Вперед к спасению души (СИ)

— Только не знаю, как это сделать, с чего начать. Я не замужем, и у меня нет собственного жилья, а прописана я у отца. А вдруг мне не отдадут Алису?
А она изменилась, отметил Порохов, начала оживать. Плачет, значит, чувствует, брови все еще хмурит, но глаза уже засияли, и улыбается даже. Она и сама не понимает, что этот ребенок, возможно, больше нужен ей, чем она ему.
Он решил поддержать ее в этом решении.
— Не волнуйся, мы все узнаем, я свяжусь со своими юристами в Москве… И если понадобится, пропишу тебя в своей питерской квартире или куплю на твое имя новую…
— Ой, нет! Я не могу…
— Перестань, будешь отдавать долг постепенно, как беспроцентную ипотеку, — засмеялся Порохов, он хорошо ее знал, она всегда отказывалась от материальной помощи, хотя ему очень хотелось помочь.
А еще хотелось тут же предложить выйти за него замуж, но он знал, что можно обойтись и без этого, потому не посмел воспользоваться удобным случаем.
— Устрою тебя в свою компанию, у тебя будет хороший доход и отличные условия жизни. Так что, проблем никаких не будет.
— Спасибо! Вы самый, самый лучший друг!!! Вас мне послал Бог! — она снова расплакалась и обняла его.
— Ну-ну-ну, перестань. Как не помочь? — обнял он ее в ответ. — Ты ведь мне стала… родным человеком за все эти годы. Только не расстраивайся. Все у тебя будет хорошо. А с документами я помогу. Оформление опекунства действительно очень длительная процедура. Но мы найдем способ ускорить процесс, — пообещал он. — Обещаю, скоро твоя дочка будет с тобой.
Ксеша благодарно посмотрела на него, и не только за то, что обещал помочь, — он первый назвал Алису ее дочкой.
— Спасибо вам, Станислав Яковлевич!
***
Через долгие две недели, оформив все документы, Ксения пришла за девочкой в роддом.
— Ну вот, малышка, и твоя мама нашлась, — радостно улыбнулась акушерка, передавая девочку на руки Ксеше. — Если что понадобится, вы всегда можете к нам обратиться, а наблюдаться будете в поликлинике, к которой вы приписаны.
— Хорошо, я поняла.
Ксения взяла девочку. Как сказала акушерка? Твоя мама? Да, все верно!
— Алиса, привет, я твоя мама, — склонилась Ксения к малышке и улыбнулась.
Та агукнула что-то и заерзала, высвободив из тугих пеленок маленькую ручонку.
— Ух, какая, шустрая!
Акушерка рассмеялась:
— Она такая, свободу любит, кричит, если что не так.
Это в папу, тут же с нежностью подумала молодая мама.
— Ничего, мы справимся, — Ксения забрала карту и направилась к выходу. — Спасибо вам за все.
На выходе из роддома акушерка ее догнала.
— Еще вот, вещи вашей сестры, она ничего с собой не взяла. Выкрала одежду из гардероба и сбежала.
Ксеша только покачала головой, но пакет взяла.
Дома Ксения заглянула в пакет: халат, тапочки, модный журнал, косметика, еще какие-то мелочи. Зачем ей это? Подумала, выкинуть или нет? Потом засунула его в шкаф подальше. Позже разберет или выбросит.
Девочку она повезла в свою маленькую квартирку на окраине, от квартиры отказалась, Порохов лишь прописал ее у себя.
— Мне не потянуть такие долги, — объяснила она свой отказ, — мне теперь девочку надо поднимать.
— Я возьму тебя на работу с хорошим окладом, — уговаривал Станислав Яковлевич. — Давно ведь тебе предлагал. У тебя получится.
— Нет-нет, не надо. У меня нет высшего образования, боюсь, что подведу вас. Но у меня и в ресторане хорошая зарплата. Мы справимся, — Ксении не хотелось злоупотреблять его добротой, и от материальной помощи она отказывалась на отрез. Она и так была ему бесконечно благодарна за все!
***
Прошел год
— Алиска, хитруля, ну-ка, не отворачивайся, ешь кашку. Ах, ты Лиска-Алиска!
Ксения пыталась накормить девчушку, которая ерзала, закрывала рот и мотала головой.
Алисе уже исполнился годик, и она стала очень похожа на Дашу, но глаза точно отца! Только волосы были светлые, с рыжинкой, непонятно, в кого. Ксешу больше не тревожило, что малышка дочка ее сестры и Стефана, временами она даже забывала об этом. Настолько привыкла к девочке, что считала на самом деле своей родной дочерью. И, конечно, любила безумно!
 
