Весь Гамильтон Эдмонд в одном томе (СИ)
Хорн начал понимать, почему Денман выглядел таким огорченным и раздраженным.
— На обратном пути мы остановимся на Скеретхе, чтобы принять на борт нескольких пассажиров. Я слышал…
— Знаю, знаю, — поморщился Денман. — Группа специальных посланников направляется на Вегу, чтобы начать переговоры о вхождении Скеретха в Федерацию. Надеюсь, что из этого выйдет толк. Но мне это не поможет. На бюрократическую волокиту уйдет уйма времени, а на практические шаги вроде постройки баз понадобятся, быть может, целые десятилетия. — Он грустно покачал головой:
— Нет, я могу надеяться только на себя. После Алламара-2 я собираюсь года два странствовать по мирам отрога, используя для этого грузовые судна и все прочее, что подвернется под руку. Конечно, если я останусь к тому времени еще жив.
— Вы говорили о рабах, — напомнил ему Хорн.
— Да. Я попытаюсь разобраться в этом темном деле. Но даже если мне удастся напасть на след этих бедолаг, они вряд ли смогут мне помочь побывать на своих родных мирах. К тому же они наверняка здорово напуганы и обижены на целый свет. Э-эх…
Денман вздохнул и с ненавистью посмотрел на переливающийся бриллиант далекого Алламара.
— Хотел бы я быть сейчас самым распоследним пьяницей… — пробормотал он.
По окончании своей вахты Хорн уступил место первого пилота Винсону, а сам пошел в каюту, чтобы немного вздремнуть. Но сон долго не приходил к нему. Лежа на койке, он ощущал корабль как продолжение своей плоти, а гул двигателя — как биение собственного сердца. Ему было хорошо и покойно, и только разговор с Денманом почему-то не выходил у него из головы.
Похоже, этот маленький человек взялся за слишком большое дело. Наверное, он был холостяком с мягким, покладистым характером — иначе начальство вряд ли взвалило бы на него столь тяжелую ношу. Таким бедолагам всегда предлагают самую грязную работу, и максимум, что те могут себе позволить, — это слегка поворчать на несправедливость руководства. Хотя и не исключено, что Денман излишне драматизирует ситуацию и те опасности, которые ему якобы угрожают в отроге.
Позднее, когда Хорн вел корабль к Алламару-2, следуя по лучу автоматического маяка, он уже не был столь уверен в своей оценке Денмана. Однажды Хорну уже приходилось бывать на этой планете. Пять лет назад корабль землян был встречен немыслимым грохотом барабанов, визгом и воем местных музыкальных инструментов, лесом разноцветных флагов, искусно сделанных из ярких перьев и листьев. А закончилась та торговая сессия немыслимой пьянкой, о которой он до сих пор вспоминал с содроганием.
На этот раз праздником и не пахло. «Королева Веги» приземлилась на совершенно пустынном посадочном поле. После того как дым и пыль рассеялись, спустили трап. По нему сошли капитан Вэск, Хорн, один из офицеров и Денман. Их никто не встретил. Свежий ветер принес издалека запах снега.
Оглядевшись, Хорн указал в сторону леса, окружавшего посадочное поле. Там, на опушке, стояла группа туземцев. Обитатели Алламара-2 были высокой расой — ростом около трех метров.
Мужчины отличались плотным телосложением и густым меховым покровом рыже-коричневого цвета. Огромные глаза украшали их лица, почти всегда унылые, освещавшиеся улыбками лишь в дни больших праздников.
На этот раз туземцы выглядели непривычно настороженными. Они стояли плотной шеренгой в тени деревьев, держа в руках примитивное оружие из дерева и камня. Среди них не было ни женщин, ни детей — только крупные и сильные, как на подбор, мужчины. Очевидно, вид звездного корабля вызывал у них робость, но у землян не было желания смеяться над этими полудикарями.
Денман шумно вздохнул:
— Вы видите? — безнадежным тоном спросил он, а затем пошел по направлению к туземцам, держа перед собой руки с поднятыми вверх ладонями и приветствуя их на алламарском языке. Туземцы ответили ему, а затем навстречу гостю из-за деревьев вышла группа из пяти человек. По их одежде с пышным орнаментом Хорн понял — это вожди. Поговорив о чем-то с Денманом, они все вместе пошли к кораблю. На краю посадочного поля туземцы остановились, не желая идти дальше.
