Тревога (ЛП)

— У меня был поганый день, — подойдя, сказала я.
Мари и Нейт сидели тесно прижавшись друг к другу, как люди, которые не до конца могут признать, что нравятся друг другу. Я думала, что они были бы прекрасной парой, если бы наконец посмотрели правде в глаза. Нейт перевел бегающие темные глаза с Мари на меня.
— Присоединяйся! — предложил он и поднял рукой пустой шот, отсалютовав мне.
Нейт был невысоким парнем с прямыми светлыми волосами и постоянно ходил в кошмарных черных очках, которые дико бесили Мари.
— Уже набрался? — спросила я, подняв бровь.
— Похоже, мне придется тащить его домой, — ответила Мари, подмигнув.
Она откинула густые темно-рыжие волосы с плеча и обняла рукой спинку стула Нейта.
— Да уж, неделька не удалась, — сказал Гейб, сидящий по другую сторону стола.
В нашей компании он был вечным холостяком и, думаю, был совершенно этим доволен. Гейб, не пьющий ничего, кроме светлого пива, протянул мне свой бокал.
— Да и хрен с ним, — пробормотала я, и перед тем, как заказать водку и апельсиновый сок, мой стандартный вариант, с радостью выпила сладкий напиток и стукнула стаканом по столу. — Мой босс — скотина, — сказала я.
— Новый паренек? — спросил Нейт.
И хотя он был не в моей команде, работали мы в одном офисе.
Я кивнула, и он рассмеялся, отчего волосы на его голове запрыгали.
— Уже пытается создать себе имя.
— Если он хочет, чтобы его имя мешали с грязью, то да, — пробурчала я. — Он отменил модернизацию сервера.
— Баран, — пробормотал Нейт.
Он работал техником и все время подшучивал над корпоративным бюджетом, который ему не светил.
Все мы работали в сфере информационных технологий, за исключением Гейба, которого мы с Мари знали еще со старших классов.
— Я думал, что все называют его Кудрявым Хреном.
— Кудрявым Хреном? — подскочила Мари.
— Выглядит похоже, — сообщила я ей. — У него нелепая прическа. И мозгов в голове, думаю, примерно столько же.
— Твой босс такой хер, — сказал Гейб.
— Если тебя это устраивает, пусть твои подчиненные его и сосут, — сказал Нейт и захихикал.
Гейб улыбнулся и стал качаться на двух задних ножках стула, заставляя его скрипеть. Он был здоровым парнем с улыбкой, заставляющей его глаза сверкать, как будто хочет сморозить какую-нибудь забавную фигню. Что, собственно, он частенько и делал. Гейб работал кондитером в собственной пекарне и специализировался на единственных в своем роде тортах для разных торжеств. Он делал свои обычные торты для дней рождений и свадеб, но большая часть его бизнеса заключалась в тортах-сиськах для мальчишников и тортах-членах для девичников и разводов. Видимо, это был довольно прибыльный бизнес.
— Я никогда не кормил членом женщину, которая его не ценит, — ответил он.
Глаза Гейба сверкали, когда он мне подмигнул. В ответ на это я покачала головой и закатила глаза. У нас не было с ним отношений, хотя мы много флиртовали. Многие думали, что мы, в конце концов, начнем встречаться, но этого не произошло. Мы сохраняли отношения в стадии «просто друзья».
— Эй, Хлоя, — сказал Гейб, наклонившись над столом. — В магазине сказали, что моей машине официально наступил тотальный капут. Ты поможешь мне найти новую на следующей неделе?
— Конечно, — ответила я. — Вчера я кое-что проверила и нашла много разного рода предложений со скидками, которые начинаются с понедельника. В основном на остатки товара.
— Супер! — лицо Гейба расплылось в широкой улыбке, а глаза загорелись. — Ты мой герой.
— Героиня, — поправила я.
— Героин, — ответил Гейб. — Я конкретно стал зависеть от твоей компании.
— Ха!
И таким образом ночь отвлекла нас от разговоров об аврале на работе, отсутствии отгулов и вечно цепляющихся начальниках, которые постоянно несут всякую ахинею. Стопки вокруг были снова наполнены, и мне казалось, что я не могу отказаться и не выпить с остальными. Я даже купила всем по рюмочке. Это было вежливо.