— Мама, присмотри за Лиской, а я в ресторан съезжу, Порохов звонил уже несколько раз. Наверное, что-то срочное.
Наталья с готовностью села рядом с внучкой.
— Конечно, поезжай спокойно. Мы справимся. Правда, лапушка моя? — Она с любовью посмотрела на малышку.
— Мам, спасибо тебе. Славик не очень ругается, что ты у нас уже месяц живешь?
— Ой, да ничего страшного, подождет. Я вам нужнее. Ксеша, а про Дашу так ничего и не слышно? — заискивающе спросила Наталья, она очень переживала за старшую дочь.
Ксения поджала губы, она по-прежнему не хотела ничего слышать о сестре, а теперь тем более, она так привыкла к Алиске, и та уже называла ее мамой. Это было первое слово, которое она сказала совсем недавно.
Ксения снова подошла к дочурке и чмокнула в сладкую макушку.
— Мам, ничего. В полиции сказали, что вряд ли найдут. Или сама уехала или пропала. Знаешь, сколько людей пропадает?
Мама со вздохом перекрестилась.
— Но я думаю, она просто не хочет видеть ни нас, ни Алису. Или ты правда надеешься, что она вдруг воспылает материнской любовью и вернется?
Мама вздохнула:
— Сомневаюсь. И с тобой девочке лучше. Ты хорошая мать.
Ксения заулыбалась, даже мама признала ее матерью Лиски. Пусть бы так было всегда! И пусть Дашка никогда не возвращается! Но это вряд ли, наверняка она сюда больше носа не покажет, уехала куда-нибудь в Москву и охмуряет там богатых мужиков. За это Ксения была спокойна.
Только одна мысль мучила ее. Уже не раз ей в голову приходила одна мысль… Ей очень хотелось найти Стефана и показать дочку. Она ведь такая чудесная! Он не сможет устоять. Ксеша одергивала себя, ругала, не понимая, для кого хочет сделать это больше: для себя или для дочки? Но идея эта терзала ее и не давала покоя.
Она быстро собралась, поцеловала маму, капризулю-дочушку, и отправилась на работу. А работа у нее теперь была интересная, важная и ответственная.
Порохов все-таки нашел способ помочь ей и открыл свой ресторан, сделав Ксению совладелицей и директором.
— Привет, Ксения. Как Алиса? Как мама? — поздоровался Порохов, когда она влетела в кабинет.
Он задал обычные вопросы, но казался немного встревоженным.
— Все хорошо, спасибо! Мама очень помогает, но я уже не могу злоупотреблять, надо ее отпустить. У нее своя жизнь. Придется найти няню, я больше не могу брать дочку на работу, она стала такой непоседой. Алиска уже подросла, и теперь я смогу оставить ее на кого-то, хотя очень не хочется, у нее сейчас такой интересный возраст!
Ксения щебетала и все говорила и говорила про дочку, потом глянула на Порохова.
— Что-то случилось? На вас лица нет.
— Ксения, сядь, пожалуйста. Мне надо с тобой поговорить, — Порохов прятал глаза и заметно нервничал.
— Станислав Яковлевич, говорите уже!
Первая мысль была, что со Стефаном что-то произошло. Они никогда о нем не говорили, и Матвей давно перестал передавать приветы, но сейчас Ксении показалось, что волнение Порохова как-то связано с прошлым.
Он долго мялся, вставал, ходил туда-сюда.
— Станислав Яковлевич, что случилось?! Говорите! — волновалась Ксения все больше.
Он вдруг остановился посреди кабинета.
— Ксения, я долго не решался… Ты все время отказываешься от помощи, живешь на съемной квартире и вообще, с маленьким ребенком тебе одной тяжело.
— Нисколько! — перебила она, думая, что он снова будет предлагать купить ей квартиру. — Я справляюсь, да и мама часто приезжает. А на квартиру я накоплю, я ведь теперь хорошо зарабатываю, спасибо вам, — засмеялась она. — Так что…
 
А он вдруг выдал:
— Ксения, выходи за меня замуж.
— Что? — Она удивленно подняла брови.
— Выходи за меня… Ты и Алиса ни в чем не будете нуждаться. Я обещаю, вы будете счастливы. И… я давно люблю тебя…