Весь Дэн Браун в одном томе (СИ)

— Питер, оборудование для моих экспериментов…
— … уже на месте. — Брат просиял. — Лаборатория готова.
Кэтрин оцепенела.
Питер кивнул в конец коридора.
— Не хочешь взглянуть?
Она потеряла дар речи.
— Ты… построил мне лабораторию?!
— Это моя работа. Смитсоновский комплекс призван содействовать научному прогрессу, и я не могу пренебречь столь важной задачей. У твоих исследований огромный потенциал — они необычайно расширяют границы человеческого познания. — Питер умолк и посмотрел ей прямо в глаза. — Не важно, сестра ты мне или нет, я обязан поддержать это начинание. Твои идеи блестящи. Мир должен узнать, что именно они сулят.
— Питер, я не могу…
— Ну же, успокойся… Деньги потрачены мои, а Пятым отсеком сейчас никто не пользуется. Закончишь исследования — съедешь. К тому же, у Пятого отсека есть одна очень полезная для твоих экспериментов особенность.
Кэтрин не понимала, какая особенность огромного пустого зала может ей пригодиться, но скоро ей предстояло это выяснить. Они подошли к стальной двери с крупной трафаретной надписью:
 
ОТСЕК № 5
 
Брат вставил карточку в прорезь электронного замка — загорелась кнопочная панель. Он уже хотел ввести код доступа, как вдруг остановился и игриво вскинул брови — совсем как в детстве.
— Готова?
Она кивнула.
«Ну Питер, ну фокусник!»
— Отойди.
Он набрал нужную комбинацию.
Стальная дверь с громким шипением открылась.
За порогом был кромешный мрак… зияющая пустота. Изнутри словно бы донесся глухой стон, и в коридор хлынул поток холодного воздуха.
«Все равно что смотреть ночью на Великий каньон».
— Вообрази пустой ангар для множества «аэробусов», — сказал Питер. — Получишь примерное представление.
Кэтрин невольно попятилась.
— Сам отсек слишком велик: отапливать его чересчур накладно, да и ни к чему, но твоя лаборатория построена из теплоизоляционного шлакоблока и представляет собой куб, расположенный в дальнем углу — для максимальной изоляции.
Кэтрин попыталась это вообразить. «Коробка внутри ящика». Она вгляделась в темноту, но ничего не увидела.
— Это далеко?
— Довольно-таки… Отсек размером с футбольное поле. Предупреждаю, идти будет страшновато — тут полная темнота.
Кэтрин заглянула в проем.
— Выключателя нет?
— Электричество еще не провели.
— Тогда… как будет работать лаборатория?
Питер подмигнул:
— На водородном топливном элементе.
Кэтрин поразилась:
— Ты шутишь?!
— Энергии хватит на небольшой город. Кстати, лаборатория полностью изолирована от внешних радиочастот, а внешние стены самого отсека покрыты фоторезистивной пленкой, которая защищает экспонаты от солнечного излучения. Словом, внутри создана герметичная энергетически нейтральная среда.
До Кэтрин начало доходить, чем хорош Пятый отсек. Ее работа основывалась на измерении прежде неизвестных энергетических полей, а потому опыты можно было ставить лишь в среде, защищенной от внешних воздействий и «белого шума», включая «мозговое излучение» и «мысленные эманации» окружающих. Университетский городок и больничные лаборатории для этого не годились, а вот пустой отсек ЦТП подходил идеально.
— Ну, пошли смотреть. — Питер широко улыбнулся и шагнул в кромешный мрак. — Не отставай.
На пороге Кэтрин замерла.
«Пройти сто с лишним ярдов в полной темноте?»
Она хотела предложить фонарик, но брат уже скрылся.
— Питер! — позвала она.
— Не бойся, — отозвался он. Его голос постепенно удалялся. — Ты не заблудишься, обещаю.
«Он издевается?»
Кэтрин перешагнула порог и вгляделась в темноту. Сердце бешено колотилось у нее в груди.
«Ни зги не видно!»
Внезапно стальная дверь зашипела и громко захлопнулась у нее за спиной. Кэтрин обступила тьма — ни лучика света.
— Питер!
Тишина.
«Ты не заблудишься, обещаю».
Она вслепую шагнула вперед.
Кэтрин не видела даже поднесенной к лицу руки. Она двинулась вперед, но через несколько секунд остановилась.
«Куда я иду?»
Это было три года назад.
 