— Ну, мне пора бежать, — сказал Гейб, проведя рукой по уложенным светлым волосам. Он встал со своего места и бросил на стол несколько купюр. — Если кого-нибудь из вас нужно подвести, и вы не боитесь потерять руку или другой жизненно важный орган — то сейчас самое время.
Я проверила телефон, чтобы посмотреть на время. Было все еще довольно рано, и сама мысль о возвращении в пустую квартиру звучала не очень привлекательно. Если я уйду сейчас, то мои выходные начнутся точно так же, как и на прошлой неделе, и позапрошлой. Как и неделей до этого вероятно тоже. Выпить, пообщаться, вернуться домой к дивану и фильмам, а утром сходить в магазин.
Неудивительно, что я не потрудилась надеть часы. Я могла определить время уже просто по тому, что делала.
Мари и Нейт были не менее предсказуемы, но они могли, по крайней мере, вместе пойти домой, даже если это был бы случайный перепих. У меня не было перепихов… в… ну… никогда. Я не занимаюсь такими вещами. Сначала должно пройти хотя бы три свидания, потом поцелуи, потом, возможно, немного больше ласк, и только после того, как я удостоверюсь, что отношения куда-нибудь приведут, возможен секс на столе.
Пока я практически лежала головой на столе, Гейб перевел взгляд от моего лица на полупустую бутылку водки и ряд стопок.
— Хлоя, тебя подбросить? — спросил он.
Нужно было меня подбросить. Если бы Гейб тогда просто отвез меня домой — все осталось бы по-прежнему. В понедельник утром я бы пошла на работу и не оказалась бы в ситуации, которая вышла из-под моего контроля.
— Неа, все нормально, — сказала я. — Я побуду здесь еще немного.
— Ладно, береги себя, — ответил Гейб.
И после быстрого прощания и обещания пробыть с нами дольше на следующей неделе, он побрел сквозь толпу к двери. Я повернулась к Мари и Нейту, которые смотрели друг другу в глаза практически не замечая моего присутствия.
Невероятно.
Я попыталась вовлечь их в разговор, но тема перешла к фильму, который я еще не смотрела. Мои мысли витали вокруг других посетителей бара, а потом я поняла, что не слышала ни слова, сказанного Мари.
Что ж я за паршивая подруга.
Я попыталась снова сосредоточиться на ее словах, кивая и соглашаясь, что второй «Супер Майк» будет бомбой.
Передо мной появилась еще одна «Отвертка», но я не помнила, как ее заказала.
Моя голова определенно кружилась, я уже начала задумываться, как, черт возьми, собираюсь вернуться домой. Много стопок сделали свое дело, и я почувствовала себя плохо. Моргание заставило стол передо мной вращаться, и я отлучилась в туалет, но добраться до него было сложнее, чем я думала. Только я встала, тут же поняла, насколько мне было плохо. По пути в дамскую комнату мне пришлось опираться на стулья, и я обрадовалась, что у туалета не было очереди. Зайдя в кабинку, я поняла, что не могу сделать своих дел, не присев на сидушку, как обычно, и я с гримасой плюхнулась на треснувший унитаз. Опьянение одолело меня и, скрипя сердцем, признаюсь, что в тот момент меня не волновала чистота унитаза. Я с трудом сглотнула поднимающуюся желчь и склонилась над своими бедрами, уговаривая себя не блевать.
Мне просто нужно сосредоточиться. Медленно подышать. У меня сегодня просто не было времени поесть, и при своих пятидесяти пяти килограммах и ста шестидесяти пяти сантиметрах роста я уже не могла пить без еды, как бывало в колледже. Все-таки тогда я считалась профессионалкой и не собиралась терять этот статус.
Я надеялась, что мне станет лучше.
Собравшись и медленно дыша, я закончила свои дела и начала возиться с замком в кабинке. На мгновение он меня перехитрил. Маленькая раздвижная защелка просто не будет правильно двигаться, если сначала не снять с замка блокировку, но, в конце концов, я сумела выбраться из кабинки. Я споткнулась, когда шла к раковине вымыть руки, а отсутствие мыла в дозаторе, позволило мне их лишь ополоснуть. Дозатор полотенец был явно в сговоре с защелкой на двери кабинки, потому что мне было очень трудно вытащить хоть пару бумажных полотенец, чтобы вытереть руки. Вместо пары штук большая груда полотенец упала у моих ног, что я почему-то сочла на редкость смешным.