Денман взял в руки свой багаж и сказал, обращаясь к Вэску:
— Хотите пойти и поговорить с ними? Это облегчит задачу следующим кораблям Федерации, которые прилетят сюда.
Вэск кивнул и пошел вместе с Денманом в сторону леса. Обменявшись с туземцами несколькими фразами на галакто, он вернулся с весьма озабоченным видом. А худощавый, выглядевший несчастным Денман махнул им рукой и зашагал в глубь леса, сопровождаемый огромными мохнатыми фигурами алламарцев.
Вэск покачал головой, провожая их взглядом.
— Что-то здесь неладно, — сообщил он своим спутникам; — Туземцы явно чем-то огорчены и чего-то очень боятся. Похоже, все эти разговоры насчет торговли рабами — не пустой слух.
Хорн вздохнул, с жалостью глядя на Денмана.
— Не хотел бы я быть на его месте, — сказал он. — Хотя Денман — человек опытный, и я уверен, что он все сделает наилучшим образом.
Но на самом деле Хорн вовсе не был в этом уверен. Поднимаясь в корабль по трапу, он подумал: черт побери, как все несправедливо в этом мире! Бедняге Денману предстоит жить среди дикарей в этом богом забытом отроге, ежедневно рискуя жизнью, а мы… Ну высадимся на Скеретхе, возьмем на борт группу посланников — и вперед, к цивилизации со всеми ее замечательными и приятными благами!
Позднее он не раз вспоминал этот эпизод и не переставал удивляться тому, что у него не было тогда ни малейших неприятных предчувствий. Даже мурашки не пробежали по его спине, когда он усаживался в кресло пилота. А напрасно…
Глава 2
На Скеретхе человек мог лишь раз в жизни увидеть солнце или насладиться волшебным сиянием звезд. Все остальное время планета была окутана плотным покровом облаков, поэтому многие обитатели этого сумрачного мира долго не могли поверить в существование Вселенной. Это своеобразно отразилось на психологии аборигенов.
В портовом городе Скамбар явно не нуждались в звездах или в одинокой луне Скеретха, чтобы те освещали улицы ночного города. Их отсутствие вполне восполняло сияние тысяч огней, делавших Скамбар похожим на любой другой портовый город в цивилизованной части галактики. Центр украшали прямые улицы и новые многоэтажные здания, а на окраинах, как обычно, беспорядочно громоздились пластиковые хибары, магазинчики, таверны, игорные притоны и сомнительные заведения с плотно зашторенными окнами. По ночам в радужном сиянии огней эти кварталы выглядели еще более или менее прилично, но днем в сумрачном рыже-коричневом свете облаков окраины Скамбара казались грязными и неустроенными. Впрочем, для астронавтов, которые провели долгие месяцы в космосе, скамбарский Шанхай казался едва ли не волшебной страной.
Винсон пребывал в восхитительном настроении, что было вполне естественно для новичка. Хорн постарался провести его по всем лучшим развлекательным заведениям Скамбара, которые он обнаружил здесь в свой прежний прилет. В этих тавернах танцевали исключительно гуманоидные девушки, и некоторые из них, завидя знакомое лицо, улыбались и приветственно кричали: «Джим! Джим!» Хорну это льстило, так же, как и восхищенные взгляды Винсона. В перерывах между танцами красавицы подсаживались к ним за стол, пили вместе с астронавтами самые дорогие вина, так что к концу приятного вечера карманы у обоих друзей изрядно полегчали.
Этот факт немало поразил молодого пилота, когда он в очередной раз расплачивался за выпивку. Поймав его изумленный взгляд, Хорн с усмешкой сказал:
— Помни, парень, что ночи на Скеретхе длятся в три раза дольше, чем на Земле, и к концу их можно растратить в местных тавернах целое состояние. К тому же эта бледно-зеленая дрянь, которую мы пьем, способна заставить даже слона встать на уши.
— А по вкусу она похожа на простую содовую, — сокрушенно покачал головой Винсон.
— Вот именно! — хохотнул Хорн. — Выпьешь глоток — и сразу почувствуешь, как в твоей голове мозги зашипят и забулькают!