Сегодня, подойдя к стальной двери, Кэтрин осознала, как далеко продвинулась с тех пор. Лаборатория (для своих — Куб) стала ей вторым домом, прибежищем, надежно укрытым в недрах Пятого отсека. Как и обещал брат, тем вечером Кэтрин нашла дорогу, и находила потом каждый день — благодаря гениально простой системе ориентиров, которую она открыла для себя самостоятельно. Сбылось и другое, куда более важное предсказание Питера: эксперименты Кэтрин привели к поразительным открытиям, способным перевернуть все существующие представления о мире. Кэтрин с Питером договорились не предавать результаты огласке, пока не разберутся в глубинном смысле открытий.
Впрочем, в скором времени Кэтрин собиралась обнародовать одно из самых значительных научных открытий в истории человечества.
«Тайная лаборатория в тайном музее», — подумала она и вставила карточку в прорезь замка. Загорелись кнопки, и Кэтрин ввела свой пин-код.
Стальная дверь с шипением открылась.
Изнутри донесся знакомый глухой стон, и в коридор хлынул холодный воздух. Сердце Кэтрин, как всегда, застучало быстрее.
«Более странным путем до работы еще никто не добирался».
Собравшись с духом, Кэтрин взглянула на часы и ступила в темноту, по-прежнему раздумывая о том, что тревожило ее весь вечер.
«Где Питер?»
  
Глава 12
 
Начальник полиции Капитолия Трент Андерсон отвечал за безопасность комплекса больше десяти лет. Широкоплечий рыжеволосый здоровяк с суровым лицом неизменно стригся под ежик, что делало его похожим на бравого воина. Внушительный пистолет на поясе производил должное впечатление на тех, кто имел смелость усомниться в широте его полномочий.
Основной задачей Андерсона было контролировать работу небольшой армии полицейских. Делал он это из центрального пункта наблюдения, расположенного в цокольном этаже Капитолия и оборудованного по последнему слову техники. Отсюда Андерсон следил за техническими специалистами (они, в свою очередь, наблюдали за мониторами и показаниями различных приборов) и телефонным коммутатором — благодаря ему начальник полиции был на связи со всеми своими подчиненными.
Вечер выдался на редкость спокойный, и Андерсон надеялся хоть одним глазком посмотреть футбольный матч (у него в кабинете висела плазменная панель). Но только началась игра, как раздался звонок.
Андерсон, не отрываясь от телевизора, разочарованно вздохнул и нажал кнопку:
— Слушаю.
— Шеф, в Ротонде неспокойно. Я направил туда людей, но вы бы лучше взглянули…
— Сейчас.
Андерсон вошел в нервный узел службы безопасности — небольшую, современно обставленную комнату, напичканную мониторами.
— Что у тебя?
Диспетчер вывел на экран цифровой видеоролик.
— Ротонда, снято камерой восточного балкона двадцать секунд назад. — Он нажал кнопку воспроизведения.
Андерсон склонился над плечом диспетчера и стал смотреть ролик.
Ротонда почти пустовала: лишь несколько туристов бродили по залу. Наметанный глаз Андерсона сразу приметил одинокого посетителя, который двигался быстрее остальных. Бритая голова. Зеленый армейский китель. Рука на перевязи. Легкая хромота. Сутулая спина. Говорит по мобильному.
Шаги посетителя гулко отдавались в динамиках, пока он не остановился ровно посередине Ротонды. Бритоголовый договорил по телефону и присел будто бы завязать шнурок, но вместо этого вынул из перевязи какой-то предмет и поставил его на пол. Затем поднялся и торопливо заковылял к выходу.
Андерсон присмотрелся к таинственному предмету.
«Что это, черт подери?»
Вещица примерно восьми дюймов в высоту стояла вертикально. Андерсон приблизился почти вплотную к экрану и прищурился.
«Не может быть!»
Как только странный посетитель скрылся в восточной галерее, рядом с камерой зазвучал детский голос: «Мам, дядя что-то уронил!» Мальчик зашагал к предмету и вдруг резко остановился. Секунду спустя он показал на предмет пальцем и оглушительно завопил.