — эдакие посольства на колесах. Чтобы ненароком не навлечь на себя гнев какого-нибудь влиятельного политика, полицейские, работавшие вокруг Капитолийского холма, лимузины не останавливали.
Проезжая по мосту над Анакостией в сторону Мэриленда, Малах кожей чувствовал, как приближается к Кэтрин, — сама судьба влекла их друг к другу.
«Сегодня я должен выполнить еще одно задание… Более чем неожиданное».
Минувшей ночью, когда Питер выдал свою последнюю тайну, Малах узнал о существовании секретной лаборатории, где Кэтрин Соломон творила чудеса: если ее сенсационные открытия увидят свет, мир необратимо изменится.
«Ее работа явит миру истинную природу вещей».
Много веков подряд блестящие умы человечества пренебрегали древними знаниями, считая их предрассудками, уделом непросвещенных. Вместо них люди взяли на вооружение снисходительный скептицизм и умопомрачительные новые технологии, однако это увело их еще дальше от истины.
«Каждое новое поколение опровергало открытия предыдущего».
Люди тысячелетиями бродили в темноте… но теперь, как гласили пророчества, грядут перемены. Скитаясь вслепую во мраке, человечество наконец вышло на перепутье. Этот миг предсказывали древние писания, календари и сами звезды. Он неумолимо приближался. Сначала будет ослепительная вспышка прозрения… яркий свет знаний озарит тьму и укажет людям путь от края бездны.